Алёна Рю – Воин Огненной лилии (Эри-IV) (страница 76)

– Ваше Величество.

С тех пор, как они последний раз виделись в замке Северной звезды, Хинт заметно похудел и казался уставшим. Рядом стоял Арок Ворон, тоже как будто постаревший. Среди иссиня-черных волос проглядывали белые прядки. Возвышавшийся в другой стороны стола Даррен, наоборот, выглядел бодрым и полным сил. Слева от него над картой склонился Доминик Лис. Этот мало изменился, хоть и виделись они довольно давно.

Тигр махнул пажу, чтобы тот оставил их и закрыл за собой дверь. Король шагнул к ней.

– Посол Ренорда, значит? – спросил он, впившись в неё подозрительным взглядом.

Эри осталась стоять с преклоненным коленом.

– Простите, Ваше Величество, – ответила она. – Я соврала, чтобы пройти через охрану. Никто меня не посылал.

Напряжение, было возникшее в комнате, разом ослабло. Даррен улыбнулся:

– А мы уж подумали, ты переметнулась-таки к эльфам.

– Вставай, – благодушно добавил Хинт. – Мы как раз обсуждаем, как идут дела в королевстве. Завтра собираем военный совет.

Эри почувствовала, как на душе отлегло. Она словно оказалась в компании старых приятелей, а не у великого и ужасного властелина всего и вся. Впрочем, как она уже поняла, путешествуя из Нового Хаарглейда, далеко не всего и не вся.

На карте были выставлены пирамидки разных цветов. Как объяснил Арок, черные стояли там, где все в порядке. Таких было немного, но главное, что Толлгард был отмечен. Зеленые – города и села, объявившие независимость. Красные – места, захваченные Аргоном. И наконец, синие обозначали послевоенные границы с эльфами.

Она поискала глазами Шадер, но родная деревня никак не была обозначена.

– Ты ведь часто в дороге, Эриал, – проговорил король. – Скажи, правда всё так, как мне докладывают?

Обилие красного и зеленого бросалось в глаза.

– Боюсь, что да, Ваше Величество, – кивнула она. – Люди устали от бедности и безысходности. Кто-то хочет взять контроль в свои руки, а кто-то готов отдать его тем, кто обещает больше.

– А ведь казалось бы, – возразил Хинт, – война закончена, вернулся закон и порядок. Чего еще не хватает?

– Процветания, – ответила Эри, посмотрев ему в глаза.

Король повернул голову к Даррену.

– Да, понятно, – вступил в беседу Тигр, – что и восставшие мертвецы с одержимыми радости не прибавляют. Но нам просто нужно время.

Эри снова бросила взгляд на карту. Ланкас был отмечен черной пирамидкой, но её короткое знакомство с местными настроениями не внушало уверенности в завтрашнем дне. А Нюэль оказался красным, аргонским, получается.

– Так или иначе, – заметил король. – Ты ведь зачем-то пришла. Ждешь награды?

– Ваше Величество, – ответила Эри, собравшись с духом. – Я думаю, что знаю, как помочь вам. Люди страдают не только от всего, что уже произошло, но и боятся будущего. Земля едва плодоносит. Голод уже простирает костлявые пальцы.

– Мы планируем закупать зерно, – перебил её Доминик Лис.

– Но надолго его не хватит, – возразила Эри.

– Что ты предлагаешь? – король посмотрел на неё внимательнее прежнего.

– Я отправлюсь в Восточную Лансию к друидам, но мне понадобится пропуск от Вашего Величества. Нынче на дорогах слишком много патрулей.

– И это правильно, – кивнул Хинт. – А разве ты не можешь магически переместиться?

– Больше не могу.

– Что ж, – король потёр рукой подбородок. – Бумагу мы тебе оформим, чернил не жалко. Но ты не станешь послом, и говорить будешь только от своего имени.

– Это необходимая предосторожность, – счёл нужным пояснить Арок Ворон.

Эри улыбнулась краешком рта.

– Благодарю вас, Ваше Величество. Я не стремлюсь к должности и всё, чего хочу, – это помочь людям.

Во взгляде Хинта мелькнуло недоверие.

– И даже ничего не попросишь для себя лично? – король хитро прищурился.

– Не бойся, Найт, – добавил Даррен. – Никто тебя не осудит.

Эри секунду раздумывала, глядя на карту. Было кое-что, в чём Хинт мог бы помочь.

– Да, Ваше Величество, – она отступила на шаг и снова опустилась на одно колено. – У меня есть просьба.

***

Стоило разбойнику коснуться золотой рукоятки, как его тело затряслось, словно в припадке, и он рухнул на землю. Его приятель подбежал было ближе, но тут же отступил. Вокруг лезвия меча появилось оранжевое свечение. Рукав упавшего разбойника загорелся, и пламя быстро перекинулась на спину.

– Что за... – выругался разбойник над ухом Рикки.

– Магия, – крикнул его подельник. – К демонам его, уходим.

Горностай воспользовался заминкой и вывернулся, сбрасывая разбойника с себя.

Между тем, огонь, будто живой, перекинулся на холодный камень и начал распространяться так быстро, словно всё вокруг было сделано из бумаги. Лошадь Рикки безумно заржала и пустилась прочь. Раненый разбойник, прихрамывая попытался убежать, но поскользнулся, и оранжевые лепестки перекинулись на его ботинки и быстро поднялись вверх. Оставшийся в живых бросился наутек, но переулок перегородила огненная стена.

Только Рикки оставался нетронутым во всем этом безумии. Поднявшись, он подошёл к горящему мечу и с удивлением обнаружил, что не чувствует жара. Душераздирающий крик горящих разбойников эхом разнесся по кварталам Хаарглейда.

Рикки осторожно поднял меч. Пламя вокруг начало угасать, словно его тушили.

«Что это было?» – подумал он, убирая меч в ножны, и вслух позвал:

– Эри?

Такое же пламя он видел на той стороне, когда пытался прорваться к ней.

– Эри, ты здесь?

Никто не ответил.

Оправившись от битвы, только сейчас Рикки почувствовал, как ноет плечо. Рукав пропитался кровью до самого запястья. Оторвав край рубашки, он скрутил жгут и кое-как перевязал рану.

Небо над головой начинало розоветь.

«Закат», – отметил про себя Рикки.

А значит, времени приходить в себя нет. Еще утром Грэй передал записку, что будет ждать его в «Зеленом псе». А между строк читалось, что если не явится – то будет считаться дезертиром. Нет, им нужно было еще столько обговорить и сделать. Избавиться от палаточных городков, расселить бездомных, назначить городскую стражу. Как бы Рикки не было противно сражаться бок о бок с такими, как Николас, их миссия была важнее всего. Сегодня он понял это еще отчетливее.

Горностай посмотрел на почерневшее тело одного из разбойников.

– Мне жаль, что ты дошел до такой жизни, – тихо сказал он и, не оборачиваясь, побрел прочь из переулка.

***

Вход на Ланкасское кладбище прежде закрывали металлические ворота. Решетка не отличалась узорами, лишь длинные прямые прутья. Теперь несколько из них было погнуто, словно между ними протискивался какой-то зверь. Одна из створок и вовсе была сорвана с петель и валялась тут же, служа мостиком через лужу. От входа шла дорожка, расщеплявшаяся в три стороны. Но куда ни погляди, картина была одинаковой: разрытые могилы, поломанные надгробья, раскрошенный камень и грязь, в которой валялись какие-то вещи, старая посуда и полусгнившая одежда. Местами мусор был аккуратно собран в кучки у края тропинок, но было видно, что кто бы тут ни прибирался – попытки он оставил давно. Только высокие раскидистые ивы стояли нетронутыми. На длинных, качавшихся на ветру ветвях, зеленели редкие листочки. Словно символ нелегкой борьбы за жизнь.

Эри привязала лошадь к столбу у входа и медленно побрела вдоль дорожек, всматриваясь в уцелевшие надгробия. Перед глазами плыла вереница незнакомых имен и дат, полустертые буквы и изображения фамильных гербов и символов.

Поднявшись на холм, она обогнула склеп с на удивление целой дверью. Неровные ступеньки, скользкие от грязи, вели вниз к дальней части кладбища. Если Корда и похоронили, то скорее всего, где-то на окраине, – подумала она. Только вот было это три года назад, и кто знает, сколько людей похоронили с тех пор.

Вдалеке послышались раскаты грома, Эри оторвала взгляд от очередной могилы и подняла голову. Небо над ней еще было синим, а вот на горизонте сгущались серые тучи. Они словно нависали над старой плакучей ивой. Только сейчас Эри заметила под деревом фигуру в черном.

«Может, смотритель», – обрадовалась она и ускорила шаг.

При приближении стало понятно, что это женщина в платке. Она сидела на скамеечке и смотрела в сторону грядущей грозы.