Алёна Рю – Воин Огненной лилии (Эри-IV) (страница 75)

– Здравствуйте, – начала она.

– Пошла вон, – вместо приветствия бросил мужчина с бородой.

Эри растерянно моргнула.

– Извините, но...

– Кому сказали, топай отсюда, – добавил молодой стражник и угрожающей приподнял копье.

Эри скинула капюшон, обнажая эльфийские уши, и проговорила со всей уверенностью:

– Меня зовут Эриал Найт. Я с посланием от Ренорда. Мне нужно увидеться с королем.

Мужчины озадаченно переглянулись.

– А письмо у вас есть? – подумав, спросил тот, что постарше.

– С печатью, – добавил молодой.

– Мое послание на словах, – ответила Эри. – И довольно срочное.

Мужчины снова переглянулись. Один из патрулей остановился за спиной Эри.

– Что здесь происходит? – спросил, по-видимому, старший по званию.

Стражники принялись объяснять. Эри нервно сжала поводья лошади, стараясь не выдать лицом волнение.

– Мы не можем пускать, кого попало, – услышала она.

– Даррен Тигр, Первый советник, – проговорила Эри чуть торопливо. – Он может за меня поручиться.

Слова возымели эффект, и старший велел пустить её внутрь. Ворота со скрипом отворились. Её лошадь забрал конюх, а саму Эри проводили в особняк и попросили подождать в небольшой комнатке с двумя креслами и низким столиком.

Первый шаг был сделан.

Глава тридцатая – Труп врага

Эри разглядывала сад, видневшийся из окна. Пожилой мужчина ухаживал за тюльпанами. Закончив поливку, он понёс ведро к сараю и нечаянно натолкнулся на молодого дворянина в пышном камзоле. Наверное, сына наместника. Вода обрызгала ему штаны, юноша разгневался и начал кричать.

Эри вспомнилось, как она жила у лорда Кебарда, и как тот рассуждал о свободе. И однако ж не стеснялся пользоваться прислугой и её держать в заточении.

На крик дворянина прибежал еще один мужчина и влепил садовнику пощечину. Тот лишь склонил голову.

Эри сжала кулаки и почувствовала холодную рукоять своего лука. Вот если бы она могла сделать так, чтобы мир перестал делиться на благородных и простолюдинов, и все были бы равны. Бегло осмотрев окно, она поняла, что оно не открывается. Бедный садовник тем временем развернулся и побрел обратно к тюльпанам.

«Так не будет никогда, – ответила она сама себе, разжимая пальцы. Волшебный лук исчез, оставив лишь приятный холодок на кончиках пальцев. – На место короля всегда найдется какой-нибудь Гаюс Ловкий. Сильный будет притеснять слабого, и неважно, каких тот кровей».

Из раздумий вывел стук в дверь. В комнату вошла служанка. На подносе у неё стояла тарелка с печеньем и кувшин с компотом. Судя по запаху, из сухих яблок. Эри отошла от окна.

– Спасибо, – сказала она и внимательнее посмотрела на девушку. Что-то в ней показалось знакомым.

Поставив поднос на столик, та распрямилась и тоже посмотрела на неё.

– Эри, это ты? – спросила девушка первой.

– Кира? – наконец, узнала её она.

Та самая Кира, к которой тогда ушёл Рикки. Девочка без шапки.

– Эри, у тебя всё хорошо? – поинтересовалась та.

Не зная, как ответить и с чего начать, Эри проговорила:

– Да, я вот здесь...

– Замуж еще не вышла? – без обиняков спросила Кира.

Эри смутилась.

– Н-нет, – невнятно пробормотала она.

Кира улыбнулась ласково, словно разговаривала с ребенком.

– Ничего, всё устроится. Вот увидишь, и тебя кто-нибудь полюбит. С эльфами нынче мир, так что примут тебя обязательно. Ты главное не отчаивайся.

– С-спасибо.

– И если что – позвони, – Кира указала на колокольчик на краю подноса. – Я еще печенья принесу.

Улыбнувшись, она бесшумно исчезла за дверью.

В растерянности Эри опустилась в кресло. Как так получалось, что вот она здесь ждет приёма аж самого короля, – казалось бы, куда выше подниматься, – а её жалеют, потому что она не вышла замуж?

Эри мотнула головой, словно отгоняя наваждение, и тихо рассмеялась. Может, Кира и права, главного она в жизни не сделала. Но ничего, зато занята хоть чем-то полезным.

В дверь снова постучали, и на пороге возник юноша в ливрее.

– Его Величество вас примут, – объявил он. – Прошу за мной.

Эри почувствовала, как в животе завязался узел. Может, Нелли права: что она скажет королю из того, что тот и так не знает?

***

День клонился к вечеру. Палатки остались позади, но в воздухе еще ощущался тошнотный запах помоев. Рикки неторопливо шел, размышляя, правильно ли поступил и что еще предстоит сделать. Мужчину за спиной он заметил не сразу, лишь когда узкий переулок перегородило двое, и его конь занервничал и остановился рядом.

Троица непонятного возраста, в лохмотьях и черных шарфах, закрывавших лица, окружила его. Горностай выпустил из рук поводья и только и успел, что выхватить меч, как один из разбойников ударил его палкой в спину. Второй выбросил вперед руку и полоснул ножом. Левое плечо разрезала боль.

Рикки отпрыгнул в сторону. Третий разбойник, выше на голову подельников, был вооружен копьем. Он попытался ударить его прямо в грудь, но Горностай увернулся, пропуская копье мимо себя, и вонзил меч нападавшему в бок. Кровь брызнула на серые камни мостовой, и мужчина упал на колени.

Двое других не собирались сдаваться. Рикки едва успел уклониться от ножа, как второй разбойник перекинул шест и сдавил ему грудь. Горностай ловко перевернул меч лезвием назад и ударил наугад. Разбойник предвидел этот ход и дернулся в сторону, дав Рикки мгновение, чтобы присесть и освободиться от зажима. Перекувырнувшись вперед, он выиграл немного расстояния между собой и нападавшими. Не спуская внимательных глаз с мужчин, он начал медленно отступать.

Последние месяцы Горностай видел слишком много крови. Поначалу это было тяжело, но с каждым днем, с каждым новым заданием становилось легче. Да, они сражались с жестокими кланами, держащими полгорода в страхе, работорговцами и наемниками без капли совести. Но вечерами, начищая свой меч, Рикки думал о тех, кого отправил на ту сторону. И спрашивал себя, а не было ли иного выхода?

Теперь, в этом грязном переулке всё было просто, черно-белое, как он любил: или ты, или тебя. И всё же он предпочел бы, чтобы всё было иначе. А потому отступал.

– Уходите, – крикнул он разбойникам. – Уходите, пока живы.

– Не будь так самонадеян, – тот, что с ножом, ухмыльнулся.

Рикки почувствовал, как что-то ударило его по лодыжкам. Земля вдруг исчезла из-под ног, а небо куда-то переместилось. Мгновение назад он твердо стоял, а теперь валялся на сером булыжнике. Раненый разбойник, которого Горностай преждевременно оставил без внимания, навалился на него тяжелой тушей. Подельники радостно засвистели.

Рикки судорожно шарил рукой в поисках рукоятки выпавшего меча. Но так и не смог дотянуться. Оставалось только трепыхаться, как жуку, приколотому булавкой.

– Красивая вещица, – заметил разбойник с ножом и, наклонившись, коснулся грязной ладонью золотой лилии.

***

Особняк наместника был раз в десять меньше дворца, и долго бродить по коридорам и галереям им не пришлось. Паж подвёл её к комнате с дубовой дверью, возле которой вытянулось двое часовых. Жестом попросив подождать, он постучался и, услышав ответ, толкнул створку.

На продолговатом столе была расстелена карта Снежного полуострова. Её окружали четверо мужчин, едва ли не синхронно повернувших головы.

– Эриал Найт, посол короля Ренорда, – объявил паж.

Она шагнула в комнату и опустилась на одно колено.