Алёна Рашенматрёшен – Внутри меня солнце! Страстная книга о самооценке, сексуальности, реализации и новой счастливой жизни (страница 8)
Так как многие из нас выросли с установкой, что у других хуже и грех жаловаться, то Мариночка не жалуется. Она засовывает свое ПТСР на дальнюю полочку. Что происходит дальше:
• у носителя ПТСР существенно снижено качество жизни;
• он может строить свою дальнейшую жизнь исходя из своей травмы. «Я разведенка», «Я та, которую били линейкой по лбу за двойки в детстве».
На этом моменте попрошу не сравнивать и не умалять свои жизненные «кучи» с чужими. Таких весов, где можно было бы измерить величину человеческих страданий, еще не придумано. Авария ли это или увольнение, миндалевидное тело (отдел мозга) свою работу выполнит в обоих случаях: отправит в надпочечники сигнал тревоги, и те, в свою очередь, тоже сделают свою работу – выделят кортизол и адреналин, гормоны стресса.
Так что еще раз, по-братски: вот на этом гормональном коктейле расцвести – сомнительно. Психика – дама суровая, неотрефлексированный опыт присвоен не будет. Он будет лишь тащиться за тобой коричневым неубранным следом, даже если ты и говоришь, что все окей.
Хорошо о ПТСР говорит известный нейробиолог Роберт Сапольски. У него много книг, но начать можно с видеолекций: они на простом человеческом языке и, уверена, будут понятны. А пока Мариночка продолжает умалять свои страдания, всемирно признанный ученый Сапольски тебе отвечает: не обязательно находиться непосредственно в моменте опасности. Можно быть рядом, можно видеть, можно быть свидетелем. И заиметь ПТСР.
И Алёночка покивает тут головой: во время страшного землятресения в Турции, унесшего жизни более 50 тысяч человек и ставшего крупнейшим за сто лет, я была в десяти часах езды на машине от места катастрофы. Но еще несколько недель после этого присматривалась к занавескам на окнах: колышатся? К воде в вазе с цветами: плещется? На столе стояла турецкая чашечка-тюльпанчик с ложечкой внутри: она зазвенит, и мы встанем ночью, успеем хотя бы лечь между кроватями.
Да, наш регион был за десять часов езды, но его тоже трясло в те дни.
Удивительное дело – психика. Заходя в питерские бары в подвале, первое, что я делаю, – на долю секунды, но замечаю, что это подвал. А безопаснее там, где повыше.
И в этой книге, увы, мы не вылечим твое ПТСР. Не вылечим твое ощущение «выживания». Но мы откроем слой за слоем то, что мешает твоему расцвету.
Сейчас, знаешь, заходила в приложение доставки еды: сын с мужем наряжают елку, я пишу эту книгу, а еды дома нет. В приложении – красивущая картинка салата «сельдь под шубой». На фото видны и морковка, и свеколка, и все так красиво намазано, и слюна уже течет, как у моего большого пса. И подпись в приложении у сельди под шубой: «Королева новогоднего стола слой за слоем». Марин! Ты будешь королевой своей жизни, но слой за слоем. Слой за слоем.
А иногда и несколько слоев одновременно. Проживание одного этапа в жизни не означает остановку действия в другом. Поднятие старых травм в психотерапии не означает, что ты в этом погрязнешь, а действовать – вот это уже к коучам, снова денежку платить. Нет. Дать себе время осмыслить что-то не означает, что, вообще-то, могла полы помыть вместо этого, только время теряешь. Все с точностью до наоборот: в эти самые моменты в психике как раз открывается дополнительное пространство для действий. Но осознанных и обдуманных, а не суетливых, спешных, но встраивающихся в день сурка.
Я просто хочу показать тебе: есть вещи, которые тебя удерживают, и это не проклятия, не родовые травмы и не предсказания Таро. Ты все рвешься, рвешься вперед, но силы с каждым часом иссякают, ведь ты… на резинке. Что-то или кто-то обмотал ею и стоит сзади, а Марина, конь ретивый, все рвется в бой.
Представь: глава корпорации придумывают бизнес-стратегию на 10 лет вперед. Заказывает у мировых консультантов планы, ездит в Дубай, общается с шейхами и обещает им стократный рост, спит и видит, как самые красивые эскортницы будут сидеть в секретариате и на ресепшене, но в этот момент его бухгалтерия не сдает вовремя декларации, отдел поставок косячит, а ресепшеонист Мария пилит ногти и говорит с посетителями через губу.
Порой, чтобы подняться на сто тридцатый этаж в своей собственной психической дубайской высотке, надо навести порядок на первом.
«Да, неприятные ты вещи говоришь, Алёнка…» Что-то из раздела для взрослых. Раздел «Осознанные», подтвердите, что вы прошли психотерапию.
Ага, милая, нам очень часто трудно с теми вещами, которые меняют наши представления о себе. Даже если они меняют нас к лучшему.
И в подтверждение своих слов о том, что копание в старом белье не отменяет действие, я дам тебе задание.
(Нет, это все-таки максимально неприятная женщина-психолог!)
В 90-е был очень популярен сериал «Твин Пикс». В нем был агент Купер. Он расследовал убийство Лоры Палмер, а сам был максимально симпатулишный. Пока этот симпатулька рассекал на своем автомобиле от тела, завернутого в полиэтилен, до отдела полиции, он записывал на диктофон свои заметки. Перед каждой записью на диктофон он произносил заветное имя «Дайан». Кто такая Дайан, эй, симпатулька…
Дайан была его секретарь, которую за весь сериал никто ни разу и не увидел. Но он упорно наговаривал ей заметки по следствию. А потом отправлял ей (или не отправлял, а просто страдал расстройством, а Дайан была воображаемой. Мы не знаем).
«Дайан, сегодня мне удалось продвинуться в деле Лоры Палмер…»
«Дайан, кажется, у нас есть новые улики…»
Дайан – мой личный дневник. Я сама себе придумала этот способ справляться с тяжелыми ситуациями и одолевающими мыслями и дарю тебе его. Для своего удобства я завела себе личный дневник в Telegram. Приватный, частный канал, куда я никому не рассылала приглашение. Даже под влиянием клюквенной настойки. Даже под влиянием уговоров ФБР, ФСБ, ЦРУ, КГБ, если они нас сейчас читают и захотят мои рассуждения посмотреть и там: даже не просите и настойку не предлагайте (но если офицеры симпатулишные…).
Ведь, прочитав его, они захотят выпить сами, а потом не выдержат. Сериал-то у Алёнки интересный, будут вздыхать над каждым выпуском. «Ну опять про это самое!», «Ну сколько можно про эту неудачную форму маникюра… давай про того чушпана, как в предыдущем».
Словом, своей личной Дайан ты можешь выгружать все.
А когда нет времени или эмоции переполняют и надо освободить синюю дачную бочку с водой – наговорить аудиозапись. Когда мы говорим, а не пишем, наши мысли не проходят фильтр и максимально естественны. Хотя то, каким максимально свойским языком я общаюсь тут с тобой, опровергает это… ну, так у меня уже опыт. Пальцы от клавиатуры раскачаны, как квадрицепс у женщины на приседе.
Давай, чтобы ты не откладывала в долгий ящик, я дам тебе
Расскажи ей о ТОМ самом событии. Или ТОМ самом состоянии, что до сих пор болью отзывается в твоем сердечке. Может, оно уже закончилось или еще продолжается, но постарайся написать для Дайан или (это лучше) наговорить в аудио:
♦ В чем лично для тебя заключалась сложность всего, что с тобой происходило и происходит? Какие вызовы перед тобой вставали и встают?
♦ В чем был ресурс? Где была и есть та дырочка в верхушке синей дачной бочки?
♦ Что получилось лучше всего?
♦ А с чем ты не справилась?
♦ Чему ты научилась благодаря этому?
♦ А чему в этой истории ты можешь не отпускать эти позитивные благодарности, а крикнуть вслед «Ну и хрен с ним!»?
♦ И что ты сейчас хочешь? О чем мечтаешь, когда думаешь обо всей своей ситуации?
Знаешь, я вот о чем думаю…
У природы есть периоды перехода между сезонами, у многих народов есть обряды прощания с людьми, обряды почитания и вообще обряды для всего на свете. Мы это привыкли еще праздновать, просто поедая селедку под шубой. Вспомни Масленицу: вроде жжем чучело, едим блины, а на деле провожаем зиму и встречаем весну.
Пускай твоя личная Дайан будет нашим с тобой обрядом, завершающим один процесс и провожающим тебя в новый, хранящим не только твои радости и хотелки, твои достижения и устремления, но и сердечную боль. Потому что без этого в жизни никак. Говорю тебе это и как психолог, и как сума-сшедшая подружка за рюмкой настойки.
Как психолог
Терапия принятия и ответственности (третья волна от той самой доказательной когнитивно-поведенческой) ВСЯ построена на том, что мы можем продолжать делать то, что важно, несмотря на. На сложные состояния и события, на затапливаемые грядки с клубниками и какашные кучки. С тобой происходит что-то очень неприятное? Давай мы посмотрим, что там, и пойдем туда, но и из жизни «здесь и сейчас» выходить не будем. Будем устраивать личную жизнь, ходя на свидания. Будем искать хорошую работу, рассылая резюме, и если и не бегая кабанчиком по собеседованиям, то ходя бы неспешно, как императрицы Ирины Аллегровой.
Есть хорошая метафора: небо может вместить в себя и тучи, и грозы, и яркое-яркое солнце, но, бывая во всех этих состояниях, оно не прекращает быть небом, дарящим нам ночной покров и дарящим нам дневной свет. И ты сможешь тоже.
Только принимая все тяжелое, мы можем по-настоящему стать легкими. Только испытав ужас, мы можем поистине и без фальши позитивных марафонов благодарить жизнь.