Алёна Пожарская – Из Нью-Йорка (страница 4)
– Простите, я Вас не понимаю, – я показала взглядом, что не играю в эту игру.
На лице Зоуи прямо было написано лицемерие, мимика и взгляд выдавали истинные эмоции, как бы она не улыбалась.
В эту минуту она напомнила мне персонажа Джека Николсона в фильме «Сияние», тот же взгляд, и это пугало.
Вдруг она заметила бриллиант у меня на безымянном пальце и схватила мою руку, чтобы рассмотреть получше:
– Вот это камень! Карат на двадцать точно! Теперь я поняла, что довело мою подружку до инсульта! – она хохотала на весь зал, и люди стали оборачиваться.
Мне было неуютно находиться с ней рядом. Очевидно, что она не умеет себя вести и много выпила.
К тому же, во время каждого разговора Зоуи постоянно пытается дотронуться до собеседника, особенно, если это мужчина.
Она много раз висла на Эдварде, пока мы еще не были помолвлены, но теперь, в позиции невесты, я реагирую на подобные выходки более резко. Я взяла ее руку в свою и сильно сжала, шепнув на ухо:
– Я требую к себе уважения. Мне не важно, кто ты или кем была раньше. Веди себя достойно и больше никогда не прикасайся ко мне или к моему жениху!
Затем я широко улыбнулась ей, отпустила ее ладонь и добавила так, чтобы остальные гости слышали:
– Всегда рада встретить тебя, Зоуи, – затем я обратилась к Эдварду. – Милый, давай возьмем еще вина.
Мы отошли от неприятной дамы, а она еще несколько минут находилась в ошеломлении и потирала посиневшую руку. Не только она одна умеет лицемерить.
Эдвард не слышал моих слов графине, но усмехнулся эффекту, который я на нее произвела. Эта женщина досаждала нам своим вниманием уже долгое время.
Мой жених имел неосторожность встречаться с ней несколько лет назад, после чего Зоуи хотела вернуть его расположение любыми способами. Надеюсь, что она извлечет урок из нашей сегодняшней беседы…
Зоуи родилась в многодетной семье и мечтала о красивой жизни.
Сразу после окончания школы она переехала в Нью-Йорк и стала работать моделью, через год ей предложили контракт на работу в Европе, где она встретила стареющего графа, обладателя сотни миллионов евро.
Большие карие глаза Зоуи покорили сердце шестидесятилетнего мужчины, который сделал ее своей четвертой женой.
После семнадцати лет брака граф был пойман папарацци со спущенными штанами, в его-то возрасте!
Разразился скандал, по обе стороны Атлантики о его интрижках не слышал только незнакомый с журналами и телевидением йети.
При разводе она получила только ежемесячное содержание, которого с трудом хватало на образ жизни, к которому она привыкла.
Дети выросли, образования она так и не получила, кроме модели никем не работала…
Благодаря связям, Зоуи стала известной персоной и периодически мелькала на страницах журналов, но личная жизнь не клеилась.
Она встретила новую любовь, триумфально вышла замуж под прицелом телекамер, однако новый муж тоже оказался изменником, к тому же альфонсом.
Зоуи думала, что он будет ее содержать, но вышло наоборот. Спустя несколько месяцев, второй брак тоже распался.
А в минуты тоски и одиночества женщина топит горе в алкоголе, и цепляется за соломинку в виде своих бывших любовников. В данном случае – моего Эдварда.
Мне не важна ее тяжелая судьба, как и ей моя. Это охота, война до победы, в которой применяются все средства.
Она нападает на меня и вешается на моего жениха, а я угрожаю физической расправой и показываю свою серьезность действием. Синяки на запястье несколько дней будут напоминать ей о том, что нельзя покушаться на мою «добычу».
Возможно, сегодня дело было не в самой графине, точнее, не только в ней. Мне надоело натыкаться на его бывших любовниц по всему городу, надоело воевать со всеми женщинами, ревнующими и завидующими, что теперь он со мной.
А вообще, я просто очень устала от съемок и нуждаюсь в отпуске…
2 глава
Мы провели первую ночь в Лос-Анджелесе в отеле. Несколько месяцев назад я уже была здесь, но мы спали в разных номерах, потому, что я тогда была замужем и хранила верность первому мужу.
Теперь ситуация изменилась, мы проводим все ночи вместе с Эдвардом, даже если кровать находится в самолете на высоте десять тысяч метров.
В шесть часов я пожелала доброго утра Западному побережью в утренней передаче, мне уделили целых пятнадцать минут, чтобы кратко рассказать о шоу.
Сразу после этой съемки было еще интервью с веселой ведущей. Я в отличном настроении вышла из студии, и мы поехали обедать с моим женихом в ресторан отеля «Уилсон». Скоро я тоже буду носить эту фамилию.
Эдвард унаследовал отельную империю и медиа-холдинг после смерти родителей, а до этого занимался ресторанным бизнесом, его рестораны очень востребованы.
– Креветки потрясающие, милый! – радостно причмокивала я.
– Ким, есть много других вкусных блюд, почему ты все время заказываешь одно и то же? – удивлялся он.
– Потому, что никак не могу объесться ими! – я протянула одну креветку ему прямо в рот, и он ее скушал с улыбкой.
Я чувствую себя школьницей или студенткой, потому, что такие яркие эмоции испытывала именно в те годы.
Хотя мой жених старше на пятнадцать лет, я воспринимаю его милым юношей. Мы оба молоды, когда находимся наедине, и мы влюблены.
Говорят, что насыщенность чувств постепенно угасает через три месяца, мы продержались уже четыре, я не наблюдаю спада в моей душе и в его отношении ко мне.
Я никогда не была так счастлива, как с ним сейчас. Он многое мне дал, но главное, если даже забыть про щедрые подарки, никто не заботился обо мне и не ухаживал так нежно, как Эдвард.
Обычно богатые мужчины уже пресыщены любыми девушками, привыкли, что все вешаются к ним на шею и бросаются в постель, поэтому миллионеры ведут себя развязно, требуют извращенного секса, изменяют, бьют, не утруждают себя джентльменским поведением, или поступают еще проще – сразу снимают эскорт. Я много читала и слышала о таких людях.
Эдвард совершенно другой. Возможно, дело именно во мне. Он сам признавался в том, что был очень сексуально активен раньше со множеством разных дам.
За мной же он впервые ухаживал целый месяц и ничего не требовал взамен, уважая мою верность первому мужу.
Наверное, все зависит от поведения женщины и того, как она ставит себя перед миром. К тебе относятся так, как ты это позволяешь.
После обеда мы поехали с брокером смотреть дома. Первый особняк на Холби Хиллс внутри был безукоризненно шикарен: красивый дизайн, дорогая мебель, все новое.
Но мне не понравилось то, что забор решетчатый, сад без труда просматривается с дороги, на которой запарковано множество машин.
– Милый, ты посмотри, тут парковка, как в Нью-Йорке, слишком людно. Дом очень красив, но мы хотели что-то более уединенное. И нет видов, о которых я мечтала! Я хочу вид на океан! Какой смысл покупать дом за двадцать два миллиона и выставлять приватную жизнь напоказ соседям и прохожим? – сказала я жениху.
Он кивнул, и мы поехали смотреть дворец в Беверли Хиллс. Таких огромных домов я еще не посещала.
– Этот особняк построен известным девелопером, он строит шикарные дворцы в основном для арабских бизнесменов. Здесь четыре этажа, общая площадь – шестьдесят тысяч квадратных футов… – говорил брокер.
– Сколько это в метрах? – спросила я.
– Чуть больше пяти тысяч метров.
Даже Эдвард приподнял брови. Мы впервые смотрели настолько огромный дом. На нижнем ярусе все было оформлено в арабском стиле: комната отдыха с мягкими подушками для расслабления и курения кальяна, хаммам, бассейн, игровая комната с бильярдным столом…
– Никогда не видела подобных домов! – восхищалась я, рассматривая потолок.
– Даже я впечатлен! – ответил мне Эдвард.
Этажи связывала шикарная мраморная лестница, мне она напомнила те, которые я видела в Петербурге, в Зимнем и Юсуповском дворцах.
Также тут можно пользоваться лифтом, рассчитанным на десять человек. А для самых ленивых в лифте размещены мягкие скамеечки, обитые фиолетовым бархатом.
– В доме одиннадцать спален, шестнадцать ванных комнат, все меблировано, это входит в стоимость, – рассказывал брокер, а я глазела по сторонам.
Мы вышли на задний двор, где огромный бассейн соединялся с голубым небом, на горизонте виднелись горы и город, и немного панорамы океана вдалеке.
– Этот дом вместе с землей стоит сто пять миллионов долларов, – сообщил брокер, и у меня отвисла челюсть.
Я знаю, что у Эдварда есть эти деньги, но готов ли он их вложить в дом? Я не задавала вопросов, мы ехали смотреть следующие варианты в Малибу…
В свой дом я влюбилась сразу. Огромный участок, расположенный на горе, был превращен в шикарный парк с прудом, теннисным кортом и вертолетной площадкой.
Сам дом был поменьше предыдущего, но тоже большим и красивым. Открытый бассейн визуально соединялся с океаном, я поняла, что это местная мода при строительстве.
Из-за грамотно спроектированного расположения с балконов и террасы открывался чудесный вид на Тихий океан. У комнат, расположенных сбоку и сзади – вид на горы и зелень.