Алёна Моденская – Тень чупакабры (страница 23)

Художница пару секунд смотрела на следователя. Потом тихо произнесла:

— Опасной бритвой. С тех пор этот инструмент видеть не могу. Отец бреется электрической, хотя это и не приветствуется. Экономия ресурсов.

Кристина отвернулась. Артём молчал. Только напряжённо ходил туда-сюда. Новиков тоже молчал. Высматривал электричку, которая отчего-то всё не ехала. Надо было срочно разрядить обстановку, иначе им потом трудно будет даже просто находиться в одном помещении.

Увы, Новиков за последнее время отвык от разговоров о природе и погоде и мог обсуждать только одно дело. Или что-то с ним связанное. Или кого-то.

— Кому-нибудь известно, кто отец Герды? — спросил Новиков сразу обоих попутчиков.

Кристина только пожала плечами.

— Я же не тётка в очереди, чтобы сплетни пересказывать, — скривился Артём.

— И тем не менее, — настаивал Новиков.

— Говорят, какой-то высокий чин, — нехотя произнёс Артём. — Вроде как он им до сих пор помогает, хотя у него семья есть.

— Кристина, а в Доме культуры знают про роман Арбузова и Вислогузовой? — спросил Новиков после небольшой паузы.

— Про него все знают, — улыбнулась Кристина. — Просто девчонки думают, что он с ней ради связей, а он им ещё врёт, что её не любит и вот-вот бросит.

— А она-то с ним ради чего? — задал Новиков вопрос, не ожидая ответа.

Артём только отвернулся. Ему, похоже, этот разговор был скучен и неприятен.

А вот Кристина оживилась:

— Она же тоже женщина, ещё не старая, ей тоже любви хочется. Он ведь ей наплёл, что она особенная, что он такой в жизни не встречал и уже не встретит. Что все вокруг против него, что он такой страдалец. Умеет он женщинами крутить.

Новиков в ответ на неожиданный психологический анализ только помычал. Как-то не верилось, что такая деловая и далеко не глупая дама, как Вислогузова, могла поверить в такую банальную ложь. С другой стороны, Кристина права — всем хочется любви. А кто ещё станет за Вислогузовой ухлёстывать?

— Значит, вы часто ходите через священный лес? — переменил тему Новиков. Кристина только внимательно на него посмотрела. — Чупакабру не боитесь?

— Люди страшнее, — тихо произнесла Кристина.

— А вы в лесу не видели чего-то похожего на это чудовище? — спросил Новиков, припоминая огромную тень, шнырявшую недалеко от забора «семёрки».

— Нет, — покачала головой Кристина, будто про эту тень и думать забыла. — Зато чудовищ в человеческом обличье — сколько угодно. И в лесу, и в городе, и вообще везде.

Новиков не мог решиться задать вопрос, который давно его занимал. Рано, наверное. С другой стороны, в таком деле лучше рано, чем поздно.

— Что вы вообще думаете про эти нападения?

— А почему вы спрашиваете? — Кристина смотрела в сторону.

— Художники — люди наблюдательные. Помните, вы заметили, что куст у забора вокруг зоны был неправильным.

— Вы не можете понять, зверь это или человек? — спросила Кристина после паузы.

Новиков кивнул. Раздался гудок электрички.

— Я думаю, всё вместе. Зверь в человеческом обличье. Или человек в зверином.

Гудок стал громче, послышался стук колёс. К платформе подошла зелёная электричка, двери открылись. Все трое вошли в полупустой вагон и разместились на деревянной лавке. Поезд повёз их обратно к Добромыслову, где высокими трубами сиренево-чёрно дымили химические заводы.

Глава 11. Сувенир

Когда Новиков в понедельник шёл поутру на работу, в воздухе уже почти привычно чувствовался слабый химический запах, от которого свербело в носу. Все выходные бесконечно лили дожди, теперь же улицы окутал туман. Только не такой, что бывает после дождей. В мокрую погоду туманы лёгкие и влажные, этот же был тяжёлым, плотным и матовым. И от него хотелось кашлять.

— Часто здесь такое? — спросил Новиков у Зины, которую встретил на входе.

— Да постоянно. — Зина стряхивала воду с зонта.

— И всё от этих заводов? — Новиков припомнил тяжёлый дым, рваными клочьями ваты стелющийся над городом. Когда в выходные они с Кристиной и Артёмом ехали на электричке, этот химический чад висел над городом, как меховое покрывало.

— Ясное дело от производств, от чего ещё-то, — бормотала Зина, сражаясь с зонтиком, который никак не хотел складываться.

— Чем, интересно, они там занимаются.

— Это тебе лучше у своей соседки спросить. У неё же папаша там в чинах. — Зина наконец победила зонт.

— Сказала, что в химии ничего не понимает. Да и я не пойму. Слушай, а вот как медик…

Зина прыснула со смеху. Новиков пропустил её на лестницу.

— Ладно. Всё равно, как тебе кажется, в целом насколько люди здесь здоровые? — Новиков шагал за экспертшей вверх по ступенькам.

— Ни насколько, — ответила сверху Зина, обернувшись. — Больные все. Поликлиники забиты, госпиталя забиты. В Горький постоянно кого-то отправляют. Хорошо, что сейчас ещё новые корпуса строятся и врачей хватает.

— Химия, — пробормотал Новиков.

Зина в ответ только угукнула.

После обеда к Новикову заявилась Зыкова. Она плюхнулась на стул для посетителей и закурила.

— Так это вы Арбузову бока намяли? — держа папиросу в зубах, спросила Зыкова.

— Накляузничал?

— Ещё чего, — уважительно усмехнулась начальница Первого отдела. — Подружка ваша, Вислогузова.

— Почему вы называете её моей подругой? — насупился Новиков.

— Да вот только что свистела нам про нападение стаи хулиганов, — намеренно невпопад ответила Зыкова. — Николайчуку теперь разбираться с этим.

— А откуда вы… А, ладно.

Зыкова, улыбаясь, пускала клубы дыма:

— Ничего, на Божедомке тоже есть шпана, которую всё равно пора закрывать.

— Что выпускают на местных заводах? — прямо спросил Новиков.

— Продукцию для оборонки. Точнее не скажу. Секретность, сами понимаете.

— А радиация там есть?

— Вам это зачем? — Зыкова продолжала дымить.

— Я как-то читал, что от радиации могут появляться мутанты. Из-за облучения живые организмы почему-то начинают странно развиваться.

— Вы насчёт коров? — прищурилась Зыкова.

— И насчёт людей тоже, — быстро добавил Новиков.

— Я видела отчёт криминалистов. Человек вряд ли смог бы так коров порезать. Сила нужна немереная. — Зыкова задумчиво смотрела в одну точку, папироса слабо дымилась в её пальцах.

— Разве там нет сторожей? — прервал размышления начальницы Первого отдела Новиков.

— Есть. Не поверите, клянутся, что ничего не слышали. — Зыкова затушила окурок и взяла новую папиросу. — Они по ночам собак выпускают. Если кто появится, псы поднимают лай.

— А тут не подняли?

Зыкова в ответ только покачала головой:

— Псы забились по углам и не вылезали.

— Кто же их так напугал? — тихо проговорил Новиков, глядя в окно. По стеклу снова текли холодные дождевые струи.