Алёна Моденская – Черный дрозд (страница 22)

Интересно, он сам помнил, как когда-то весело нёс сына на плечах по солнечному весеннему городу?

Данил постоял немного у арки. Яблони и вишни начали облетать, засыпая тёмный асфальт белоснежными конфетти. Зато сирени помахивали на лёгком ветру пышными ароматными гроздьями.

Вздохнув об отце, с которым так и не помирился, Данил вошёл во двор, дошагал до подъезда. В палисаднике копошилась соседка в забавных штанах с нарисованными цветиками, на клумбах головками качали белые нарциссы и яркие разноцветные тюльпаны. Данил засмотрелся на сортовые цветы — оранжевые с красными прожилками. И наступил в собачью кучу.

Услышав, как Данил выражал своё негодование матом, соседка обернулась и усмехнулась:

— Богатым будешь.

— Я и так не бедный, — морщился Данил, пытаясь салфеткой оттереть подошву. Не тащить же эту гадость домой. — Почему люди — такие свиньи?

— Не обижай хрюшек. Хорошие животные.

— Ей что, трудно свою псину на пустырь вывести? Или убрать за ней?

— Что ты у меня-то спрашиваешь? Пойди и у неё спроси. Я с ней больше слова не скажу. — И соседка вернулась к своим посадкам.

Н-да. Кто-то тратит своё время и силы на украшение, а кто-то — на засера… На порчу, в общем.

У Данила мелькнула мыслишка. Да, гаденькая, да, подленькая. Но эта тётка сама виновата — на кой она оставляет кругом отходы своей псины? Вела бы себя прилично, и проблем бы не было. Ни у кого.

И — вот удача — запищал домофон, и из подъезда вывалилась та самая хозяйка брехливой щётки для обуви, оставляющей повсюду свои кучки.

— Мадам, вы собираетесь прибирать за своей питомицей? — в лоб спросил Данил, жутко уставший от вереницы фантасмагорий.

Ответом Данилу послужило пожелание отправиться по известному маршруту. Дальше дама, виляя полными бёдрами в леопардовых лосинах, направилась к арке. Там встретила свою подругу, тоже собачницу, они расцеловались и стали приторно обсуждать своих драгоценных псинок.

— Ути-пути, сладенькая какая, — гремела на весь двор противная соседка в лосинах, играя с чужой собачкой. — А то развели тут хрен пойми что! Кошатин всяких кормят, тараканов разводят!

— Во-во, — поддакнула ей приятельница. — Да этих облезлых блоховозов травить надо!

— И голубей! Крысы летающие!

— Во-во! А особенно надо давить тех, кто их тут кормит! Устроили грязищу! — Дальше дамы выражались исключительно матом.

Данил понял, что тётки так орали, чтобы их наверняка услышала та, что теперь что-то сажала у заборчика. Ведь именно она подкармливала местных кошек, причём корм хвостатым приносили почти все соседи. А всё потому, что из-за присутствия кошек только их дом в квартале не страдал от крыс. Больше того, соседка всегда следила, чтобы никаких остатков кошачьей еды нигде не валялось. Собственно, она иногда и улицу сама подметала, и подъезд мыла.

И вот, пожалуйста — те, кто гадят себе и другим под ноги, ещё её же и обвиняют.

Что-то тут было не то.

— Они ещё мусор из окон кидают, когда лень до контейнера идти, — тихо произнесла садоводша-любительница.

Как она поняла, что Данил сейчас об этом подумал? Тоже ведьма? Почему тогда не размажет тех двоих? Хочет жить в мире с совестью?

Как хорошо, что у Данила с этим всё проще.

Правда, дойдя до квартиры, он всё же передумал. Баба Валя же говорила про сомнительные связи и сделки. А он и так уже влип в историю. Пожалуй, хватит с него.

Когда привезли еду, Данил вышел ужинать на балкон. Только спокойно насладиться сиреневыми ароматными майскими сумерками не вышло. Вовсю несло собачьими отходами. И это при том, что двор в это время пустовал.

Надо же, всё цветёт, благоухает — одно удовольствие прогуляться таким прекрасным вечером. Увы, сногсшибающая вонь прогнала всех домой или на другие улицы.

Откуда же так несло. Данил перегнулся через парапет балкона. Оказалось, на палисаднике, прямо в маленьком прудике плавал пакет, из которого вывалились гнилые объедки. А рядом лежал ещё пакет. Похоже, именно он и вонял, судя по субстанции, валяющейся рядом. У них что, туалеты сломаны? Или от телевизора слишком далеко туда идти? Правильно, в такую даль не каждый доковыляет.

Первым порывом было выйти и убрать гадость с палисадника, на котором уже зеленели стебли и листья цветов, которые будут распускаться и хорошо пахнуть всё лето.

С другой стороны, одеваться, спускаться. А зачем ему спускаться, он за сегодня уже нагулялся.

Ну ладно. Вот если до утра никто эту дрянь не уберёт, то так и быть, придётся лично поучаствовать в благоустройстве.

И ведь пришлось. Когда Данил утром вышел на балкон завтракать, воняющих пакетов было уже не два, а три.

— Ну что за люди! — громко возмутился Данил. — Только и умеют, что жрать и сра…

И тут ему на макушку что-то шлёпнулось. Отскочило и улетело в палисадник.

Данил резко посмотрел верх. В квартире по диагонали закрылось окно. Так ведь это тётка, которая разрешает своей псине справлять нужду у всех на виду. А что она кинула?

Судя по запаху, просто окурок. Но теперь волосы будут плохо пахнуть дешёвым табаком, и вообще, какое она имеет право! Она здесь кто⁈

Первым желанием было пойти к ней, позвонить в дверь и высказать в лицо всё, что накопилось. Вторым — … Ну ладно, не бить же женщину. Хотя какая она после всего этого женщина. Настоящая женщина прекрасна, она вдохновляет, побуждает сделать мир вокруг лучше. А не гадит где ни попадя и не провоцирует на драку и мат. Быть женщиной — это искусство.

Да, а кто провоцирует на мат и драки? Лярвы. Вот кто это такая. Не женщина, а лярва.

Ну значит, и получит сполна, как самая настоящая лярва.

Данил собрал весь мусор из своей квартиры, завязал пакет. Переоделся, вышел на улицу. Если честно, он надеялся, что кто-то всё-таки уберёт с палисадника эту гадость. Не потому, что самому лень или противно. Просто тогда бы он остыл и избавился от жгучего желания провернуть то, что задумал.

Но теперь обратной дороги нет. Данил натянул на руку вывернутый пакет, прихваченный из дома. Морщась и закрывая лицо локтем, кое-как собрал пакости, выброшенные соседкой из окна.

Да, пока он ползал по палисаднику, видел, как она высунулась в окно и харкнула прямо в прудик. Господи, как их земля носит. В городе же полно карстовых пустот, неужели жаль одного провала прямо под этой тушей?

Ну ничего, иногда и самому надо потрудиться, чтобы мир стал чище. Даже если для этого придётся испачкать руки.

Глава 12

Круговорот

Иногда нужно и брезгливость преодолеть. Но это даже полезно.

Данил сходил к контейнерам, выбросил свой пакет с мусором и пакости, что подобрал во дворе. Правда, не все. Часть оставил. Завернул в обрывки конверта, которые забрал из сарая Крайнова. Вот где ирония — Крайнову кто-то сделал подклад, как и внукам приятельницы бабы Вали. А эта лярва, которая по какой-то злой иронии поселилась с ним в одном подъезде, сотворила начинку для своего подклада сама. И ещё и снабдила Данила этим чудесным инструментом.

То есть, вины Данила в этом вообще нет. Он просто вернёт этой тётке то, что из неё же вывалилось. Круговорот дерьма в природе и в обществе.

Данил вернулся к дому, поднялся на тёткин этаж. Осмотрелся. Вроде никого. Взял пакет с вонючкой и аккуратно подложил под дверь. Прижал, представляя, как ставит печать на отправлении. Получите, распишитесь. И подавитесь.

В кармане зажужжал телефон, и Данил быстро спустился на свой этаж. Принял звонок, только когда закрыл дверь квартиры.

— Добрый день. Это следователь Батенко, я веду дело о наезде, — произнёс приятный женский голос.

— Слушаю вас, — вежливо и спокойно ответил Данил.

— Вы могли бы подойти сегодня для беседы?

Уж слишком ровно говорила эта следователь. Делать нечего, пришлось соглашаться, приводить себя в порядок и топать в полицию.

Следователь задала пару банальных вопросов, потом перешла к Крайнову:

— Вам не показалось, что он был в изменённом состоянии, когда подписывал договор ренты? — задала Батенко ожидаемый вопрос.

— Нет, не показалось, — спокойно ответил Данил, хотя вообще не помнил, как они оформляли документы.

— Когда вы в последний раз видели Крайнова или разговаривали с ним?

— Если честно, не помню, — улыбнулся Данил. Не рассказывать же ей, как он недавно встретился с призраком своего клиента.

Батенко некоторое время мочала, постукивая пальцами по столу. Потом произнесла:

— Сегодня ночью случилось сразу два пожара. В квартире Крайнова и его сарайчике недалеко от дома.

— Это печально, — медленно проговорил Данил.

— Он вам ничего не рассказывал? Может, у него были проблемы, и ему нужны были деньги? — Батенко подпёрла щёку кулаком.

— Нет, — покачал головой Данил. — Я — только нотариус.

— Ну да. А сарай просто сожгли не то бомжи, не то хулиганы. И в эту же ночь кто-то залез в его квартиру и устроил там пожар.

— Поджоги? Это точно?