Алёна Моденская – Черный дрозд (страница 19)

— Завтра же схожу и напишу завещание, — пробурчала баба Валя.

— Интересно, на кого, — не удержался от колкости Данил.

— Не на тебя, не волнуйся, — в том же духе ответила бабуля. — Хватит с тебя отцова наследства.

— Я, между прочим… — Дальше Данил хотел сказать, что пусть он и получил наследство от спившегося отца, но он же — не дармоед, ничего не профукал, а напротив, даже приумножил. И потом, он же — сын, а значит, вполне законный наследник.

Увы, бабка этой вдохновенной тирады слушать не стала, а просто вышла из машины.

— Куда мы сначала? — спросил Новиков, тоже выходя. — Домой к нему? Или поищем сарай?

— Зачем сарай? — не понял Данил. — И потом — с чего вы вообще взяли, что у него был сарай?

— У такого мужика, как Крайнов? — усмехнулся Новиков. — Или гараж, или сарай точно есть.

— Так. Повесился он здесь, рядом с сараями. Значит, искать лучше тут. — Баба Валя деловито осмотрелась. — Вот что. Вы пока пошуршите здесь. Дерево осмотрите, следы поищите. А я пойду с соседками поболтаю.

— Тётка в палисаднике — самый надёжный свидетель, — произнёс Новиков, глядя вслед ушедшей к дому бабе Вале. — Ладно, пошли.

И Новиков направился к дереву, на котором нашли Крайнова.

— Зачем ему было вешаться на улице? — непонимающе спросил Данил, рассматривая массивный клён, одна из ветвей которого уходила от ствола почти горизонтально, нависая над тротуарчиком. — Мог бы дома повеситься, или в том же сарае.

— Наверное, хотел, чтобы его побыстрее нашли, — пожал плечами Новиков. — Но в целом ты прав — это странно. Интересно, куда они верёвку дели.

— Кто?

— Родственники. Она бы нам пригодилась. — Новиков рассматривал следы на коре дерева — подгнивающие потёртости.

— Чем вам может пригодиться верёвка висельника? — не мог понять хода мысли Данил.

— Мощный артефакт, — просто ответил майор. Примерился к ветке, кивнул.

Данил и сам понимал, что вроде бы всё сходилось. Может, у Крайнова имелись свои причины свести счёты с жизнью. Он всё-таки болел.

Но вот что жутко злило, так это провал в памяти. Данил ничегошеньки не помнил, даже фамилии. Да, он всегда заверял договоры ренты Анфисы и её родителей, но там всегда всё было чисто. Ну, умирали потом получатели этой ренты, но люди же не бессмертные. И потом, такими услугами пользуются, в основном, пожилые. Правда, их родственники время от времени приходили скандалить, даже пытались судиться. Ага, при жизни на человека — ноль внимания, пусть подыхает, а как его имущество уплыло, так сразу прискачут.

Но на памяти Данила никто из клиентов Анфисы по ренте самоубийством жизнь не заканчивал.

— Как-то тяжело здесь находиться, — вздохнул Данил. И правда, дышалось тут трудно, голова гудела, руки-ноги потяжелели.

— А что ты хотел, тут человек покончил человек с собой, — тихо проговорил Новиков, осматриваясь.

Баба Валя весело болтала с тётками из подъезда, как со старыми знакомыми. Ну, пока они ей все сплетни не перескажут, её можно не ждать.

— Пошли, поищем сарай, — предложил Новиков.

— Как мы его найдём? Может, ваших коллег попросим помочь?

— Сами справимся. — Новиков призывно махнул рукой, и Данил поплёлся следом за ним к веренице старых сараев, в каких обычно хранят припасы и разный хлам, собранный многими поколениями.

— Что толку от этой рухляди? — произнёс Данил, с отвращением глядя на обшарпанные потрескавшиеся стены и проваленные крыши сараек. На некоторых коробках даже двери отсутствовали, а внутренности, судя по запахам и виду, были превращены в филиалы помоек и общественных туалетов. — Только вид портят.

— Кому-то эти сарайчики нужны, — пожал плечами Новиков.

— Их всё равно скоро снесут… — Данил остановился и уставился на одну из коробок.

Старая деревянная дверь с навесным замком. Краска давно облезла, но рядом с оторванной ручкой проступала уж очень знакомая полустёртая надпись. Собственная подпись Данила, будто оставленная здесь давным-давно чем-то вроде фломастера, но теперь высохшая и выцветшая.

— Опять, — простонал Данил, отчаянно не желая выяснять, как эта подпись здесь оказалась.

В прошлый раз его чуть живьём не спалило. Господи, да ведь это было только вчера, а как будто месяц назад.

Новиков тем временем присел, осмотрел подпись и ручку. Бегло оглянулся и подцепил замок.

— Вы что, собираетесь его взломать? — испугался Данил. Только уголовного дела о незаконном проникновении ему сейчас не хватало.

— Я — нет. Подпись твоя? Твоя. Тебе и отмычку в руки. А я подстрахую. — Новиков достал осиновый кол и отошёл в сторону, давая Данилу возможность подойти ближе. Потом протянул ему тонкую отвёртку, выступающую из швейцарского ножа. — Замочек совсем простенький. Справишься.

Только сам Данил отчаянно не желал ни с чем справляться. Ему вообще сейчас хотелось оказаться где-нибудь на другой стороне земного шара. Где тёплое море, пальмы, красивые девушки в купальниках. В общем, где сейчас мама просаживала отцовы и его деньги.

А он тут, один, почти без поддержки. Если, правда, не считать абьюзершу-бабулю с чёрными шуточками и майора с осиновым колом наготове.

Да катись оно всё комом с лысой горы! Данил, боясь затормозить и передумать, быстро подошёл к двери и дёрнул за навесной замок.

В ответ дверь мощно ударила Данила по лбу, и свет погас.

Данил очнулся, когда его за ноги тащило по какому-то холодному полу. Вокруг темно, голову не поднять, руки бессильно повисли. Зато щиколотки сдавило. Кто-то огромный и тёмный утягивал его во мрак. Как будто он оказался в подвале из фильма ужасов.

Но того, кто тащил, вдруг сбило с ног. Началась какая-то потасовка с тумаками и вскриками. Данил сел и попытался осмотреться. Ничего не видно, сплошная темнота кругом.

Упираясь руками в пол, Данил попытался подняться на ноги и вдруг обнаружил, что так и сжимал в руке майорову отвёртку. Так, надо валить. Но в этот момент тот, кто его приволок, свалил с ног того, другого.

Бежать или помогать?

Куда бежать? — усмехнулся про себя Данил.

Он сжал покрепче отвёртку, разбежался и напрыгнул на того, кто его тащил. И всадил отвёртку… сам не понял, куда.

— Оба-на, — удивлённо произнёс мужской голос. Знакомый. Кажется, это он на кладбище сказал, что сам бы укокошил Данила. А теперь спас, надо же.

И тут Данил обнаружил, что так и стоял у двери сарайчика с замком в руке. Только замок будто обжигал ледяным холодом. Данил отдёрнул руку.

— Ты чего? — шёпотом спросил Новиков.

Ага, он ничего про подвал не видел. И хорошо.

Данил примерился и отвёрткой просто соскоблил собственную подпись с двери сарая. Навесной замок в ответ со звоном шлёпнулся на землю.

— Аннулировано, — чётко проговорил Данил, сам не зная, зачем,. Вдруг появилось странное ощущение — как будто он успешно закончил какое-то важное дело. Даже настроение улучшилось.

— Ну, что тут у вас? — бодро спросила подошедшая баба Валя.

— Это, похоже, сарай Крайнова, — кивнул на дверь Новиков. — Данил убрал печать, теперь можно входить.

Бабуля уважительно помычала, и Данил понял, что ему предоставили право первым войти… в чужой сарай, замок которого он только что сбил, хозяин повесился недалеко отсюда, а до этого они разговаривали, но сам Данил этого не помнит. Ничего не упустили?

Данил вздохнул, вернул ножик Новикову и кое-как подцепил дверь без ручки. Света внутри не было, так что вход пришлось оставить приоткрытым.

Обычный тесный сарайчик с низким потолком. Мешки, ящики, всевозможное барахло кругом. Тонны пыли, от которой хочется чихать.

— Родственнички развели этого Крайнова. — Произнесла баба Валя, заглядывая в какую-то корзинку. — Дочка с зятем жили вместе с ним в хорошей четырёхкомнатной. Тут, совсем рядом. Потом они разменяли ту квартиру. Себе взяли трёхкомнатную, а Крайнову — однушку без ремонта, да ещё его деньги потратили. Вроде как им нужнее. В общем, разругались вдрызг.

— Он много пил, наверное, — пробормотал Данил, сначала пожалев Крайнова, а потом вспомнив свои непростые отношения с отцом.

— А вот и нет, — отозвалась бабуля. — Он пить начал уже здесь, когда переехал и поругался с дочкой. Он затем и ренту оформил, чтобы наследство им не оставлять.

— Погодите, тут что-то не сходится, — сказал Данил, припоминая всю историю несчастного Крайнова. — Тот эксперт сказал, что алкоголизм у него был давний. Потому и болел, и мог скоро умереть.

— Ведь верно, — протянула баба Валя. — Соседки сказали, что он вообще всю жизнь капли в рот не брал. А тут спился.

— Может, нервы сдали, — предположил Новиков. — С дочкой поссорился, остался один.

— Да, квартирный вопрос много кого испортил, — со вздохом протянула баба Валя.

В этот момент в дверь заглянул какой-то щуплый мужчинка и настороженно спросил:

— А вы чего тут?