Алёна Медведева – Такие разные половинки (страница 15)

– Дейнари, – голос Кирена дрогнул. – Такой – абсолютно покорной моему клинку – ты волнуешь меня нестерпимо. Я знаю, у вас все иначе. Думал об этом сейчас. Но мне безразлично. Ты научишься быть тем, что необходимо мне. Для тебя это возможность жизни. Ее цена.

Метх замолчал, позволив мне додумать дальнейшее. Мой хозяин решил обзавестись еще одним жизненно необходимым ему атрибутом. Ножнами…

Лезвие уверенно и медленно скользнуло наружу, позволяя мне вздохнуть полной грудью. Ноги обессиленно упали на пол, хвост дрожал от напряжения. Я вдруг осознала, что тело стало влажным от проступившей испарины. Приоткрыв веки, увидела, что Кирен отступил назад. Какое-то время метх с довольным интересом рассматривал клинок. И его взгляд… он шокировал меня.

Там было все: любовь, восторг, страсть, обожание… Удивительно, что я оказалась способна распознать эти эмоции.

На меня хозяин внимания больше не обращал. Двумя стремительными движениями завершив разминку, с неимоверной осторожностью поместил клинки на отведенное для них место и улегся в свой гамак. Пришло время отдыха.

Меня же внезапно затрясло. Это запоздало и закономерно сознание накрыло пониманием случившегося. Отчаянно сжимая зубы, я старалась сдержать дрожь. Меньше всего мне хотелось привлечь внимание метха, разгневать его.

Но усилия оказались напрасными.

– Ты мерзнешь? – его вопрос прозвучал в тишине помещения резко и угрожающе. Температура внутренних помещений корабля не была комфортной для меня – жительницы жаркого климата Цезариона, но за годы жизни у метхов я привыкла. Воины же словно осознанно приучали тело к ощутимой прохладе.

– Н-нет, – с трудом выдавила из себя.

Прохлада меня на самом деле не беспокоила. Скорее уж холод. Внутренний, леденящий душу отчаянием и одиночеством. Как же мне нужен Дарг. Как долго я выдержу эту безжалостную и суровую «страстность» метха?

Кирен резко вскочил на ноги, заставив меня вздрогнуть уже от страха. Мой хозяин подошел вплотную и… улегся на пол рядом. Обхватив меня за плечи, резко развернул на бок, лицом к стене.

– Мне так удобнее. Ничего… не мешает, – на последних словах его ладонь мимолетно коснулась моей груди, обозначая причину неудобства. – Грейся.

Тело мужчины ощущалось источником жаркого тепла. Его обнаженная грудь вплотную прижималась к моей голой спине. Мои бедра упирались в его живот.

Хвост инстинктивно дернулся, ведомый моей паникой. Такое близкое присутствие метха мгновенно вызвало в памяти воспоминания о нашем… совокуплении. Брр…

Хвост снова дрогнул, заметавшись от ноги к ноге. Кирен недовольно зашипел. И мою неуемную третью «конечность» слегка прижала твердая нога метха.

– Прекрати дрожать. Не стоит думать о плохом, смерть всегда рядом с каждым из нас – этого достаточно. Я могу умереть уже завтра, предстоит опасная атака на поселение тарнов на перевалочном спутнике. И если не вернусь я, ты умрешь тоже. Наслаждайся мгновением жизни. Каждое может стать последним. Или мечтай о скорой смерти.

Потрясенная небывалой разговорчивостью метха, недоуменно замерла, вдумываясь в его слова. Тепло чужого тела неожиданно сказалось успокаивающе. И хотя рядом с Киреном мне было страшно – от него не представляла чего ожидать, паника явно отступала, позволив уснуть.

Пробудилась я уже в одиночестве. Удивительно, но как свою личную территорию покинул мой хозяин, я не слышала. Первый взгляд, осознав, что нахожусь тут одна, бросила на нишу в стене, где обычно находились его мечи. Их не было! В памяти сохранилось какое-то упоминание о нападении на тарнов. Метхи, как и всегда, не упустят случая поживиться легкой добычей.

«Я смогу умереть уже завтра…» – сказал Кирен ночью. Я отчетливо запомнила эту его мысль. Надеялась? Наверное, да, трудно было сразу разобраться в своих противоречивых чувствах. И пусть это, по его словам, принесло бы погибель мне. Но лучшая быстрая смерть, чем бесконечный ужас рядом с ним. В данным момент я не представляла себе других мыслей.

Сегодня я смогла встать, слабость постепенно отступала. Нашла еду – возможно, метх намеренно оставил ее, а может и случайно забыл убрать в спешке. Я была голодна, упадок сил не прошел полностью, поэтому с жадностью поела. Затем поплелась в купальню, надеясь позже найти для себя хоть какой-то их женский балахон.

Голова все так же мучительно болела, ощущение сжимавшего ее тугого обруча не покидало. И способность моей расы – волновое излучение – никак не стабилизировалась. Хотя по возрасту все должно уже было сформироваться. Мне так казалось, но уверенности в этих знаниях не было…

Как итог – состояние было совершенно разбалансированным. Внимание на чем-то концентрировала с трудом, будущее виделось удручающим, а что делать с этим мне – было не ясно.

«Как же не хватает воздействия энергии Цезариона…» – вздыхала я, обливая себя водой. Смутно, как размытый, но истово хранимый образ из детского сна, я помнила это едва ли осязаемое ощущение живительного влияния. Словно тепло, даримое солнцами родной планеты, тепло любви, тепло дома… Все это стало для меня лишь отголоском практически забытой фантазии, чудом зацепившейся в памяти.

Вновь вернувшись к месту, где отныне должна была спать, присела на корточки, стараясь собраться с мыслями. Об изменении взаимоотношений с метхом думать не могла – слишком сложно и пугающе для меня это. И противопоставить мне Кирену нечего – я в его абсолютной власти. Остается смириться, терпеть и надеяться…

Хвост нервно подрагивал, легонько постукивая по полу, вода, испаряясь с поверхности тела, холодила кожу. Привычного балахона нигде не было видно! Воспользоваться для этой цели раздаточным сервисом метхского звездолета – тоже не выходило. Пришлось укрыться тканью, что служила мне постелью.

Глава 9

Я ждала. Спустя столько тяжелых лет продолжала верить в чудо. Ждала помощи от брата, сохраняя лишь эту единственную надежду на спасение. Заставляла себя верить, что он обязательно меня найдет. Вера в спасение стала единственным светлым моментом моего существования.

Ждала я сегодня и Кирена, одновременно отчаянно страшась момента его появления. Раньше я всегда особенно тщательно укрывалась, стараясь ни единым шорохом не выдать своего присутствия, когда метх возвращался из их грабительских набегов. Отчаянно жалась к стенке в темноте своей «норы», боясь привлечь внимание взвинченного борьбой и азартом грабежа меднокожего.

А вот Гринод – наоборот, всегда стремился в такие моменты быть рядом. Разжечь и усилить его эмоции ссорой, взвинтить новостями, усилив накал эмоций.

«Великая праматерь!» – Мысленно задохнулась я от ужасного предчувствия.

С момента ранения моего хозяина вход на его личную территорию Гриноду был воспрещен. И я больше не имею возможности спасаться в своем укрытии. И если усилия противного метха обычно были напрасными – мой хозяин предпочитал гасить любой всплеск эмоций тренировкой с мечами, то сейчас…

Сама не понимала почему, но при одной мысли о появлении разгоряченного боем, возбужденного полученной добычей и запалом погони Кирена, становилось… тревожно. Странно, но вариант смерти метха или его ранения совершенно не занимал мои мысли. Я словно знала, что он вернется! И вернется… бешеным.

Прерывая мои испуганные мысли, предупреждающе зазвенела сигнальная система. Вздрогнув, невольно принялась озираться, не понимая, что происходит. Взгляд остановился на небольшой панельке возле входной двери с непонятными мне метхскими обозначениями. Сейчас они мигали, вспыхивая синим. И громкий звук не умолкал…

«Попытка проникнуть внутрь» – уверенно предположила я. – «Гринод!»

Кто еще в отсутствие хозяина каюты мог стремиться проникнуть сюда?.. Только он! И это в момент, когда Кирен гарантированно отсутствует, возглавляя набег?..

Понимая, что если метх сюда ворвется, то неминуемо увидит меня, сорвалась с места. Рефлекторно кинулась к укрытию, в котором столько раз искала спасения. Но резко остановилась, вспомнив, что Кирен практически разрушил «нору». Более того, запретил мне прятаться там. Что если следом появится и он?..

Обреченно сжавшись, вновь села в угол помещения. Ждала… Предупреждающий вой звучал долго. Час, два, больше?.. Когда, наконец, наступила тишина и синие вспышки на дверном табло погасли, в голове звенело, было нестерпимо больно. Уши словно заложило ватой, перед глазами все плыло, и дышать стало сложно. Ощущала я себя очень плохо. С трудом, стараясь двигать головой очень медленно, смогла разжать онемевшие от долгой неподвижности члены и вытянулась на полу. Глаза не открывались, вновь накатило ощущение подступающей смерти. И я отчаянно желала испустить последний вздох, чтобы перестать мучиться.

Отлежаться и прийти в себя не получилось, прошло совсем немного времени, и с неизменным мелодичным перезвоном дверь открылась. В этот раз процесс прошел в нормальном режиме – вернулся Кирен. Сверхъестественным усилием, превозмогая сводящую с ума головную боль, я смогла приоткрыть глаза и встретила его взгляд.

Безумный! Дикий! Жесткий… и голодный.

Сердце дрогнуло: я обречена. Тело и так ощущалось чужим, сейчас же оно словно помертвело от предчувствия неизбежного. Метх движением одной руки отшвырнул в сторону защитный шлем. Следующим стремительным маневром оказался возле ниши, куда поместил два своих меча, и принялся сдирать с себя защитный скафандр их расы. И все это, не отводя от меня жадного взгляда. Так быстро, что мои глаза, и так слезящиеся от боли, пронзило острой резью. Веки рефлекторно опустились, перекрывая обзор, и избавляя от источника зрительного раздражения.