Алёна Май – Проект Алиса Громова (страница 6)

Она положила руки Матвею на плечи, а его легли на ее талию.

— Мы же не на школьной дискотеке, а влюбленные. Ты сегодня какой-то отстраненный.

— Прости. Так лучше? — Матвей притянул Алису к себе ближе и прижался щекой к ее виску.

Они мерно покачивались в такт музыке, ловя на себе заинтересованные взгляды и гневные женские шепотки своим мужчинам: «Вот люди танцуют и не смущаются, а ты вечно мне отказываешь!».

Алиса оказалась слишком близко к шее Матвея и ей до жути хотелось его подразнить, поэтому она решилась на отчаянный шаг и легко коснулась его шеи губами, оставляя след от помады на его коже.

Этот жест вызвал у него мурашки, а руки моментально сжались сильнее на талии Алисы.

— Что ты творишь? — прошипел он как чревовещатель, не открывая рта.

— Нас же снимают, что в этом такого? — прошептала она ему на ухо и поцеловала ещё раз, оставляя ещё одну метку.

— Проявление чувств на публике все же дурной тон.

— Тогда ты позволишь мне это сделать еще раз наедине?

Матвей медленно оторвался от Алисы и посмотрел на нее. Его глаза — голубые по природе — заметно потемнели. Ясное небо заволокло грозовыми тучами. А плечи Матвея на ощупь стали как камень — так сильно напрягли его ее слова.

— Ты о чем-то хочешь поговорить, Алиса? — склонился к ней Матвей и прошептал ей вопрос почти в самые губы. Так, чтобы услышала лишь она.

Алиса запустила руку ему в волосы и притянула к себе ближе, разворачивая от пристально направленных камер, прижалась губами к его уху:

— Я хочу секса.

— Не могу тебе с этим помочь, — быстро отчеканил Матвей, хотя Алиса не услышала уверенности в его голосе.

— Не боишься, что я выкину что-то из ряда вон, если ты откажешься? — она пропустила его волосы сквозь пальцы, ощущая еще большее напряжение в теле своего партнера по танцу.

— Не стоит угрожать мне, Алиса, — стальные нотки появились в голосе Матвея, она ощущала как ходят его желваки, а его рука уже до боли сжимала ее, но ей это даже отчасти нравилось.

— А я не угрожаю, хозяин, — она не побоялась указать на его положение в этих «отношениях» — Я предупреждаю.

Алиса оставила поцелуй на щеке Матвея, а затем отстранилась и отошла к их столику. Матвею пришлось собрать всю волю в кулак, чтобы не схватить её сзади за волосы и не… отшлепать. Черт, он реально подумал о том, как положит ее на колени и хорошенько выпорет, а потом… Да простят его все присутствующие в ресторане, но у него начал вставать член.

И почему он так реагировал на нее? Эта несносная девчонка могла одним лишь словом разрушить все, чего они достигли! Он так тщательно продумывал стратегию их отношений, что сам оказался в западне. Овечка перехитрила волка. Он не мог позволить ей взять под контроль ситуацию, но сам же и передал ей вожжи. Единственное, что удерживало ее от опрометчивых действий… Да что вообще ее удерживало рядом с ним? Она стала достаточно успешной и известной, чтобы вышвырнуть Матвея пинком под зад и двигаться дальше самой. Было ли это привычкой или… Нет, нет и нет. В этом деле не могут быть замешаны чувства. Не у Алисы, хотя в своих Матвей сомневался каждый день. Да, она по первой вроде делала какие-то шаги, если его не подводит память, но когда он расставил границы дозволенного, то всё сошло на нет. Ей просто нравилось его бесить, он был в этом убежден, ведь образ, который она держала перед камерой на самом деле не соответствовал её характеру. Он просто позволил ей проявлять чуть больше своего Я, чтобы она не потерялась за всеми этими фильтрами.

Он занял свое место, а Алиса снова встала, он на автомате встал за ней и ощутил себя скачущим козлом.

— Куда ты? — в его глазах читалось беспокойство.

— Припудрить носик, — улыбнулась Алиса совершенно очаровательно, как голодная гиена.

И эти десять минут в одиночестве заставили его заказать себе виски, чтобы хоть как-то унять дрожь в руках. Его воображение рисовало картины как Алиса что-нибудь поджигает или втыкает в себя нож, чтобы добавить драматичности этому вечеру. Совсем уже нервы ни к чёрту! Но к его счастью, она вернулась, всего лишь освежив макияж.

— Ой, милый, а ты чего это? — она протянула к нему руку и коснулась шеи. Матвей еле сдержался, чтобы не одернуть ее. — Помада осталась.

Он накрыл ладонь Алисы своей, удерживая.

— Что. Ты. Задумала?

Она попыталась вырвать руку, но Матвей потянул ее на себя так, что Алиса оказалась сидящей у него на коленях. Это действие противоречило его воспитанию и с правилами поведения в обществе, но он почувствовал необходимость взять ситуацию под контроль, хоть и таким непристойным способом.

— О. Так ты успел подумать о моем предложении и принял верное решение? — промурлыкала Алиса, гуляя пальцами по его мерно вздымающейся груди и, наверное, ощущая как его сердце отбивает чечетку. — Не нервничай, я буду нежной.

Матвей ощущал себя так, будто это он девушка, а Алиса — какой-то парень, нагло подкатывающий в баре. И он совершенно не понимал, как на это реагировать.

— Алиса, не играй с огнем.

— А то что? Бросишь меня? Так я только «за», — прошипела она сквозь милую улыбку, очерчивая его скулы своими нежными и тонкими пальцами с идеальным маникюром. Еще пару часов назад эти руки поглощали чипсы, а теперь вызывали электрические разряды в теле, заставляющие напрягаться отдельные его части, которым бы следовало не проявлять себя в данный момент, дабы мозг Алисы не сгенерировал неправильные выводы.

— Не дождешься, — поддавшись злости, прохрипел Матвей, и отпустил ее. — Вернись на место.

Приказывать ей как собаке Матвею не понравилось, но Алиса на удивление послушно выполнила команду.

Что-то этим вечером между ними слишком уж искрит. Напряженность такого рода можно снять либо убийством, либо… тем самым, что так отчаянно предлагала Алиса.

«Может, если я трахну ее хорошенько, то она успокоится⁈ Нет, нельзя. Это все усложнит.» — Матвей следил за действиями Алисы, но пока она всего лишь грациозно резала свой стейк и мычала какую-то песню под нос. — «Может, сказать, что я импотент? Но тогда она, не дай Бог, пойдет искать кого-то на стороне, попадется на этом и убьет свою и мою репутацию!»

Алиса разделалась со стейком, к тому времени уже принесли десерт.

— Забирать? — тихо спросил официант, указывая на нетронутую тарелку. Матвей кивнул. — Не понравилось?

— Аппетита нет.

Матвей продолжал следить за каждым движением Алисы, напрягаясь, стоило ей повернуть голову, или потянуться за бокалом. Он молча подливал ей и ощущал себя загнанным в угол. В кармане пиджака лежали билеты в Стамбул, но теперь он дико сомневался в том, что выдержит с ней наедине даже два дня. Серьги, надо было купить гребаные серьги!

Алиса выронила ложку, и она наклонилась, чтобы поднять ее. Матвей напрягся всем телом. Ну, не додумается же она залезть под стол, чтобы вытворить что-то непристойное? Он даже перестал дышать, пока она не поднялась.

Алиса коротко посмотрела на него, заметила его настороженность и улыбнулась одним уголком губ. Вот оно. Сейчас что-то будет.

Алиса взяла в руки бокал с шампанским и, прежде чем сделать глоток, приоткрыла рот. Что-то блеснуло. У Матвея заболела голова — так много вариантов развития событий перед ним предстало, когда он понял что таинственный предмет во рту Алисы — это кольцо с нехилым таким камушком, который она готова была плюнуть в бокал.

Кольцо в бокале с шампанским! Настолько пошлый и киношный вариант! Да Матвей бы никогда не сделал предложение таким способом, а придумал бы что-то пооригинальнее, но публика купится и растрещит на весь интернет, если Алиса сейчас радостно воскликнет что-то вроде «О мой бог!» и кинется ему на шею с криками «Я согласна!»

— Блядь, — выругался одними губами Матвей, продолжая следить за действиями Алисы.

«Выбирай,» — говорил ее взгляд. Матвей поправил галстук, который начал его душить. Выбор без выбора, получается? Либо секс, либо она сейчас устроит сцену, заслуживающую признания лучших кинокритиков. А если Матвей примется её переубеждать, то его образ идеального мужчины по версии чуть менее миллиона человек, не считая завистников и хейтеров, будет разрушен в мгновение ока.

Знали бы все эти люди, что ни один мужчина в здравом уме не связал бы с Алисой Громовой свою жизнь! Матвей явно сошел с ума. А Алиса, как пить дать, подговорила официантов заснять «предложение руки и сердца».

— Подожди, — собрался он с мыслями, сдержал нарастающий комок ярости, которым он готов был плеваться, как кот шерстью. — Не хочешь обсудить все… в более интимной обстановке?

Матвей накрыл ее руку своей и переплел их пальцы. Алиса довольно улыбнулась, думая, что он согласился на ее шантаж и принял «верное» решение. Не было никакого решения! Ему надо было просто избежать последствий ее дурной фантазии.

— Матвей! Надо же, какая встреча! — прозвучал женский хриплый голос у них над головами. — Ой, у вас тут свидание? Как неловко прерывать.

Матвей ни с кем бы не спутал этот голос, эти длинные черные как сама ночь волосы, которые он часто убирал из слива, алые губы, что шептали ему страстные речи, отточенная частыми тренировками и строгими диетами фигуру, пышную силиконовую грудь, которую на ощупь не отличишь от настоящей.

Бывшая девушка предстала перед ними в черном облегающем платье. Это её любимый цвет. А сама она в мыслях Матвея была скорее черной вдовой, нежели Одри Хепберн.