Алёна Комарова – Эхо преступления, или Интервью с Царевной (страница 9)

Подозревая, что скука медленно, но уверенно захватывает ее, Рита побоялась стать ее пленницей. И решила искусственно поднять себе настроение, кинув все силы на это трудное дело.

– Бабуль, что в магазине надо? – крикнула она в приоткрытую дверь. – Бабуль, я в магазин схожу. Что купить?

Надежда Семеновна вышла на крыльцо. От внимания бабушки не ускользнуло подавленное настроение внучки. Она незаметно прерывисто вздохнула и перечислила:

– Хлеб, колбаса и сахар. Может варенье сварим. Малиновое.

Рита, как старая бабка, поднялась с лавочки, прокряхтела мимо бабушки.

– А чего ты не рассказываешь, как вчера на встречу сходила? – интересовалась Надежда Семеновна, проходя следом за внучкой в дом.

– Потом расскажу – пообещала Рита.

Ей нужно было «проветриться», как обычно такие состояния называла бабушка. Отвлечься от телефона, компьютера и неприятных новостей – цель сегодняшнего дня.

– Бабуль, а ты знаешь кто живет в доме Ванюшиных?

– Не знакома – пожала она плечами.

Рите хотелось остаться и поговорить о Сергее, рассказать кто он такой, напомнить бабушке, но она поддалась скверному настроению и пошла у него на поводу. Решила, что этот разговор от нее не убежит, хотя подозревала, что сама готова бегать от бесед. Несколько месяцев назад она была уверена, что у них есть совместное будущее, но, расставшись, он ни разу не позвонил ей, хотя давал надежду. Или ей показалось? Именно поэтому она не хотела вчера с ним встречаться и общаться. Именно поэтому пряталась в его бане и именно поэтому бежала со двора. Не хотелось с разбегу требовать от него объяснений. Настоящую причину его холодного отступления она визуализировала. Воображение тут же воспроизвело жену Сергея – Валерию. Рита расстроилась окончательно.

Она надела рубашку, застегивать не стала, перекинула ремешок сумки через голову, проверила наличие кошелька и прогнала грусть, возникающую при мысли о деньгах и работе.

– Ладно, я ненадолго – поторопилась пообещать она, не зная, что судьба приготовила другой расклад событий.

Часа через два Надежда Семеновна стала переживать. А еще через два забеспокоилась и пошла на поиски внучки. Выходя со двора, она встретила соседку Клавдию Никитичну. Та, естественно, торопилась с последними новостями, как будто у Надежды не было телевизора. Обычно обсуждения начинались с новостей мировых, плавно переходили на ближнее зарубежье, ну а уже потом к соседям по улице. Хотя Надежда Семеновна подозревала, что ради них родимых – соседей – Клавдия выходит на улицу. Чтоб найти информацию об одном и рассказать ее другому.

– Трагедия у нас – объявила Клавдия.

– У кого у нас? – уточнила Надежда.

– В селе. Убийство.

– Что? – Надежда невольно схватилась за сердце.

– В многоэтажке девушку убили.

Если бы Клавдия Никитична не была увлечена обсасыванием новости, то заметила, как побледнела Надежда.

– Так ты что, не слышала? – накаляла воздух соседка.

– Да что случилось? – нетерпеливо потребовала Надежда Семеновна.

– Я же тебе говорю, убили. У Беликова в квартире. Ромка Беликов, помнишь? Вот что за молодежь пошла. Друг друга убивают. В наше время такого не было. Мы дружили. Вот вспомни. Умели дружить. Матом не разговаривали, а они им даже думают. Мы уважали старших. А сейчас что? Проходят мимо, даже не здороваются. Что это? Воспитание? Родителям некогда детям объяснить, что такое хорошо, что такое плохо. Вот я своим внукам это вложила. Уверена в них.

– Клавдия, кого убили?

– Девушку, молодую. Говорят, только приехала вчера. Ты чего? – засуетилась Клава, когда Надежда Семеновна попятилась назад. Она прислонилась к стене, медленно потянула ворот блузки. Задышала ртом. Прозорливая Клавдия забеспокоилась – тебе плохо?

– Рита где? – слабым голосом попыталась выкрикнуть Надежда.

– А я откуда знаю? – опешила Клавдия.

– Рита – одними губами прошептала Надежда.

– А она разве приехала?

– Да, вчера – еле прошептала Надежда Семеновна.

***

Проходя мимо Ромкиного дома, Рита не удержалась и решила заглянуть в гости. Зря он что ли приглашал? Хотя он приглашал не просто в гости, а для романтического свидания, быстро переходящего в постель. Это не стоило забывать, даже больше. Такое всегда нужно держать в голове. Но Рита была уверена в своей силе против напора друга и могла удержать его за кружкой кофе только одним взглядом и при помощи пары слов. Да и как-то настроение подталкивало к общению с друзьями. Хотелось вспоминать о прошлом, отгородившись от настоящего. В прошлом не было проблем, а если и были, они остались в прошлом. В настоящем были проблемы, и она никак не могла от них избавиться. Погрязла. Именно поэтому Рита не пошла сразу в магазин, а завернула в подъезд многоквартирного дома.

Она нажала на звонок. За дверью приглушенно трезвонило. Единственные звуки в тихом доме. Ее с детства удивлял этот дом. Пятиэтажка в центре села. Кто додумался выстроить ее, выдать квартиры социальным работникам, и лишить возможности иметь свой огород и хозяйство, как будто они не имели право заводить кур и выращивать помидоры. Наверное, тогда это было нормой. Социальные работники были застрахованы государственными зарплатами и поддержкой. Сейчас это стало катастрофически неактуально – все выплаты превратились в единственную пенсию, а цены на продукты скачут, как будто полностью зависят от криптовалюты. Те учителя и врачи, которые ушли на пенсию, хотели копошиться в огороде, но имели для этого только ящик с землей на балконе. Ценность земельного участка несравнима с балконом.

Может поэтому дом быстро пустел. Молодежь уезжала в город, захватив с собой стариков. Бывшие учителя становились репетиторами. Ромкина соседка – англичанка Инна Ивановна – сбежала из школы, оставив своих недоученных подопечных. Благодаря ее поиску «где лучше» в школе целый год не преподавали иностранный язык, оценки выставляли за красивые глазки (они, кстати, у всех были на «четверку»). Аттестат никто портить не собирался, зато знания от этого не улучшились. Английский Рита изучала самостоятельно. Сама обратилась к услугам репетитора. Не то чтобы у нее был плохой опыт от общения с частными преподавателями, нет, наоборот, получила, за что заплатила, но хотелось бы, чтоб эти же знания давали бесплатно. А врачи лечили бесплатно. С платной медициной она еще не сталкивалась – по возрасту рановато. Но бабушка как раз в том возрасте, когда может понадобиться лечение. Рита подозревала, что может не потянуть даже медицинское обследование. Тем более сейчас, когда потеряла работу. Мысли о частных школах и клиниках не радовали.

– Рома, Рома, выходи из дома – пропела она, стараясь сделать видимость хорошего настроения, и дернула ручку двери.

Дверь поддалась. Тут бы заподозрить неладное, но Рита была погружена в свои мрачные мысли и желания избавиться от них с помощью друга, поэтому, не раздумывая, отрыла дверь и переступила порог.

Через секунду она поняла, что точно так же нашла мертвое тело профессора Курилова. Оно точно так же лежало в коридоре на полу. С одной лишь разницей: сегодня это была ее подруга. Аня Симонова неестественно таращилась на плинтус. К сожалению, одноклассница ничего не потеряла на полу и не пытается это найти. Рита ни секунды не сомневалась, что взгляд ее безжизненный.

На волосах засохла кровь.

Рита медленно подошла и неуверенно дотронулась до шеи. Действия были машинальными, скорее для успокоения. Кожа оказалась неестественной, как будто на девушку натянули резину, такую же плотную и холодную.

Пульса не чувствовалось. Это неудивительно, у мертвых сердце не стучит.

Рита заметила, что руки ее трясутся мелкой дрожью. Она медленно поднялась, стараясь собрать всю силу и перенаправить ее в движение. Понимала, что нужно делать, но боялась рухнуть в обморок рядом с Аней в лужу крови. Рита уставилась на бордовое пятно на светло-коричневом ламинате. Контраст оказался настолько явным, что она не могла оторвать взгляд. Кровь покрылась пленкой, медленно засыхала и безжалостно просачивалась внутрь покрытия. Рита не могла оторвать взгляд. И сдвинулась с места, только когда почувствовала приступ тошноты. Быстро заскочила в ванную и открыла холодную воду. Умылась. Глубоко дышала. Тошнота медленно отступала. Но перед глазами стояло кровавое пятно и безжизненные глаза. Подруга потеряла свою целостность как человек.

Рита знала, что нужно срочно избавиться от этого образа. Это грозило при каждом воспоминании об Ане Симоновой представлять красное пятно. Чуть придя в себя, она вышла из ванной комнаты.

– Рома! – еле слышно позвала она. – Рома, ты дома?

Ответа не последовало. Боясь найти Ромку в похожем состоянии, она обследовала комнаты и кухню. Холостяцкая квартира не отличалась ухоженностью и порядком. Вещи были разбросаны, полная раковина грязной посуды. Отсутствие женского присутствия.

Не найдя хозяина квартиры, Рита вздохнула с облегчением и забеспокоилась одновременно. Отсутствие друга, как трупа – радовало. Исчезновение Романа – как убийцы – тревожило. Рита набрала номер телефона экстренной службы и вызвала полицию на место преступления. За это время она окончательно пришла в себя. Но все-таки стараясь не смотреть на кровавое пятно, прошла к Анне. Она сразу все заметила, но сейчас нужно было зафиксировать в памяти все мелочи, которые могли быть спасительной соломинкой для Ромкиной невиновности, либо важным грузом, который мог утопить парня.