Алёна Комарова – Эхо преступления, или Интервью с Царевной (страница 1)
Алёна Комарова
Эхо преступления, или Интервью с Царевной
***
Она перевернулась и почувствовала, что кровать закончилась, скоро Маргарита встретится с полом. Этого допустить нельзя было, поэтому Рита неимоверным усилием, обманув законы физики и притяжения, вернулась в исходную позицию. Отвыкла от дивана, а с вечера поленилась его разобрать, и теперь чуть не грохнулась. И все через лениво отступающий сон.
Рита открыла глаза, узнала комнату. Детская. Рита давно вышла из этого возраста, но иногда жалела об этом.
В этом доме все дышало спокойствием – белоснежный тюль, через который нагло пробивался яркий солнечный луч, старое кресло с потертым гобеленом, на полочке танцующая парочка, застывшая перед поцелуем. Разве можно в этом доме думать о плохом? Здесь все дышало уютом и приятными воспоминаниями. Она закрыла глаза и погрузилась в размышления, такие же мрачные и серые, как речные валуны. Они медленно, но окончательно разрушали надежду. Следствие перемалывающего процесса – испорченное настроение, апатия и депрессия. Хотя всю свою осознанную жизнь, то есть с рождения, была уверенна, что депрессия – оправдание слабаков.
Возвращение в родную деревню оказалось неизбежным. Причина – не ностальгия.
Все решилось само собой. Можно даже утверждать, что без участия Маргариты.
Несменные активисты, они же бывшие одноклассники, хотя бывших одноклассников не бывает, спланировали встречу выпускников. Не смирились с тем, что всех торжественно разметало время. Решили собраться снова. И снова торжественно. Они создали группу в мессенджере, устроили активную переписку с не менее активными приглашениями.
В другой раз Рита могла бы отказаться. Не то чтобы она не желала видеться с одноклассниками, а по причине (не менее уважительной, кстати), работа журналистки захватила свободное время, превратив его в несвободное. Раньше ей приходилось много работать. Поиски сенсаций, расследований и написание статей отнимало много времени. Его катастрофически не хватало. Так было раньше.
Все изменилось, когда разозленный и обиженный Ковылев устроил Рите большие сложности. Рита ощутила влияние бывшего начальника и столкнулась с явными признаками кронизма (хотя в этом случае уместно русское слово кумовство). Евгений Васильевич устроил ей гонение. Он не поленился собственноручно набирать номера телефонов соседних редакций и «предупреждать» конкурентов о своей бывшей сотруднице. Он закрыл все двери, и Рита потеряла работу.
Удивительно, но все должно было быть наоборот. Именно на это рассчитывала Рита, когда выводила главного редактора журнала «Деловой юг России» и его помощника по делу о «Грязи» на чистую воду. Вот тебе и несправедливость справедливости. Безобразное искажение кривого зеркала. Чувствуешь? Грязь – чистая вода. Хотела наказать Ковылева – пострадала сама.
И как Рита не пыталась добиться правды, оббивая пороги прокуратуры, Евгений Васильевич отмазался. Естественно, не без помощи заинтересованных в этом деле лиц.
Главная фигурантка, а по совместительству свидетельница и обвинительница – скоропостижно отъехала. Нет, не умерла – что самое обидное – если бы умерла, то было бы понятно. Но она просто смылась из страны, оставив Риту с малой крохой доказательств, которые не смогли (или не захотели) убедить прокуроров, и которые смогли (и очень захотели) развеять клыкастые адвокаты. Дело по загрязнению экологии не сдвинулось с места, как бы в этом не помогал следователь Кузнецов.
В свое время он помог ей в спасении неблагодарной Даниловой. Девушка пыталась заработать крупную сумму денег при этом утопить своего начальника – большую шишку. Шишка оказалась непотопляема. Доказать смогли только нападение на Елену. А зубастые адвокаты смогли спасти хулиганов от реального срока. В этом опять помог факт отъезда пострадавшей особы. Рита подозревала, что она вовсе не пострадавшая, во всяком случае, вышла из дела с плюсом на банковской карте, раз уж смогла себе позволить уехать в прекрасный город Париж.
И так получилось, что единственной пострадавшей стороной оказался борец за справедливость. Не кто иной, как Рита. Она помыкалась в поисках работы, но оказалось, что Ковылев – беспощадный мститель. Он устроил грязную войну, используя запрещенные методы. Разослал во все редакции анти-рекомендательные письма, в которых ключевой фразой жирными буквами бездушного компьютерного почерка стояло: «Ее журналистская фантазия не знает границ. Ей бы сценарии к фантастическим фильмам писать, а она в журналистику ударилась. Никогда не проверяет информацию. Бесит своей некомпетентностью. Приняв ее на службу, замучаетесь по судам ходить». Волчий билет во всех редакциях был обеспечен. Одна фраза и пара предложений убила желание нанимать дилетанта. Удивительно, насколько Рита считала себя боевой бесстрашной девушкой, но она боялась доказывать всем, что Ковылев ее оклеветал. И самое смешное, что, если бы в такой ситуации оказался другой человек, она бы подняла на уши пол-России, прихватив с собой часть ближнего и дальнего зарубежья, используя все возможности покрытия интернета и влияния социальных сетей. Но за себя бороться было слабо и стыдно. Казалось, что себя оправдывать можно только в суде. В процессе злостного поклепа выяснилась неприятность, что очень легко испортить репутацию. После дела о «Грязи» имя журналистки Маргариты Белозеровой было заляпано грязью. Вот такое вот проклятье кривого зеркала.
Бессильным оказался и Кузнецов. Была благодарна Илье Кирилловичу. Он помог ей. Вел дело убийства профессора и его жены и не сразу разглядел в Рите достойную звания детектива, хотя и считал дилетантом. Но любительница (может, фанатка) Шерлока Холмса оказалась дотошной сыщицей. Она вычислила убийцу, несмотря на то, что он закрутил с ней роман. По его мнению, любая девушка, оказавшись на месте Риты, должна была растаять в объятиях такого мужчины. Но Рита считала, что влюбиться не равно ослепнуть. Рита заметила, что он подозревает в ней расчетливого математика, просчитывающего чувства. Позже оказалось, что полицейский питает к ней тайное уважение и готов пожать руку.
Все это ничто, когда Ковылев выкинул тебя за борт и пристукнул веслом. Он потопил ее. Всплыла она на острове, заселенным дикарями. Они не только не хотели ее слушать, они кидались на нее с претензиями, закидывали кокосами и пытались съесть. В принципе им это удалось. Она сдалась и стала подумывать о том, где и в каком убежище зализывать свои раны.
Через некоторое время выяснилось, что безработный журналист – голодный журналист. Не сказать, что это было неожиданностью, но точно неприятно. Информационный голод оказался намного страшнее. Писать рекламные лозунги или выдумывать громкие названия статей, которые сами по себе отдельные истории, за которые ее могли осудить, она не желала, но подозревала, что к этому все идет. Становиться писакой в желтой прессе Рита отказывалась категорично и всерьез подумывала сменить профессию. Ей хотелось писать. Поэтому часто ловила себя на мысли, что социальные сети – ее скорое будущее, наступающее, как монстр. Будучи человеком вдумчивым и способным на анализ, Рита заметила, что сети развивались независимо от развития их хозяев. Быть одной из миллиона обладательниц ников-лайков-хештегов и попасть в удручающую статистику, она не желала, но подозревала, что осталось два варианта развития ситуации: смириться и быть раздавленной нелюбимым делом, превратиться в интернет–мыслителя, или смириться и быть раздавленной нелюбимым делом, превращаясь в выдумщицу сенсаций с захватывающими замысловатыми названиями. Оба варианта ей казались тупиковыми. Во всяком случае морального удовлетворения, которое она испытывала от реальных журналистских расследований, она не получит никогда.
Поэтому, когда прочитала в группе одноклассников клич слета, Рита не стала отказываться от приглашения. Решила взять временный самоотвод от поисков работы и отдохнуть. Хотя прекрасно знала, что отдых не принесет морального удовлетворения. Но хотя бы отвлечет от черных будней.
Она, собрав всю силу воли в кулак, а вещи в чемодан, переехала из города в деревню, решив, что поездка на малую родину может оказаться полезной – повидается с бабушкой. Надежда Семеновна год назад категорически отказалась переезжать с внучкой в город. Рита не настаивала, знала, что там она зачахнет. Женщина всю жизнь прожила в этой деревне, в доме на земле, с огромным огородом и садом, посаженным еще дедушкой. Это не просто дом, это место силы, жизни и воспоминаний. Как она может променять дом, в котором воспитывала дочку, внучку и, иногда дедушку с зятем, на двухкомнатную квартиру в железобетонном небоскребе. Как она может променять цветущий весной сад на пальму на балконе, а урожай персиков и клубники на генно-модифицированную или напичканную нитратами. Рита все это понимала, поэтому для приличия предложила, зная ответ.
– Мое дело предложить, твое дело – отказаться, – пошутила она и переехала в город.
Бабушка благословила и на дорогу перекрестила единственную внучку. Год назад она прекрасно понимала, что Рита не сможет остаться. Бабушка была уверенна, что развитие личности в деревне стремится к нулю, при этом буйно развивается деградация. А список хороших, неженатых, благополучных и перспективных парней заканчивался ровно на первом пункте, и то с большой натяжкой. Можно было бы сузить спектр показателей, но не хотелось. Парень мог быть хорошим и перспективным, но женатым. Поэтому Надежда Семеновна старалась выпроводить внучку в город. Если она останется, то зачахнет, так же как сама в городе.