Алёна Казаченко – Поветрие золота и гнева (страница 16)

До ущелья, где находился дом Цэрэн, белый козел по кличке Бай должен был доставить Хару и Юну за полчаса. Втроем они бы на нем не уместились, поэтому бессмертная осталась в лесу и пообещала, что заберет из кибитки вещи девушек.

Вслед за Юной Хара ухватилась за длинную и шелковистую шерсть козла, подтянулась и залезла ему на спину.

– Держитесь крепко, – предупредила Цэрэн.

Хара едва успела обнять Юну за талию, когда животное встало на задние копыта и, оттолкнувшись, плавно взмыло в воздух. Девушки затаили дыхание, наблюдая за тем, как прогалина остается далеко внизу, а верхушки сосен становятся все ближе. Бай поднялся над лесом и, отталкиваясь от воздушных потоков, как от земли, поскакал в сторону горы.

Будь обстоятельства иными, Хара насладилась бы невероятным видом, открывшемся перед ней с головокружительной высоты, а также ощущениями невесомости и полета. Над головой простирался уходящий в бесконечность темно-синий небосвод, по которому проплывали редкие сизые облачка, а впереди возвышались поросшие лиственницами обрывистые склоны. Рельеф горы складывался из уступов и высоких скал, поросших густой растительностью.

Гору Чжуншань в народе почитали как священную не только из-за ее расположения и высоты в пять сотен чжанов. Поговаривали, что в ее хвойных лесах обитают светлые духи и волшебные звери, сошедшие в мир смертных в незапамятные времена. Они прятались в пещерах и редко показывались на глаза людям, но некоторые паломники, решившие непременно достигнуть вершины горы, рассказывали, что были свидетелями появления диковинных существ, мерцающих белым светом.

Спустя некоторое время Юна, молча перебиравшая шерсть Бая, подала голос:

– Прости, я ничего не смогла сделать… – запинаясь, проговорила она. – Когда мы с отцом встречали злых духов, он всегда велел мне бежать и расправлялся с ними сам. По правде говоря, я почти не умею сражаться. Я старше тебя, но в минуту опасности ты оказалась более смелой.

Ее слова сочились печалью и сожалением, и Хара почувствовала укол совести из-за того, что обвинила подругу в смерти Чу Лу.

– И ты меня извини, – искренне попросила она. – Госпожа Цэрэн права, ты не виновата. Кто бы мог подумать, что в нашем мире даже дряхлые старушки могут представлять угрозу? – тяжело вздохнула Хара. – И возраст здесь ни причем. Я тоже очень испугалась.

Княжна прикусила губу и замолчала, чувствуя, как прохладный горный ветер треплет ее распущенные волосы. Ей хотелось поскорее забыть жуткое лицо Уянги и кровоточащую рану на шее Чу Лу.

– Когда нет возможности убежать, остается только одно – бить. Ты танцовщица, Юна, не воин, – напомнила она. – Давать всем пинка – мое дело, а не твое.

– Хара, я не сомневаюсь в твоих выдающихся навыках, – мягко произнесла Юна, повернув голову вбок. – Такую лучницу, как ты, нужно еще поискать. Но у нас нет опыта сражений с нечистью. Отец учил меня медитировать и контролировать свою ци, я умею стрелять из лука и немного знакома с искусством меча. Но ни я, ни Тэнгэр никогда не интересовались тем, чтобы охотиться на злых духов.

– То, что сделала Цэрэн… – задумчиво произнесла Хара. Ее впечатлило то, как генерал обратила ведьму в пыль одной лишь полоской бумаги с иероглифами. Теперь она еще больше хотела стать похожей на легендарную бессмертную. – Она изгнала Уянгу с помощью талисмана?

– Да, мой отец научил ее этому после того, как она обрела бессмертие.

– А я могу этому научиться? – решительным тоном спросила Хара.

– Конечно. Но для этого нужно уметь управлять своей жизненной энергией. Если ты хочешь, отец или Джингшен могут потренировать тебя, когда мы прибудем в Миндальные степи. Но перед этим… – Юна отвернулась и судорожно вздохнула. – Боюсь, нам нужно решить проблемы посерьезнее.

– Разумеется, – прошептала Хара.

– Вот уж не ожидала, что по пути ко мне на родину мы столкнемся с такими трудностями. Почему нам так не везет? – с горечью вопрошала Юна. – То разбойники, то ведьма. И Цзиньфэн… Пятен становится только больше.

– Как ты себя чувствуешь? – озабоченно спросила Хара.

– Пока что в порядке, только кожа зудит и немного болит голова. И иногда ощущаю странные приливы жара.

– Мы должны рассказать о поветрии госпоже Цэрэн, вдруг она сможет чем-то помочь.

– Если бы не она… Не знаю, что бы с нами стало, – глухо произнесла Юна дрожащим от ужаса голосом. – Шулмусы – опасные существа, но за сотни лет Цэрэн истребила их в огромном количестве. За это ее даже прозвали «грозой шулмусов». Знаешь, почему Уянга так испугалась Хэя, черного козла? Степные ведьмы на дух не переносят этих животных, поэтому никогда не появляются поблизости от ущелья Эвэртэй.

По истечении времени, за которое сгорели бы две палочки благовоний, впереди показалось глубокое ущелье с крутыми склонами. Они были пронизаны гротами – местами обитания горных козлов. Даже во тьме Хара различила рогатые силуэты, карабкающиеся по отвесным скалам. На дне ущелья клубились густые волны тумана, а с вершины между двух огромных скал срывались белые потоки воды. Хара никогда не видела водопадов, поэтому ощутила трепет при виде бурлящих и пенящихся вод, сплошным потоком обрушивающихся на камни.

Бай взлетел еще выше, и у княжны захватило дух от открывшегося перед ней вида.

Уйдя в отставку и покинув столицу, Цэрэн выбрала поселиться в весьма живописном месте. Не зря ее усадьба звалась «Домом безмятежности». В глубине широкой площадки, нависающей над ущельем, по скалам струился водопад поменьше. Его воды с шумом падали вниз, поднимая сотни серебряных брызг и образуя небольшой водоем. Над гладью озера вздымались каменные столбы разной высоты – они были нужны для выполнения упражнений, необходимых для развития ловкости и выносливости.

Бай несколько раз оттолкнулся от валунов и, совершив длинный прыжок, приземлился рядом с водой. Хара торопливо слезла с него и огляделась по сторонам. У подножья каменистого склона притаилось большое двухэтажное здание. Черная черепица его изогнутых крыш блестела в лунном свете. Дом ограждала белая стена, от которой к берегу спускалась выложенная плитами тропинка. Рядом находилась тренировочная площадка с мишенями для стрельбы из лука и соломенными манекенами. Похоже, даже спустя столетия Цэрэн придавала большое значение тому, чтобы держать себя в форме и совершенствовать свои навыки.

– Так красиво, – восхитилась Хара. – И… спокойно.

Она глубоко вдыхала чистый и свежий, но влажный из-за близости воды воздух. До ушей доносился умиротворяющее, монотонное журчание водопадов, а над головами тускло сияли белые точки звезд. Небо на востоке уже начинало светлеть.

Белый козел зацокал копытами по камням и вновь взлетел в воздух, отправившись назад за Цэрэн.

Девушки двинулись вверх по тропинке, по бокам которой изгибались стволы раскидистых сосен, и прошли через круглый проем в стене. Внутренний двор был густо засажен кустами шиповника. По словам Юны, это растение тоже отпугивало шулмусов и других злых духов степей. Розовые цветы на шипастых ветвях распространяли кисло-сладкий аромат, разносимый по округе ветром. Кое-где среди листьев даже виднелись первые алые ягоды: гладкие и блестящие, словно покрытые лаком.

Дом безмятежности, как и его хозяйка, был строг, но не лишен изящества. Стены были окрашены в неяркий коричневый, а карнизы – светло-зеленый цвет. Галерею над входом поддерживали деревянные колонны, а створки двери и решетки множества длинных и узких окон украшала тонкая, но не вычурная резьба. Весь облик здания говорил о хорошем вкусе его хозяйки.

Хара с любопытством разглядывала жилище, а Юна села за круглый каменный стол, стоящий под сенью кедра в центре двора. Хара вскоре присоединилась к ней, и они принялись дожидаться возвращения бессмертной.

– Госпожа Цэрэн живет здесь совсем одна? – поинтересовалась княжна.

– Да. Она общительный человек, но не любит, когда кто-то ей мешает, поэтому за порядком в доме следит сама. Я уже была здесь, Цэрэн часто приглашала нашу семью к себе в гости.

– Я думала, легендарный генерал живет во дворце, окруженная слугами…

– Единственные, кто здесь ее окружает – это козлы, – сдержанно улыбнулась Юна. – Цэрэн привыкла быть свободной и независимой, когда все находится только под ее контролем. Этим вы с ней очень похожи.

– Поэтому ты сравнила меня с ней, когда мы познакомились, – согласилась Хара.

У нее зашлось сердце при мысли, что она находится в обители человека, которым восхищалась и чьего уровня желала достигнуть. Цэрэн была для нее образцом для подражания: женщиной, не побоявшейся пойти против правил и добившейся всего собственными силами. Однако бессмертная была дочерью полководца, а не князя, и никто не заставлял ее выходить замуж.

В середине часа Тигра30, когда первые золотые лучи пронзили дымку и отразились в каплях холодной росы на кустах шиповника, на каменной дорожке послышался стук каблуков.

Девушки повернули головы на звук. Цирэн медленной походкой приблизилась к их столику. Белое древко увесистой секиры по-прежнему покоилось у нее на плече. На лице генерала не было и следа усталости: напротив, на губах играла легкая улыбка, а изумрудные глаза горели живым блеском.

В утреннем свете Хара наконец-то смогла разглядеть ее как следует. Цирэн была высокой, стройной и мускулистой женщиной с угловатыми, но благородными чертами лица. При своем росте и телосложении она могла бы сойти за утонченного мужчину. Поверх черного платья, плотно обтягивающего подтянутую фигуру, она носила отороченный мехом белый кафтан с коротким рукавом и вышивкой в виде гор на подоле. На широком кожаном поясе поясе покачивалось несколько оберегов: шелковых кисточек, подвесок из горного хрусталя, перьев и звериных клыков. Необычную прическу женщины скрепляли серебряные скобы-заколки с начертанными на них защитными заклинаниями.