Алёна Харитонова – Охота на ведьму (страница 24)

Илан, вцепился в руку Люции и с полными слёз глазами уставился на развалины, совсем недавно бывшие его домом. В разрушенный проём, следом за беглецами, ничуть не страшась языков пламени, выпрыгнул ощерившийся гребнем преследователь. Ведьма заслонила собой мальчишку и вновь замахнулась мечом. В голове царила прямо-таки ужасающая пустота — паника и испуг вытеснили здравомыслие, выжигая последние знания — теперь даже самое надёжное заклинание не спасёт.

— Не подходи!!! — завизжала Люция, снова неуклюже замахиваясь мечом.

Сталь со свистом рассекла воздух.

— Помогите! СТРАЖА!!! — истерично прокричала девушка в темноту улицы.

Рептилия же спокойно стояла напротив своей жертвы, наслаждаясь её беспомощностью. Вот безгубый рот скривился в ухмылке, а потом монстр медленно двинулся на парализованную страхом девушку. Он неторопливо и бесшумно заходил справа, прикидывая на глаз расстояние до жертвы. Чудовище совершенно не боялось угодить под неповоротливое бестолковое оружие, нет. Оно ехидно щурило пронзительно-жёлтые глаза и неспешно примеривалось для решительной атаки. Тихо стрекотал, воинственно складываясь и раскладываясь, гребень. Слева, из-за угла дома вынырнул дугой ящер и хищно зашипел, перебирая в когтистых пальцах тонкие метательные лезвия. Шипы посверкивали в отблесках пламени и выглядели в высшей степени опасно, хотя размером и были всего с указательный палец.

— Ну, всё, отколдовалась… — обречённо пробормотала ведьма.

За её спиной тихо поскуливал осиротевший Илан. В том, что мальчик теперь сирота, сомневаться не приходилось. Раз ящеры рыскали наверху, в спальне его родителей, значит, в живых там точно никого не осталось…

В этот раз Люция не услышала характерного свиста. Просто бедро неожиданно взорвалось болью — одно из лезвий, брошенное неуловимым для глаза движением, глубоко вошло в плоть. Девчонка зашипела, дико озираясь, то на одного подступающего врага, то на другого. В запасе у неё не осталось спасительных заклинаний. Всё же Люция была обычной деревенской колдуньей и самое страшное, что могла сотворить — Ведьмин Гриб, жертвой которого так удачно пал один из ящеров. Боевых же заклинаний девчонка попросту не знала.

— Илан, беги и кричи, может, услышат стражники…

Она и сама не верила в то, что говорила. Стражники не услышат. Раз до сих пор на её крики и грохот обрушившейся стены не среагировали даже соседи… То ли какое-то колдовство защищало рептилий, то ли они вырезали всех жильцов и в соседних домах, но на улице стояла страшная, мёртвая тишина.

Шаг за шагом ведьма и мальчик отступали к стене противоположного дома. Конечно, можно было броситься бежать, вот только зачем? Смертоносные лезвия ящеров наверняка настигнут беглецов. Собственно, и в противном случае обоих ждала неминуемая смерть. Тем не менее, Люция рассудила, что опасность лучше встречать лицом к лицу, чем подставлять ей беззащитную спину.

Ведьма крепко держала меч — это было труднее, чем кажется — оружие и без того весило немало, а уж с разбитым камнем плечом и раной в бедре держать его, а тем более размахивать, было сущей мукой. Да ещё и ладони колдуньи вспотели от страха, дыхание сбилось, а руки с каждым новым взмахом становились всё слабее…

— Не подходите! — задыхаясь, прохрипела ведьма.

И монстры послушались. Во всяком случае, оба замерли в трёх шагах от своей затравленной жертвы. А потом один из нападавших прислушался и скосил правый глаз в сторону. Зрелище это оказалось совершенно отвратительным и ненормальным — левый-то глаз остался неподвижен, и по-прежнему внимательно смотрел на колдунью.

— Штесь кто-то есть, — протянула рептилия с противным шипением.

И тотчас же второй ящер отстал на шаг от своего напарника и, повернувшись в сторону развалин, прикрыл тыл вожаку. Рептилии медленно, спина к спине, надвигались на обезумевших жертв и в то же самое время были готовы отражать любое неожиданное нападение. В свете пламени Люция увидела, как из безгубого рта нападавшего стремительно вырвался длинный раздвоенный язык, скользнул по воздуху и снова пропал в отвратительной пасти.

— С юшной стороны, — прошепелявил монстр, — щеловек.

Омерзительный гребень на голове второго ящера воинственно раскрылся, и рептилия, приготовив метательные ножи, уставилась в сторону, указанную напарником. Люция судорожно сглотнула — да что же это за существа такие, если они языком способны определить приближающегося противника? От ужаса у девушки защемило сердце. За её спиной трясся и тихо поскуливал мальчик.

В следующий момент из-за фасада разрушенного дома, не таясь, вышел высокий мужчина в сером хитоне мага. Складки капюшона скрывали лицо. Новоприбывший примиряюще вскинул пустые руки и сказал, обращаясь к одному из существ:

— Отдайте мне ведьму.

У Люции подкосились ноги. Она узнала этот голос. Ещё бы, она хорошо его запомнила, всего несколько дней назад его обладатель советовал ей спешно покинуть город.

Реакция со стороны чешуйчатых монстров на появление нового участника действа оказалась более чем странной. Они не сделали ни малейшей попытки причинить хоть малейший вред волшебнику.

— Защем? — только прошепелявил один из ящеров. — Защем тепе федьма?

— У нас много общих воспоминаний. Отдайте, и я уйду, не причинив вам вреда.

Рептилии перебросились косыми взглядами. Тот, который, по-видимому, был за старшего, продолжая отвратительно коверкать слова, ответил:

— Нам нушен мальщик.

— Забирайте, — без колебаний согласился Торой. — Мне в нём никакой надобности.

Ведьма бросала затравленные взгляды то на ящеров, то на мага. Первые были всецело поглощены беседой с волшебником и вследствие этого заметно ослабили бдительность. Предмет торга — Илан — тихо всхлипывал, ухватившись за юбку колдуньи.

«Ну же, Люция, не стой, как колода!» — подумала про себя девушка и изо всей силы замахнулась огромным мечом.

На долю секунды ведьме показалось, что центр тяжести выбран неудачно, и она вот-вот нелепо опрокинется на спину вместе с бесполезным оружием, но в следующее мгновенье сияющая сталь, со свистом рассекая воздух, опустилась на утратившего бдительность ящера. Клинок заскрежетал, прорубая чешую, и вошёл в тело рептилии как раз между шеей и ключицей. Острая сталь раздробила кость и застряла в грудной клетке. Люции показалось, будто она хватанула топором по огромному куску мяса. Вот только мясо не падает перед тобой, сотрясаясь в предсмертных конвульсиях, издавая клокочущие звуки и цепляясь когтями за камни мостовой. Девушка отпрянула от своей жертвы и, повалившись на колени, почувствовала, как взбунтовавшийся желудок выворачивается наизнанку.

Второй ящер, не ожидавший от тщедушной ведьмы этакой прыти, на долю секунды растерялся. Этого времени Торою хватило, чтобы в несколько прыжков преодолеть расстояние, отделявшее его от рептилии. В следующую секунду, одним неуловимым движением, мужчина срезал кхалаю растопыренный гребень. Сверкнула в свете пламени тусклая сталь тесака, разорванным ожерельем брызнули капли крови и монстр, пошатнувшись, упал на гладкие камни. Пару раз его тело дёрнулось в судороге, а потом затихло.

Торой подошёл к стоящей на коленях ведьме и, схватив её за косу, резко поднял на ноги:

— Ну, полегчало?

Люция, которой всего пару секунд назад пришлось распрощаться с мирно дремавшим в желудке ужином, даже не вскрикнула от боли. На неё навалилась мучительная слабость, по телу ползли липкие ручейки холодного пота, руки и ноги мелко дрожали.

— Полегчало, я спрашиваю? — рявкнул ей прямо в ухо маг.

Ведьма обессилено кивнула.

— Как я заметил, зверушки вышли из-под контроля? — ехидно осведомился он.

Чувство торжества совершенно заставило Тороя забыть, как об осторожности, так и о том, что ведьма, прочтя Книгу Рогона, стала намного сильнее. Впрочем, вид у неё сейчас был настолько жалкий, что мысли об опасности отпадали сами собой.

— К-какие з-зверушки? — заикаясь, переспросила девушка.

— Вот эти самые. — Торой пнул безжизненное тело поверженного врага.

— Я их вп-первые в-вижу. — Еле успела проговорить Люция, прежде чем очередной приступ рвоты снова согнул её пополам.

Наконец, отдышавшись, ведьма вытерла ладонью губы и просипела брезгливо скривившемуся магу:

— Т-там м-мальчик, п-посмотри, он без сознания. — Это было сказано совершенно незнакомым, чужим голосом. А в следующее мгновенье перед глазами колдуньи разлилась непроглядная чернота.

Люция пришла в себя оттого, что в лицо ей плеснули несколько щедрых пригоршней воды. Хватая ртом воздух, девушка резко села. Огни уличных фонарей жёлтыми искрами колебались на волнах Канала, пологие, выложенные камнем берега были безлюдны. И только здесь, под широким мостом, помимо неё, Тороя и Илана, находилось ещё несколько человек. Одетые в лохмотья нищие крепко спали под сваями.

— Очнулась? — осведомился Торой. — Илан мне уже рассказал, кто ты такая. Стало быть, кхалаев не нанимала…

Ведьма отчаянно замотала головой.

— Нет! Мы спали, когда я проснулась от шороха, там наверху… — колдунья осторожно притянула к себе бледного мальчика. Илан обнял девушку за шею и прижался к ней всем телом.

— Где Книга? — без перехода спросил Торой.

— Вот. — Люция порылась в кармашке передника и достала древний фолиант.

Торой осторожно принял из её рук реликвию, которой так стремился обладать: