Алёна Ершова – Кривое зеркало (страница 48)
- Что будем смотреть в первую очередь?
Даша замялась. Влад, видя ее растерянность, поинтересовался:
- Ты какую хотела?
- Однокомнатную, наверное.
Они прошли в небольшую квартиру, и Даша обнаружила, что ей тут тесно. Ну и что, что сорок восемь квадратных метров. Как в них уместить стол, кровать и Янин уголок? А ведь надо еще шкаф поставить. Она подняла глаза на Влада. Вот чего, спрашивается, он поехал вместе с ней? Так бы она выбрала себе угол как путь к отступлению. Мало ли как жизнь сложится.
- Давай глянем побольше, - предложил Владислав.
«Побольше» понравилась. Три комнаты, лоджия и балкон, кухня, смежная с залом.
- Эта квартира у нас по акции проходит. На нее скидка в пятнадцать процентов.
- А что с ней не так? – Даша осмотрела полигон почти в сто квадратов и не нашла, к чему придраться.
- Второй этаж и окна выходят во двор. В основном стараются повыше взять, там вид из окна лучше.
- Да я на триста тысяч в окно не насмотрю! – возмутилась Даша.
По дороге домой все молчали. Яна набегалась и уснула. Влад мысленно подсчитывал, сколько у него средств на счетах, и думал вложиться ли всеми или оставить буферную подушку. Учитывая тот факт, что за последний год деньги обесценились в полтора раза, идея с кредитом казалась не самой плохой. Даша же размышляла о том, что совместная покупка квартиры - шаг куда более ответственный, чем штамп в паспорте. Настоять на своем и купить однокомнатную квартиру или, приняв решение, идти до конца, осознавая и принимая все риски и последствия? Именно в этот момент Дарья осознала то, что, дав согласие Владу, она впустила в свою жизнь не только его и Яну. Но и массу дилемм, связанных с таким непростым словом «семья».
- Даш, — наконец подал голос Влад, — ты же понимаешь, что у нас будет не фиктивный брак?
- Пока с трудом. Все очень быстро происходит.
Влад кивнул, соглашаясь. Быстро - не то слово. С той ненормальной ночи, когда он нашел Яну, его жизнь помчалась галопом. У него за предыдущие тридцать лет не было столько событий и тревог, как за последний год. И хорошо бы остановиться на мгновение, обернуться, обдумать все, но судьба-погонщик била хлыстом, заставляя нестись вперед.
- Смотри, у нас есть два варианта: первый - мы покупаем однокомнатную. У меня имеется примерно полмиллиона накоплений, на первоначальный взнос должно хватить. Живем в съемной, маленькую сдаем, платим кредит. Нормальная практика, так многие делают. Второй - не морочим голову и берем сразу большую. Пусть нам на обещанные пятнадцать процентов скидки ремонт черновой сделают, а остальное я осилю.
- Влад, а ты не боишься? - Даша немного замялась, — что выйдет, как с твоей первой женой?
- Нет, — спокойно отозвался он, — пугает, как правило, неизвестность, а тут уже понятно, что и как, - и, заметив, как скисла Даша, положил руку на ее колено и иронично отметил:
- Но с таким настроем ты корову не продашь. Зачем сразу думать о плохом?
- Чтобы быть к нему готовым?
- Сложно подготовиться к неприятностям, но если жить, все время ожидая подвоха, то можно пропустить нечто очень хорошее, например, саму жизнь. Уж прости за банальность.
Даша улыбнулась, и ее напряженное лицо разгладилось. - Тогда давай большую квартиру брать.
На следующий день Даша с Владом подали документы в ЗАГС, их хотели поставить аж на июнь, но длительные уговоры и документы с опеки убедили сурового специалиста найти окно на середину мая.
- Зря вы торопитесь. Регистрация не торжественная будет, да и поверье есть: кто в мае женится, всю жизнь мается, — пробурчала женщина, предпринимая последнюю попытку отговорить.
- Мне в этой поговорке определенно нравится часть про «всю жизнь», — хмыкнул Влад, забирая выданные памятки и брошюрки. Потом он отвез Дашу на работу и отправился в мастерскую. Одна вещь непозволительно долго стояла там и ждала доработки.
***
- Так, закрой глаза, я тебя сам отведу. – Владислав взял Дашу за руку.
- Что ты задумал?
- Сюрприз.
- Сюрприз в моей комнате? Да еще такой, к которому с закрытыми глазами нужно идти. Мне уже страшно.
- Не бойся, я с тобой, — Влад привел Дашу в ее бывшую спальню. — Все, можешь открывать.
- Что это? – Даша удивленно хлопнула глазами. - Диван?
Посреди комнаты стояло шикарное лофт-изделие. Металлические ножки, деревянные подлокотники, один из которых плавно переходил в небольшой столик. Мягкие подушки на завязках.
- Ага, — Влад зарылся руками в отросшую шевелюру, — я давно хотел сделать тебе кровать в подарок, но теперь ты вроде как пользуешься моей, поэтому - вот. Ты не стой, испытай его. Мягко, удобно? Садись, давай.
Даша не знала, плакать ей или смеяться. Как-то при слове «подарок» представлялись плюшевые мишки, цветы или коробочки для мелочовки. Но диван! Не вовремя вспомнился мем о том, что мальчик дарит цветы, а мужчина чинит шкаф. Наружу вырвался нервный смешок. Закрыв лицо руками, Даша села на диван.
- Ты плачешь или смеешься? – недоуменно спросил Влад.
В ответ она замотала головой и заелозила. Под подушкой явно лежало что-то твердое. Решив, что Яна успела спрятать кубик, Даша вытерла слезы и достала небольшую коробочку.
- Что это? – поинтересовалась она, открывая, и замерла, глядя на кольцо.
- Открытка. А если серьезно. Ты выйдешь за меня?
- Влад! Мы позавчера документы в ЗАГС подали, помнишь?
- Да. Тем не менее я хочу услышать ответ.
У Даши затряслись плечи от беззвучного смеха. Кажется, подступала истерика. Диван, кольцо, предложение руки и сердца после подачи заявления. Все не как у людей.
- Да, я выйду за тебя! Должна же я внукам рассказать, как ты за мной ухаживал!
Глава 31, в которой повествование немного отматывается назад
Пары тянулись непозволительно долго. Монотонный голос преподавателя проходил сквозь сознание, не оседая в голове. Вероника отрешенно смотрела в окно, присутствуя на лекции лишь физически. Мысли ее витали далеко…Не успела улечься бурлившая в крови радость от выигранного дела, как снова обрыв - прокуратура подала апелляцию. И вновь растянулись дни, словно жвачка в жаркий день. Тягостное липкое ожидание нового решения. Было непонятно, есть ли смысл ходить в институт или это пустая трата времени, которое можно потратить на поиски работы. Устраиваться куда-либо на постоянной основе тоже не хотелось. Зачем? Чтобы потом отпрашиваться на суды. Мелких и нерегулярных заработков едва хватало на съем комнаты в коммуналке, скромную еду и дешевый алкоголь. Проблемы со сном и постоянные кошмары, начавшиеся летом, вылились в настоящую бессонницу. Таблетки без рецепта не продавали. Какой врач может помочь, Вероника не знала, да и не считала себя больной. Выход нашелся сам собой. Одна из однокурсниц позвала на день рождения. Ничего особенного: природа, шашлыки, домашнее вино. После праздника Вероника впервые спала ночью. Алкоголь решилась купить далеко не сразу. Казалось, стоит взять вот так, не для праздника, и остановиться будет невозможно. Но за первой покупкой последовала вторая, а один бокал превратился в бутылку. Спать стало легче, а вот просыпаться, напротив, сложнее. Каждое утро превратилось в пытку.
На Новый год Вероника получила лучший из подарков. Апелляционный суд оставил решение в силе. Радость, тем не менее, получилось смазанной. Мамонтов хуже самой назойливой мухи зудел идти искать работу. Со Станиславом все окончательно разладилось, и это тоже тяготило. Дело в том, что друг услышал разговор с опекуном Яны на крыльце районного суда.
«Это правда?» - спросил он. И взгляд из мягкого и задумчивого сделался пытливым, цепким.
«Понятия не имею, – Вероника беспечно пожала плечами, — просто у него такой фейс был, что сильно захотелось спесь сбить. Ты его рожу после того, как я его обломала слегка, видел? Смущение, испуг. Значит, не без греха. Гуляет от своей благоверной так, что пыль столбом. Вполне мог такую же дурочку, как я, подцепить и даже не помнить об этом».
Стас, однако, шутку не оценил.
«Если тебе больно, то это совершенно не значит, что следует жалить других».
Вероника закатила глаза. После выигранного дела по телу разлилась злая веселость. Казалось море по колено.
«Слушай, давай ты не будешь читать мне нотации, и мы сходим куда-нибудь отпраздновать».
Стас повел ее тогда в кафе, но весь вечер молчал и думал о чем-то своем. На вопросы отвечал через раз и невпопад, а после проводил Веронику домой и просто уехал. Они еще переписывались какое-то время, но вяло. Темы разговора умирали, так и не возникнув.
В один из вечеров, когда бутылка вина показала дно, Вероника решила признаться Стасу в чувствах. Вылила на него весь шквал своих страхов, переживаний, эмоций, а под конец призналась в любви. В ответ прилетел вопрос:
«Ты что, пьяная?»
Это не было бы так обидно, не будь правдой. «Иди к черту!» - написала в ответ и отшвырнула от себя телефон.
Наутро ей было стыдно настолько, что она удалила всю переписку и решила больше со Стасом не общаться. В глубине души, конечно, ждала, что он напишет сам, извинится, но мужчина молчал.
К февралю возобновили дело по алиментам и лишению родительских прав. Никто из присутствующих на процессе не желал больше тянуть, и решение вынесли в тот же день. Единственное, что сделал Мамонтов, - добился взыскания алиментов в половину прожиточного минимума. Но все равно, когда в решении озвучили сумму, которая набежала с осени, у Вероники зашевелились волосы на голове.