Алёна Ершова – Кривое зеркало (страница 29)
Дверь хлопнула, и на пороге спальни с подносом в руках возник новый знакомый. Из боковой стенки кресла тут же был выдвинут небольшой столик, на котором и разместилась посуда.
- Держите лед, - сосед протянул пакет с перекатывающимися кубиками.
- Поздно уже, - пробурчала Оксана.
- В течение двух часов не поздно. Прикладывайте, нечего такие шикарные ноги синяками портить.
Оксана чуть пакет из рук не выронила. Это у нее шикарные ноги?! Нет, точно нет. Во-первых, они не бритые (хорошо, что в джинсах не видно), а во-вторых, по бокам сало наросло (а вот это уже вполне заметно). Но никого другого, к кому можно было отнести комплимент, рядом не было, поэтому пришлось принять на свой счет.
- Вася, - сосед протягивал чашку с чаем.
- Что?
- Меня зовут Вася, - мужчина хитро улыбнулся. Я не представился, а вы имя не спросили.
Представилась сухонькая старушка, гремящая жестяной миской и орущая: «Вась, Вась, Вась!»
Улыбку пришлось прятать за бортиком чашки.
- Вас насмешило мое имя?
Сосед хитро прищурился, изучая гостью.
- Что? Нет! – Оксана ужасно смутилась. – Нормальное имя, у меня так кота в детстве завали. Ой, я, конечно, не то имела в виду, по сути, бывают гораздо худшие имена, вот у моего бывшего мужа вообще - Владислав, я первые недели знакомства чуть язык не сломала. Да и забывала все время.
Она резко замолчала, сообразив, какую чушь сейчас сморозила. Поставила чашку и во все глаза уставилась на собеседника. Тот смотрел на нее пристально, в упор. Наконец хмыкнул и поинтересовался:
- Как вам чай, Оксана?
Вежливый ответ остался во рту и был с возмущением проглочен.
- Откуда ты знаешь мое имя? – Оксана с подозрением уставилась на соседа.
- Слышу каждый день, - усмехнулся мужчина. – И вот, удалось вживую увидеться.
Снова стало неловко, вспомнились обстоятельства, предшествующие ее появлению здесь.
- А чем ты занимаешься?
- Не скажу. Точнее, не так: скажу при нашей следующей встрече.
- Снова меня ведром огреешь?
Мужчина снова посмотрел на нее спокойно, внимательно, а когда убедился, что новых глупостей соседка не выдаст, продолжил:
- Нет, этот этап, думаю, мы уже прошли. Можете просто дать мне свой номер телефона.
И она продиктовала номер, размышляя о том, что жизнь разводом не кончается, а ей, как ни крути, двадцать семь и надо думать о будущем. Все эти мамины «часики тикают» зудели под кожей, подбивая к активным действиям.
Свидание все же состоялось. Сосед пригласил в уютное кафе с подушками, пледами и панорамными окнами, за которыми виднелись река и парк. Свежий белый снег хлопьями оседал на деревья, и серый лес создавал эффект ослепительной чистоты.
- Мне, когда надоедает сидеть дома, я прихожу работать сюда. Тут всегда тихо, очень светло и красиво в любое время года.
Оксана кивнула. Действительно, хорошо, умиротворенно. И собеседник спокойный, уверенный в себе. Не торопится, не пыжится, не старается выглядеть лучше, просто живет. Ходит вот в такие места, ездит по миру, дышит свободно, не загоняя себя в рамки и условности. Разработчик мини-игр для смартфонов. Странное занятие для взрослого здорового мужика. Совершенно несерьезное. Оксана не понимала, как можно существовать вне графика пятидневки и при этом не умереть с голоду и без страха смотреть в свое будущее.
- А как же стаж?
Василию совершенно не интересен был стаж.
- А пенсия?
И пенсия в предложенном формате его не интересовала, он инвестировал. В акции, криптовалюту, фонды. И жил. По мнению Оксаны, как бабочка-однодневка. Но кто она такая, чтобы судить незнакомого человека? Верно, никто, а вот познакомиться поближе ничего не мешает. Тем более, что собеседником сосед оказался на редкость интересным, да и любовником неплохим.
Глава 20, в которой рассказывается, чем чреваты пять минут тишины
Под конец года люди вдруг сошли с ума. Всем срочно понадобилось заказать мебель. При этом не что-то большое, а так, мелочовка. Журнальные столики, винные полки, тумбы под телевизор и даже подставки в ванную для телефона и вина. Влад брался за все. Пусть вещи несерьезные, но денег приносили достаточно, и страничка в соцсетях пополнялась новыми фотографиями.
В последний набор барных стульев, заказ на которые прилетел за четыре дня до Нового года, Влад просто влюбился. Женщина решила сделать своему супругу подарок в загородный дом, но, как это часто бывает, совершенно не представляла, что именно хочет. Поэтому принесла фотографии и попросила разработать дизайн. Влад посмотрел интерьер из натурального дерева, с камином, шкурами и предложил изготовить сиденья стульев из шишечных спилов, залитых смолой янтарного цвета. Получилось настолько красиво, что внутри Влада проснулся мастер, не желающий расставаться со своим творением. Однако денежный перевод, поступивший от заказчицы, примирил его с неизбежной разлукой, а ее восторженные вздохи разлились по сердцу горячей патокой. Хорошо, когда работа нравится не только тебе одному.
Тем не менее у этого бешеного ритма имелся один жирный минус. Яна целыми днями гостила у бабушки. Влад прекрасно понимал, что пожилому человеку крайне тяжело нянчиться с ребенком, как и то, что Янке нужна полноценная семья. Никто в здравом уме не даст ему воспитывать девочку одному, как бы хорошо он ни зарабатывал, а значит, нужно было найти женщину, которая впоследствии заменит Яне маму. С этим расчетом он и общался на сайтах знакомств, но с каждым разом его интернет-разговор все больше и больше походил на собеседование. Все меньше и меньше он «смотрел» на женщин в качестве избранницы для себя и все больше примерял на них роль матери для Яны. В какой-то момент пришло разочарование: стало очевидно, что ни одна из них не примет чужого ребенка. Обязательно будет ревность, перетягивание внимания на себя, а потом и вовсе, как в сказках, одна дочка - своя любимая, а вторая - падчерица, выполняющая всю грязную работу по дому. Нет, такой участи для Яны он не хотел…
Был еще один выход. Внутренний голосок, не громкий, но отчетливо слышимый, твердил сделать тест на отцовство. При положительном результате это решило бы львиную долю проблем.
После того памятного разговора с Вероникой Влад судорожно высчитывал дату зачатия Яны. Сложность заключалась в том, что на учете биологическая мать не стояла, и сколько времени длилась у нее беременность, не известно. Так что вполне вероятна погрешность в две-три недели. Это много. И да, он ходил в бар летом на встречу одноклассников. Погуляли тогда до утра, но не до провалов же в памяти. Влад попытался последовательно восстановить события той ночи и с ужасом осознал, что не помнит все в мелких подробностях. Внутренне похолодев, он набрал одноклассника.
- Привет.
- О, Влад, здорово! Ты куда пропал?! Слышал, тебя жена с ребенком бросила и сбежала, правда что ли?
- Правда, - Влад скривился, - но это не ее ребенок, так что все нормально.
- Офигеть! А чей, твой что ли?
Влад задумался. Он даже мысленно не позволял себе называть Яну своей дочкой. Боялся… Нет, не правды и не своего возможного отцовства. Боялся, что он уберет этот тонкий барьер, что существует между ними, а потом что-то пойдет не так, и ребенка заберут. Почему-то казалось, что будет больно и плохо, а так, не впуская девочку глубоко в душу, расставание пережить должно быть проще.
- Нет, не моя, - наконец выдавил он. – Из отказников взяли.
- А сколько ей лет?
- Малой что ли? Да нисколько, год весной будет.
- Ни фига, вы везунчики! Моя сестра уже четвертый год стоит в очереди на новорожденного отказничка. В школах этих нужных с мужем отучились, уйму справок собрали, анализов сдали, квартиру новую купили и детскую в ней обставили, а ребенка все не дают.
Внутри у Влада все сжалось. Точно отберут. Они с Оксаной школу приемных родителей дистанционно прошли, и специалист из опеки неоднократно говорила о том, что нужно нормально отучиться. Да и жилья своего теперь нет.
- Слушай, так это она тебя с усыновленным ребенком на руках оставила что ли?!
Влад открыл рот, чтобы поправить, но молча его закрыл. Пусть лучше так думает, а то мало ли что.
- Да, но оставить Яну было моим решением. Я, знаешь, что звоню? Хотел спросить о позапрошлогодней вечеринке, ты ж вроде среди нас самый трезвый был. Что там происходило интересного, а то я с середины смутно помню.
- А зачем тебе? Времени уймища прошло.
Приятель искренне удивился, а Влад растерялся. Ответ на этот вопрос он не придумал и теперь судорожно соображал, что ответить.
- Да вот одна девица в телефон написывает, говорит, я ей номер дал в баре, а я хоть убей - не помню, – наконец выдал он.
- Через полтора года? – скепсис в голосе одноклассника давал явно понять, что объяснение трещит по швам.