Алёна Ершова – Кривое зеркало (страница 31)
- Да, когда у меня. Я сначала гоняла, потом он на меня шипеть начал, паршивец, и я оставила.
Даша покивала.
- Кстати, насчет сна, девочка подвисает, кажется. Она днем спит?
Сталина Владимировна присмотрелась к затихшей Яне, потом подхватила ее на руки, отнесла в кроватку и через несколько минут вернулась к Даше. За следующие два часа бабушка Влада вызнала о молодом ветеринаре все подробности. Девушка ей понравилась, спокойная, уверенная, обстоятельная. Где-то проскакивала молодежная дурь, но Сталина помнила себя в двадцать два и как она чудила. Отучилась на технологическом факультете до пятого курса, забрала документы и перевелась на второй курс театрального. Отец ее тогда выпорол, а она, оставив клок волос в его кулаке, убежала из дому. Устроилась работать сторожем в городском театре. Там и жила. Потом, уже будучи молодой актрисой, крутила роман сразу с двумя поклонниками, что по советским меркам было совершенно неприлично. Пришлось выйти замуж. За третьего. Через два года скандалов, собирания чемоданов, выкидывания вещей из окна ей захотелось спокойствия, тут и подвернулся капитан корабля. Ветеран войны. На пятнадцать лет старше. Строгий, надежный. Он и смотреть не желал в сторону ветреной актрисы. Но чего у Сталины было с лихвой, так это упорства. Она развелась с мужем и планомерно, день за днем, добивалась своего капитана. Через полтора года ветеран был повержен. Он сделал ей предложение, как положено, с кольцом, но вместо цветов подарил кактус и обещание убить в случае измены. Вопреки всем ожиданиям Сталина стала прекрасной супругой, и они прожили с мужем тридцать лет душа в душу, вырастили двух сыновей.
Глава 21, в которой герои еще мало что понимают, но уже хотят большего
Отмытый, высушенный, с вычищенными ушами и подстриженными когтями, Гамлет спал в мягком пуфике под столом. К своей подруге не пошел. Устал, обиделся, да и, вообще, он кот, а не грелка.
Даша с любопытством наблюдала за животным через прозрачную часть столешницы.
Даша провела пальцами по волнистому краю.
- Нравится? – Сталина Владимировна аккуратно поставила две фарфоровые пиалы, пузатый глиняный чайник и вазочки с медом и сухофруктами.
- Да, эдакий застывший хаос. Смотришь и проваливаешься в древесный лабиринт. Кажется, стоит присмотреться, и увидишь Минотавра и крадущегося Тесея. Очень красиво.
Женщина присела рядом и погладила столешницу.
- Это внук мой сделал, - в голосе отчетливо слышалась гордость.
- У него золотые руки.
Сталина Владимировна внимательно и задумчиво посмотрела на гостью, потом словно опомнилась, стряхнула с себя оцепенение и с лукавой улыбкой поинтересовалась:
- Даша, как вы относитесь к чаю с розмарином и кедровыми орешками?
- Понятия не имею. Я знаю только три вида чая: черный, зеленый и остывший.
- Эх, молодежь! Небось, все твои три вида в пакетиках?
- Так точно.
- Ладно, тогда я тебе налью, а ты скажешь, понравилось или нет.
Золотистая ароматная жидкость полилась в пиалу, и Даша ахнула от удивления. На дне чаши появились два золотистых карпа.
- Какая красота! А аромат… Да вы просто волшебница!
- А что мне еще остается делать? – усмехнулась женщина. - Сладкое мне нельзя - у меня сахар, кофе тоже нельзя - давление. Вчера ходила к терапевту, спрашивала: жить-то можно? Мне сказали - можно, но без резких движений. Вот и колдую потихоньку. Ты пей чай, пей, он усталость снимает и силы восстанавливает.
Даша взяла двумя руками пиалу. Терпкий аромат окутывал сознание. Расслаблял. Где-то там за скобки ушел целый год без друзей и родителей, сессия, жуткая хозяйка квартиры и общая усталость. Здесь и сейчас ей было хорошо. За этим удивительным столом, рядом с этой неподражаемой женщиной, с чудесным чаем в руках, Даша почувствовала себя хорошо. Умиротворенно.
- Спасибо, - прошептала она и прикрыла глаза.
- За что? – Сталина Владимировна явно удивилась.
- За обещание чуда…
Она хотела еще что-то сказать, но в комнате заплакала Яна, и хозяйка отвлеклась на девочку. Через несколько минут они появились на кухне. Заспанная Яна терла личико и осоловело смотрела по сторонам.
- Дарья, подержите, я пока смесь приготовлю, - попросила Сталина Владимировна.
- Пойдешь на ручки? - Даша не удержалась и взъерошила пепельные волосы девчушки, они тут же встали в разные стороны. - Вот теперь ты точно на одуванчик похожа.
Яна всем своим видом показала, что на ручки пойдет, еще и попрыгала на коленях от такой радости. Даша прижала девочку к себе и ощутила, как от ребенка пахнет глаженым хлопком и молоком. Такой замечательный щенячий запах уюта укутал, что девушка и не заметила, как бабушка Сталина довольно прищурилась.
Не успела Яна уговорить смесь, как в дверь позвонили, а Даша поняла, что засиделась. Пора было собираться домой. Но девочка рук не покидала, да и пересаживать ее Даше не хотелось. Дверь хлопнула, и через некоторое время на кухне возник мужчина. Темноволосый, с модной щетиной, в ярко- оранжевой фиске. Даша заметила, что правый рукав припорошен опилками. Появилось жгучее желание протянуть руку и стряхнуть их. Ладони вспотели, а губы, напротив, пересохли, словно съела ложку соли.
- Добрый вечер, - приветствие пришлось выдавить. Пересохший рот отказывался производить слова.
Яна, увидев Влада, тут же протянула к нему руки. Даша передала ребенка и поднялась.
- Добрый, - мужчина ответил с опозданием. Забрал ребенка и получил разряд тока. Нахмурился.
- Простите, - Даша смутилась, - зима, все электризуется. – Сталина Владимировна, спасибо за чай и гостеприимство, я пойду.
- Куда по темноте?! Владислав отвезет тебя.
Даша прикрыла глаза. По спине от шеи до копчика пробежали мурашки.
- Нет, спасибо, я тут недалеко живу, да и погода чудесная, снежок пошел. Я лучше пешком пройдусь.
Она быстро впрыгнула в ботинки, накинула пуховик, подхватила сумку, попрощалась и, словно подгоняемая ветром, сбежала по лестнице вниз. Вылетела во двор и замерла.
Мягкий пушистый снег беззвучно оседал на землю. В свете фонарей он казался ярко-оранжевым.
Нет, в голове совершенно не желало проветриваться.
Мозг превратился в улей. Маленькие короткие мысли жужжали, нападали скопом, жалили. Разом стало стыдно и за потрепанные джинсы, и за выцветшую кофту, за ногти без лака и отросшие корни волос. Захотелось залезть в ванну и тереть себя жесткой мочалкой, пока не слезет старая шкура. А потом, как в русских сказках, удариться об пол и обернуться красавицей.
***
Владислав стоял совершенно потерянный. Яна колотила поилкой по спине, но заметил он это только, когда бабушка забрала ребенка.
Он совершенно не ожидал увидеть здесь постороннего человека. Со всеми своими подружками Сталина предпочитала встречаться на нейтральной территории кафе. Молодая, незнакомая женщина с Яной на руках выбила его из колеи.
- Сводничаешь? – спросил он строго.
- Делать мне больше нечего, - бабушка пожала плечами. – Ужинать будешь?
- Буду. А что за фотомодель тут Янку тискала?
- Ветеринар, Гамлета три с половиной часа спасала.
- Что с котом случилось? – Влад заглянул под стол: Гамлет вальяжно развалился на своем пуфике пузом кверху и вид имел наидовольнейший.
- Сейчас я тебе фото перешлю.
На телефон Влада полетели снимки кота в цветной слизи, а затем и процесс спасения.
- Представляешь! Она по прядке выбирала эту дрянь и все это время успокаивала Гамлета, разговаривала с ним. А тот лежал и млел под ее ловкими пальчиками. Даже не укусил ни разу!
Влад передернул плечами. В детстве на него напала стая бродячих псов. Разодрали в клочья куртку со штанами. Покусали руку и бедро. После этого собак он просто панически боялся, а ко всем остальным животным относился настороженно. Ветеринары же в его понимании стояли на одном уровне с заговорщиками змей. Ненормальные люди, добровольно лезущие в пасть к животным. И вот эта красотка с чайными глазами - одна из них.
- Понятно, рад я, что кот жив-здоров, – Владислав задвинул ненужные мысли на антресоль сознания. - Ты мне лучше скажи, о чем вы с мамой договорились? Завтра у них собираемся?
Сталина Владимировна отметила реакцию внука. Застывший взгляд, тело, словно изготовленное к прыжку. Она за свою жизнь неплохо изучила мужчин и могла легко определить то мгновение, когда в глазах Влада мелькнул интерес, а когда он сменился мрачной задумчивостью.