Алёна Ершова – Чертополох и золотая пряжа (страница 47)

— Вот поэтому я и не хотела вам говорить, боялась, что отговаривать начнете! — злые слезы потекли из глаз. Сказанное матерью расставило все по своим местам, разорвало все прежние нити, оставив лишь одну крепкую, важную. — Вы знаете о нем ровно столько, сколько и все. Вы видите чудовище снаружи и не замечаете человека внутри. Я не буду тебе, матушка, что-либо доказывать. Мы знакомы с ним с моих семи лет. Раньше я думала, что это ты послала его ко мне… Он не чудовище, просто люди боятся того, чего не понимают… Сиды, видимо, тоже. А я не боюсь и понимаю, и вижу, каков он внутри. Просто… Боги! Это же такая глупость любить тело, форму, оболочку! Спадет она, и все - ориентиры потеряны, берега размыты. Я не собираюсь превращать чудовище в человека, ибо нет никакого чудовища! Но я хочу снять проклятье. Не во имя «долго и счастливо», не в качестве оплаты долга, а просто потому, что могу это сделать. Могу и хочу. И я найду его с вашей помощью или без!

— Ишь, какая резвая! — спакона Тэрлег словно и не слышала всей этой гневной тирады. — Проще ветер в поле поймать, чем твоего мага. Бери решето, да наноси воды в дом, а я пока думать буду, как беде твоей помочь.

— Да пока вы думать будете, уважаемая спакона, мыши ваши башмаки съедят! Вы, помнится, давали мне дозволение задать иной, правильный вопрос. Так вот он: как мне найти тан Румпеля?

— До чего же нетерпеливая девица! – Хлопнула старуха себя по колену, — Мало найти твоего мага. Его ж еще узнать надо будет, да удержать. – Спакона всплеснула руками. — Вопрос твой о будущем должен быть!

— Э… нет. Что такое будущее? Лишь прошлое, примирившееся с настоящим. И для того, чтобы создать свое, мне не нужны искусство спа, клубки и указания.

Всезнающая тут же перестала веселиться и внимательно посмотрела на Айлин.

— А ты поумнела с нашей прошлой встречи. Что ж, я принимаю твой вопрос. И отвечу на него, ибо открылся мне вирд, которого я давно ждала и уже не надеялась увидеть. Темного лэрда не сложно найти, но нам нужно не только где, но и когда. А потому отправляйся к Хозяину Холмов в Йольскую ночь. В ночь выбора и ночь перелома. Собирайся, возьми мой путеводный клубок и следуй за ним, не теряя нить из виду. Заплутаешь, и даже твоя мать не сможет найти тебя.

— Так только Самхейн прошел, значит у меня еще два месяца впереди?

— Милая моя, в сид ведет не тропа, а намерение. Но слишком многое против того, что б ты попала туда вовремя. Поэтому придется поспешить, ведь ты должна успеть до того, как Кайлех осуществит задуманное. И прошу следуй строго за клубком.

----

[1] Ледяной сидр – не в смысле холодный. Имеется в виду способ приготовления алкогольного напитка, когда яблочный сидр выставлялся на мороз, потом лед из него вынимался, за счет этого увеличивается градус напитка. В нашем мире появился очень поздно, хотя идея, как говорится, на поверхности.

3.3 Хранитель замка Бренмар

Взять себя в руки Румпелю оказалось на удивление легко. Маяком во тьме безысходности горел алый рубин на кольце. И этот свет заставил подняться и попытаться пробить проход в замок.

Закрыто.

«Неужели огонь очага очнулся от долгого сна и признал в Айлин хозяйку? Как не вовремя. Да и с чего вдруг? Она же отказалась связывать свою жизнь с Гарольдом. Теперь ни один свадебный обряд не пройдет как должно, даже если она передумает», — Румпель стиснул зубы и снова начертил руну переноса. Пусто. Даже воздух рябью не пошел.

«Так не может быть», — Румпель зашагал к дому. Не выходит попасть при помощи магии, значит, получится пойти другим путем. Благо одна из дверей выходит в Бренмар, а там и до замка рукой подать. Ворота его всегда пропустят. Как-никак он старший из рода Хредель, да и хранителем замок так и не обзавелся.

Воспоминание о грогане отозвались старой ноющей болью.

«Не хватает мне тебя, друг. Тебя и твоей мудрости. Сейчас твой совет пришелся бы как нельзя кстати».

Но вместо ответа за спиной послышались торопливые шаги. Румпель обернулся и обнаружил непривычно хмурого келпи.

— Ты похож на то, что кошка притащила, – произнес вместо приветствия Калдер, не замедляя шага. — Что у тебя стряслось?

Румпель отвернулся. Хотел бы он сам дать себе ответ на этот вопрос. Но по привычке даже думать себе запрещал в том направлении. Признать, что любим? Что был слеп и глух, а потому потерял то, что не смел обрести? Поверить в то, что проклятье не помеха. Снять с сердца броню и позволить ему биться в такт с чужим дыханием. Слишком много стряслось и слишком мало из этого понятно. Так ради чего воздух сотрясать?

— В Бренмар мне надо.

— А, так ты уже знаешь, что твой пустоголовый брат решил вырубить Бернамский лес?

— Он что, окончательно из ума выжил?! Сначала охотится в Самхейн, теперь это… – Маг резко остановился. — Это же прямое нарушение договора отца с сидами.

— Вот-вот, а еще в дне пути от Бренмара видели Наклави. И Гарольд решил идти с ним сражаться. Сам.

— Опять? И так далеко от моря? – Румпель потемнел лицом. – Надо поднять свои старые записи, не просто так демон из морских глубин поднялся. Его что-то вновь потревожило… Понять бы что. Как не вовремя все…

— Так это не все вести, — не унимался Калдер, — невеста Гарольда отказалась становиться его женой. Представляешь какова! Но вот тут я не удивлен. Пряха из Фортгала самому Лесному царю внучкой приходится. Уж точно, твоему братцу нечета девица. Жилы тонки такую на ложе брать. Хотя для чего она игру с золотой пряжей затеяла, я так и не понял, да и разузнать не успел. Только начал служаночку ее расспрашивать, так Хозяйка дорог из тумана соткалась да к тебе отправила. — Калдер сам не заметил, как погладил шаперон. Ему никто раньше не делал подарков. Все только требовали: богатств со дна озера, силы да магии. А тут такая вещица чудная греет не только снаружи, но и внутри.

Румпель недоуменно поглядел на друга и привычным жестом растер покореженную часть лица. Надо же! Айлин - внучка Ноденса. Дочь того самого дитя, которым его отец расплатился за право сесть на трон. Как сплелось то все воедино. Может, потому ее замок и принял? Интересно, как так вышло, что за все то время, что он живет в Бернамском лесу, они с Хозяйкой дорог так и не пересеклись ни разу? Хотя та же Кайлех покоя не дает. Сначала проникла в дом в виде кошки и душила кошмарами, потом, когда проход ей туда закрыли, завалила колодец огромным тяжелым камнем, а вместе с ним закрылись и все двери в доме. Тогда если бы не Калдер и его умение передвигаться в любой стоячей воде, умерли бы с голоду. Рунная магия без связи с внешним миром оказалась совершенно бесполезной. А прошлой зимой сестрица и вовсе заманила его в ловушку да натравила диких зверей. Хорошо в этот раз он ее ослабил так, что она всю темную часть года Сид покинуть не сможет, а там глядишь, Йоль пройдет, и снова спокойно в лесу станет.

— Знаю, – бросил маг, открывая дверь в дом, — потому мне надо в Бренмар попасть. Как бы брат не учинил чего, получив отказ от Айлин.

Келпи удивленно приподнял бровь. Он ведь не называл имя пряхи из Фортгала. Откуда Румпель тогда его знает и чего хмурый, словно туча грозовая? Уж не связано ли одно с другим? Помнится, десять лет назад мага именно в Фортгал притягивало чуть ли не каждую ночь.

«Ох, не кончится все это добром», — Калдер хмуро наблюдал за тем, как Румпель открывает одну из дверей и выходит в грязный проулок Бренмара. Как накидывает на голову капюшон и, чеканя шаг, идет в сторону торговой площади. Как замирает каменной статуей, услышав глашатая:

— …а потому отныне перед богами они считаются мужем и женой. В честь сего его величество король Гарольд отдал приказ выкатить из подвала двести бочек вина.

Собравшийся народ радостно загудел. Выкрики с пожеланиями, сначала разрозненные, постепенно обрели силу штормовой волны. Затопили городские улицы.

Калдер схватил ближайшего мужика за локоть и легонько тряхнул.

— Кто с кем нынче сочетался а, любезнейший?

Мужик пожелал было возмутиться, но приметил серебряные пуговицы да золотое шитье на дублете и передумал.

— Так, как же ж вы прослушали, ваша милость? Наш славный король Гарольд женился сегодня на этой, как ее, тан Киркоул, тьфу ты, язык сломаешь! Говорят, девка простая, из народа, да только красоты невиданной, вот и не устоял государь.

— Но этого не может быть! – едва слышно произнес Румпель. — Она же поклялась! Да и… — маг бросил мимолетный взгляд на кольцо. Убедился, что оно не потускнело, — или Гарольд ее силой взял? – Жуткая догадка пробила током не хуже тех пластин, что он собирал недавно. Распихивая ликующих горожан, маг поспешил в сторону замка. Но стоило ему ступить на мост, как он словно налетел на невидимую стену. Остановился, недоуменно глядя по сторонам. Дотронулся рукой до плотного воздуха.

«Похоже, у замка сменился хозяин, и он не имеет никакого отношения к королевскому роду. Всеотец, что ж там творится?»

Румпель присел и прям на земле начертил руну хагалл. Незримая стена осталась нетронутой, а вот мост затрясся, в воду полетели камни. Стража на воротах отреагировала молниеносно. Послышались крики, ругань и топот множества ног.

— Эй, ты чего творишь? – Калдер дернул друга за руку. – Приди в себя! Ты что, снова к Гинерве в подземелье захотел? – Келпи утянул Румпеля в толпу. – Прекрати неистовствовать! Хочешь попасть в замок, тогда остынь и вспомни, что у тебя на плечах голова, а не медный котел.