Алёна Ершова – Чертополох и золотая пряжа (страница 13)

— Леди Айлин, ну вставайте уже! Ее величество королева Гинерва запретила его величеству вас в жены брать, так как у вас приданого нет!

— Ну и отлично, пусть теперь сама свою подушку носит, — Айлин отвернулась и накинула одеяло на голову.

— Да нет же! Сир Гарольд решил, что вы приданое напрядете!

— Что?! Я пряха, а не кошель Фортуната! – Айлин подскочила, словно в постель ей налили кипятка.

— Сказал, что даст вам соломы полную комнату, чтоб вы ее в золотую пряжу переработали, — Мари достала из сундука теплый шенс и протянула хозяйке.

— Вчера такое было, такое было! Сначала скальд Нукелави показал, потом король пожелал сам на демона идти, а королева хотела как обычно тан Румпеля отправить. А его величество как разозлится. Почему, говорит, все подвиги моему брату - уродцу. А ее милость в ответ: ты сначала наследниками обзаведись, а потом ступай куда хочешь! На что король: «Вот и обзаведусь. Завтра же женюсь на тан Киркоулл…»

— Погоди, Мари, не части, — Айлин подошла к умывальнице, смочила льняное полотенце и начала обтирать лицо и шею. – Что за Нукелави? И кто такой тан Румпель?

— Да как же так, госпожа?! — служанка приложила руки к груди. — Вроде бы не из глухой деревни, а что вокруг творится, не знаете! Десять лет назад из Северного моря, вышел огромный всадник. Человеческих ног он не имел, и тело его переходило в круп коня, кожа была содрана, а глаза полыхали огнем. Где бы ни ступал демон, всюду выгорала земля. Люди в ужасе срывались с насиженных мест, бежали в города, взывали о помощи. Их мольбы были услышаны. Спакона Терлэг провела ночь на кургане первого короля, и Пчелиный Волк раскрыл ей тайну появления Нукелави. Он сказал, что это проклятье, самого Николаса объединителя, и лишь истинный наследник рода Хредель сможет изгнать демона. Вот тогда и послали тан Румлеля – старшего брата нынешнего короля.

— Это которого сиды похитили? – припомнила Айлин.

— Нет, забрали первенца, и вроде как там по доброй воле все было… вначале, а тан Румпель - старший из живых наследников, от поверженной сиды нечестивого двора, рожденный. Правда, править он не может, так как матушка его прокляла, от того страшным стал, что богл. Я сама-то не видела, ведь от его взгляда девки замертво падают, но при дворе шепчутся, что сер Метью Грегор, предводитель отряда рыцарей, когда взглянул на королевского братца, визжал хуже нашей свиноматки, а потом и вовсе чувств лишился. Так или иначе, а тан Румпель после смерти батюшки своего в замке долго не появлялся. А тут разыскали, сулили золотые горы за изгнание чудовища. Говорят, он попросил лишь показать могилу Николаса и ему обещали это. Но когда тан Румпель вернулся с победой, королева Гинерва отказалась от данного слова. Тогда маг сказал, что Нукелави рано или поздно появится вновь. Многие тогда решили, что именно тан Румпель призвал демона, чтобы расквитаться с мачехой и младшим братом. А другие, напротив судачат, что Нукелави появляться будет до той поры, пока трон не займет истинный король.

«Храбрейшие из воинов теряли сознание, видя мое лицо», — вспомнила Айлин. — Это не может быть совпадением. Выходит, тан Румпель — это имя Темного лэрда, и все его знают. Но зачем тогда нужно было, чтобы я сказала его вслух? Что бы снять привязку, и он больше не являлся ко мне по первой прихоти. Хмм, но как я тогда призывала его? Видимо действительно не именем, а лишь волей. Хорошо, что вчера ни чего сказать не успела, иначе такой бы глупой себя выставила».

Ее мысли были прерваны стуком в дверь. Мари открыла и впустила слугу, который, кланяясь, передал требование короля явиться к завтраку в большой зал.

«Еще сделать ничего с утра не успели, а уже животы набивают», — недовольно подумала Айлин, усаживаясь на свое место за высоким столом.

Когда с едой было покончено, Гарольд поднялся и произнес:

— Мои подданные, вчера вы все слышали и знаете, что жуткий демон вновь поднялся из глубин и грозит смертями нашим подданным. Я, как ваш король, не могу стоять в стороне, поэтому хочу отправится в поход против монстра. А потому жду к концу празднования Самхейна от каждого лэрда, владеющего родовым замком, десять человек конных, десять лучников и тридцать пеших. Через неделю мы выйдем в поход. А потому свою свадьбу с тан Киркоулл я решил отпраздновать завтра, пока вы, мои дорогие подданные, не уехали к себе. Ты же, моя любимая невеста, в эту ночь должна спрясть золотых ниток на приданое, достойное королевы.

Внутри Айлин все вспенилось, заклокотало, тем не менее она не стала спорить. Спасибо Мари, предупредила, дав время подумать. Поэтому дева медленно поднялась и, глядя Гарольду в глаза, произнесла:

— Я услышала вас, сир, и не стану противиться монаршей воле, хоть и не представляю, насколько высока будет моя плата в этот раз. Но вы как-то сказали мне, что королевское слово ценно исполнением. Если это действительно так, то я прошу, тать мне клятву: отныне и впредь не требовать от меня более садится за веретено или прялку.

Скулы короля окаменели, а брови сомкнулись в единую дугу. Он понимал, что дважды попросил сверх положенного, но надеялся, что жена и дальше будет прясть ему золотую пряжу. Цена, которую вынуждена каждый раз платить Айлин, его не волновала. Однако Айлин потребовала дать обещание перед всеми лэрдами королевства, и он не мог игнорировать эту просьбу.

— Будь по-вашему. Я, Гарольд Хредель клянусь, что после сегодняшней ночи я не стану требовать от своей супруги, леди Айлин Киркоул садиться за прялку или браться за веретено!

На улице, подтверждая Слово короля, трижды прогремел гром.

[1] Тальхарпа – 4-х струнный смычковый музыкальный инструмент, бытовавший в скандинавских странах. Советую послушать звучание. После него волынка покажется вам усладой для ушей.

1.8 Красота невесты в ее приданом

Завтрак окончился, и лэрды повалили во двор, желая размяться. Еще вечером слуги собрали ристалище и засыпали землю внутри белым песком, дабы благородные мужи могли порадовать себя пешим турниром. Появление на границах Наклави не омрачило веселого настроения знати. Многие из них не помнили о тех бедах, что принес демон десять лет назад. Другие думали, что жуткий всадник не дойдет до их земель, ведь по пути встанет королевский замок. Третьи мыслили, как бы изловчиться и известить недругов короля Гарольда о тяготах, постигших королевство.

Лесничий эрл Гарен не собирался оставаться ни на турнир, ни на свадьбу. Распоряжение короля, равно как и появление на границах страны Наклави, вынуждали его спешно отбыть в свои владения. Дел предстояло много. Мужчина привычным движением откинул на спину вьющиеся каштановые волосы, которые так и не просохли после мыльни, и привязал свою поклажу к седлу. Пробегавшая мимо по поручению хозяйки Мари остановилась, залюбовавшись красавцем, потом всплеснула руками и убежала прочь. Эрл Гарен фыркнул. Хорошая девчонка, хитрая, ловкая, как ласка. Вроде в хозяйском доме живет и при этом сама себе на уме.

Лесничий кинул последний взгляд на двор, ухватил поудобнее поводья, чтобы вскочить на коня, но был остановлен той, которая только что занимала его мысли.

— Сэр, погодите! – Мари, не замечая косые взгляды королевских подданных, ланью неслась через двор.

— Вы это мне, прекрасная леди? – Гарен недоуменно вздернул бровь.

— Да. Только я не леди, а Мари, служанка тан Киркоулл, я вчера вечером вам в мыльне помогала.

— Помню, — прервал ее мужчина, — вы за подарком пришли? – его рука привычно потянулась к украшенному жемчугом кошельку на поясе.

— Нет! – Мари зарделась.

Эрл Гарен застыл, изумленно глядя.

— Тогда, наверное, ваша госпожа просила что-то передать?

Служанка отчаянно замотала головой и протянула сверток.

— Что это?

— Шаперон, сер.

— Шаперон? – удивлению лесничего не было предела. Мари замялась, а потом, подняв на мужчину свои хитрющие глаза, произнесла:

— Вы волосы не просушили, застудитесь, чего доброго, по дороге, сляжете.

— Я застужусь? – Не выдержал мужчина, запрокинул голову назад и рассмеялся на весь двор громко, заливисто. Мари замерла на мгновенье, затем дернула плечом и развернулась идти прочь. Но тут же была схвачена за руку.

— Ну, ну, не обижайся на меня, ясноокая. Не болею я, но за заботу спасибо. Наденешь?

Мари хмуро посмотрела на лесничего. Вот зачем, спрашивается, пошла, вещь хорошую, отцу в подарок купленную, отдала? А вчера мыло на него перевела. Не иначе сиды попутали. Ну, приглянулся ей господин, и что с того. Мало ли таких при дворе ходит, кудрями трясут, что за душевные порывы?

— Вообще-то я хотела, чтоб вы меня до Прилесья подвезли, там у меня родители живут, — вздернув нос, нашлась с ответом она.

Эрл Гарен прищурился.

— Договорились. Мне по дороге. Так что, наденешь на меня шаперон?

Мари подошла ближе и со всех сил натянула капюшон на лесничего.

— Вы что на сеновале ночевали? У вас трава в волосах! – спросила она, выбирая из каштановой гривы длинные, сильно смахивающие на водоросли стебли.

— Вас хозяйка-то отпустила, Мари, которая не леди? – скаля белые ровные зубы, поинтересовался эрл.

— Да. Ей сегодня ночью сейд творить, а он, как известно, не любит посторонних глаз, вот она меня и отослала, велев с утра быть.