Над оградой участка показалась голова соседки. Голова побежала по кромке забора, остановилась напротив Покрышки. Любопытная старушка рассматривала соседскую диковину.
– Внученька! – позвала старушка девочку. – Никак не разберу, что у тебя там такое красивое?
– Вы заходите, бабушка, – пригласила девочка. – Это моя новая клумба!
– Ах, какая замечательная КЛУМБА! – изумилась соседка. – Какая ты придумщица, девочка.
– Теперь я – КЛУМБА! – почти заплакала Покрышка.
Соседка ходила, ходила вокруг диковины, восторженно причитала. Потом позвала других соседей. Они тоже причитали, тоже любовались новой клумбой.
– Удивительно… – думала Покрышка. – Никогда мною не восхищались пока я была на колесе. Никогда мне не говорили, что я красавица! Никто не протирал меня тряпочкой. Ну и что? Буду клумбой! Зато теперь меня любят все!
Покрышка успокоилась, перестала думать о колесе и автомобиле. Ей понравились цветы, они подружились.
Только вскоре рядом с ней появилась вторая покрышка, и всё повторилось сначала. Её мыли, сушили, красили, насыпали землю, сажали в неё цветы.
– Кем ты была, подруга? – спросила Покрышка-клумба.
– Я левая передняя с колеса спортивного автомобиля, – ответила та.
– Отлично! – обрадовалась Покрышка-клумба. – Нас уже две! Передние колёса обуем, дождёмся двух задних и ПОЕДЕМ!
Покрышка аж зажмурилась, предвкушая удовольствие: дорога, скорость, опасные повороты, визг колеса.
– Вот это жизнь! Вот это скорость, – возликовала Покрышка.
Нет, всё-таки СКОРОСТЬ она любила больше, чем цветы.
О Каштане
Сказка о дружбе
Молодое каштановое дерево росло в самом центре дачного посёлка. Каштан был строен, красив. Его свечки напоминали пирамидки из белых свадебных цветов. Одна свеча уже была букетом, а если их было три-четыре, букет получался великолепным. Каштан гордился своими пятипалыми листьями. Осенью они были особенно красивы – жёлтые, с красными подпалинами. Утром в крону дерева попадал солнечный свет, его лучики скакали с ветки на ветку. Тогда под ним собиралась ребятня. Мальчишки любили лазить по крепким веткам Каштана. Спорили, кто поднимется выше. Каштану это нравилось, он даже болел за одного симпатичного мальчишку. Ему хотелось, чтобы именно он залез выше всех и выиграл спор. Мальчика звали Васей, у него был звонкий голос, белокурые волосы и карие глаза.
– Такое бы лицо девчонке, уж больно красив парень, – думал Каштан.
Ребята были разные, каждый со своим характером. И если Вася нравился Каштану, то Мишка (сосед Василия) совсем не приглянулся ему. Все норовил залезть, подпрыгнуть на ветке, сломать её.
– Глупый, злой мальчишка, погубишь ветку, упадёшь, шею свернёшь! – негодовал Каштан.
Вася в споре с Мишкой побеждал всегда. Мишка злился на Васю, на Каштан, на всех на свете. Старался то гвоздём поцарапать дерево, то игрушкой ударить побольнее.
– Не смей трогать дерево! Оно под моей защитой! – предупредил Вася мальчишку. – Ещё раз ударишь его – получишь тумаков!
Василий был невелик телом, но гибок и вёрток. Запросто крутил на руках колесо, мог много раз подтянуться на турнике, зимой на катке катался лучше всех. За это его взяли в дворовую хоккейную команду нападающим. Больше всего Мишку раздражала куртка Василия – жёлтая, яркая, видная издалека. Приметив куртку, ребята бежали навстречу. Все хотели играть с мальчишкой. Василий слов на ветер не бросал, сказал «получишь тумаков» – значит, получишь! Это была реальная угроза, и она не понравилась Мишке. У него чесались руки, хотелось ударить Ваську, но решительный взгляд мальчишки останавливал его, и однажды он съязвил:
– Куртка у тебя девчачья, девчачья, девчачья! У твоих родителей денег нет купить другую?! За сестрой обноски донашиваешь?
– А я и есть девчонка! – бросил на ходу Василий, пряча в приподнятый воротник куртки насмешливую улыбку. – Мама зовёт меня Василием, ласково – Васюшкой, Васёной, а я ВАСИЛИСА. Я девчонка! Ты понял? Только я смелая девчонка! Про дерево помни!
– Вот это да! – удивился Каштан. – Вот так Василиса!
С этого дня никто не смел обижать дерево.
Каждое утро под ветвями Каштана собирались старушки-подружки. Старички установили скамейку, и ровно в 12 часов (можно не проверять) на скамейке появлялись бабульки. Каштан любил слушать их разговоры, похожие на щебетание птиц. Кто рассказывал о своих взрослых детях, кто о ещё маленьких внуках и внучках.
Осенью старушки искали под Каштаном маленькие упругие каштанчики. Они собирали их тщательно, не пропускали ни одного. Каштан хорошо знал, для чего подружкам нужны его детки-каштанчики. Однажды он подслушал разговор: старушки делились рецептом снадобья. Оказалось, что именно детки Каштана обладают сильным целебным свойством. Каштанчики настаивали кто на ромашковом отваре, кто на меду и тогда они превращались в волшебное лекарство. Бабульки мазали отваром больные суставы, и боль уходила. Каштан был горд: он был нужен всем.
Прошли годы, Василиса выросла. Из маленькой боевитой девочки превратилась в настоящую Василису Прекрасную, да ещё и в Василису Премудрую. Каштан постарел. Он поскрипывал ветками на ветру, стволы его болели в дождливую погоду. Никто не додумался мазать его больные суставы целебным снадобьем. У Василисы родилась дочка Александра. Сашка была точной копией своей мамы. Такая же отчаянная, как она. А у Каштана деток не было, их по-прежнему собирали старушки, все до одного. Каштан понял, какую злую шутку сыграла с ним жизнь.
– Как же я оплошал? – думал старый Каштан. – У всех деревьев есть поросль. Они умрут, из поросли вырастут новые деревья. Моим деткам-каштанчикам не дают прорасти. Состарюсь, спилят меня, не останется никакой памяти!
Так и плакал бы старый Каштан своей последней осенью, если бы однажды не выгрузили под него гору опилок. Каштан испугался: неужели пилят старые деревья? Неужели пришла его пора? Оказалось, хозяин новой дачи привёз опилки утеплить на зиму розы. Каштану нечем было дышать: опилки почти закрыли его ствол. Сашка, дочь Василисы, попеняла новому дачнику:
– Что же вы, дяденька, сделали? Дереву нечем дышать, оно страдает. Уберите, пожалуйста, опилки! Не надо его обижать. Оно под моей защитой!
– Когда-то я уже слышал эти слова, – улыбнулся старый Каштан.
Хозяин не стал спорить, убрал опилки. Осталась только тонкая подстилка. Туда, созрев, и упали детки Каштана – маленькие каштанчики.
Напрасно старушки искали каштанчики: они были надёжно прикрыты слоем влажных опилок. Солнце согрело покрывало, каштанчики проросли. Сашка заметила это первой. Она принесла коробку, подкопала и осторожно положила в неё проросшие каштанчики.
– И ты туда же… – разочарованно вздохнул Каштан. – Следующей осенью на моих ветках не появятся новые детки-каштанчики: слишком стар, эти были последними…
С грустными мыслями Каштан ушёл в зимний сон. Он решил больше не просыпаться, засохнуть. Ему не о чём было шептаться с другими деревьями. Он не мог похвастаться своими детками, как старушки-подружки. Ребятня совсем перестала лазить по его веткам. Боялись, не выдержат старые стволы, сломаются.
– Никому я не нужен, – устало подумал Каштан. – Защищать меня некому. Сашка предала меня, унесла куда-то последних деток-каштанчиков.
Прошла зима. Наступила весна. На Каштане не распустились почки. Не родилось ни одного листочка. Сашка увидела грустное дерево, улыбнулась:
– Ах ты лежебока, вставай, вставай, соня! – Сашка постучала ладошками по стволу. – Посмотри, кто тебя ждёт! Весна… и ещё кто-то!
Каштан открыл глаза. Он увидел молодую каштановую рощу. Каштаны были ещё маленькими, но уже с яркими пятипалыми листьями.
Это Сашка посадила проросшие каштанчики в почву.
– Я ж обещала тебя защищать. Добрых людей на свете больше, чем злых! Просыпайся! Нам надо работать! У каждой старушки-подружки должен быть свой каштан! Будем расширять нашу рощу! Просыпайся, дедуля, надо воспитывать внуков.
– А что? – подумал Каштан, надувая почки. – В Африке баобабы тысячи лет живут, и нам не слабо…
О Сосне
Сказка о верности
– Красавица… красавица… – шумели кроны деревьев. – Красавица! Такую украсить ёлочными игрушками – не будет в мире прекраснее…
Сосна впрямь была красавица: ровный ствол, необычного цвета кора, пушистые ветки, россыпь серебристых шишек. Она стояла в окружении других сосен, но выделялась среди них своей статью.
Все сосны-соседки мечтали попасть на Новый год во дворец или замок, нарядиться, быть центром внимания, только не она. Желаний у неё было много. Много маленьких желаний и одна большая мечта. Хотела Сосна увидеть пальму!
О пальме мечтательница знала только то, что это дерево. Старые сосны говорили:
– Пальмы синего цвета, растут корнями вверх, пахнут мёдом, на ветках у них ягоды под названием АРБУЗЫ.
О том, чтобы дружить с такой диковиной, Сосна не помышляла. Хотелось ей одним глазком взглянуть, веточкой дотронуться. Мечтая, Сосна сочиняла и напевала песенки. Голос у Сосны был хрустальный, звенящий. Ветры не пролетали мимо, хоть на минуточку, но задерживались. Один остался, дослушал песню до конца. Чудная была песня: о море, о пальме, о мёде. Не захотел Ветер улетать, раскинулся на ветвях Сосны, заслушался и уснул. Крепким уснул сном, без сновидений. Проснулся бодрым, отдохнувшим. Сосна стояла не шелохнувшись. Боялась разбудить Ветра. Знала: намаялся он по разным странам летать.
