Алёна Берндт – Серафимино поле (страница 8)

– Мне не нравится, что он тебе угрожает! Ты живешь одна, мало ли что удумает! Переезжай к нам на время, так всем будет спокойнее.

– Ты думаешь, что он в самом деле способен причинить мне вред? Я считаю, что это все просто слова, со зла чего только не скажешь. Аллочка, спасибо тебе, но я только всё дома обустроила, как было раньше! Теперь это снова мой дом, наслаждаюсь этим. Да и что со мной может произойти в многолюдном городе, тут кругом люди.

– Всё равно, осторожность не помешает, – строго сказала Алла, – Купи себе газовый баллончик на всякий случай. И знаешь, не спешила бы ты на работу выходить, побудь еще дома.

– Ты что! – воскликнула Сима, – Кто меня там ждать будет, другого сотрудника найдут! А я там очень хочу поработать, Валентин обещал меня научить, чтобы я хотя бы на любительском уровне умела делать хорошее фото!

– Ну и что, найдут другого работника, так и ты потом найдешь другое место! И я не из-за Борькиных угроз тебе это говорю, а о твоём здоровье забочусь! Ты три дня валялась, по голосу было слышно, что тебе плохо… такое просто так не проходит, без влияния на организм.

– Алусь, всё хорошо со мной, честно! – Симе была приятна искренняя забота подруги, – Знаешь, даже вот наоборот – выйду на работу, новые условия, всё новое, отвлекусь и забуду этого Борю, будто его и не было.

– Ну, может быть, ты и права, – смягчилась категоричная Алла, – В выходные тогда поедем к нам на дачу, натопим баньку, поболтаем! Скоро новый год, обсудим, что и как на праздники запланируем. Я считаю, тебе надо в санаторий поехать, десять дней как раз отдыхаем, сменишь обстановку.

– Ну, посмотрим, – уклончиво ответила Сима, потому что ей больше хотелось побыть дома одной, прибраться как следует везде, стерев последние штрихи присутствия Бориса, и заняться фотографией.

В понедельник Серафима встала рано, в предвкушении нового в своей жизни. Студия, где ей предстояло работать, открывалась в десять часов, идти ей было недалеко, всего минут двадцать- двадцать пять неспешным шагом, поэтому она, наслаждаясь пила кофе.

Телефон тихонько звякнул, в мессенджер пришло новое сообщение. Незнакомый номер извещал Симу, что это пишет Борис. В пространном сообщении Боря извинялся за сказанные сгоряча слова, и предлагал не держать зла друг на друга, сохранив дружеские отношения. Писал, что от своих слов он не отказывается, и если Симе вдруг понадобится его помощь, в чём угодно, он готов прийти к ней на помощь. Разумеется, по-дружески…

Прочитав пространное Борино сообщение, Сима заблокировала и этот номер, и начала собираться на работу. Что можно было ответить человеку, которого она хотела навсегда вычеркнуть из памяти?

«Позорище, надо же было такой дурой быть, – думала Сима, подкрашивая ресницы, – С самого начала было понятно, что ничего у нас не получится! И чего я только ждала? Размечталась, как девчонка. Надо было еще в тот вечер всё завершить, когда книги… и всё остальное…»

Посмотрев на себя в зеркало, Сима решила, что всё это в прошлом. И лучшее, что она может сейчас сделать для себя – это просто выбросить из головы всё, что связано с Борисом, и сосредоточиться на том, что ждёт её в будущем.

Валентин встретил нового сотрудника, весь увешанный сумками с фотоаппаратурой.

– Серафима, давай-ка я тебе сейчас всё покажу по-быстрому, потому что сейчас меня уже ждут на съёмке. Разберешься сама, а что будет совсем непонятно – звони мне, или моей жене Насте, она подскажет если что. Так, еще – вон там чайник, чай, кофе и сахар в подсобке, там же найдешь чашки. Ничего, что я на «ты» вот так сразу?

Сима только и успевала кивать, держа в руке блокнот, который она приготовила, чтобы обстоятельно записывать все указания её нового работодателя, но сделать это было невозможно…

После поспешного ухода Валентина, растерянная Серафима стояла посреди небольшой приёмной и не знала, что ей делать дальше. На столе, который теперь был её рабочим местом, она увидела несколько исписанных листков. Прочитав начало, она облегчённо вздохнула и набрала указанный в самом начале номер – это был номер жены Валентина Анастасии. Ответил ей приятный и весёлый женский голосок:

– Сима, здравствуйте! Я так и думала, что Вале будет некогда вам всё объяснять, он у нас больше по технической части! Давайте, я вам сейчас всё расскажу, а на днях обязательно забегу познакомиться лично – приедет моя мама и посидит с ребятнёй!

Через неделю от Серафиминой нерешительности не осталось и следа. Она отвечала на звонки, записывала на фотосессии желающих, подробно расспрашивая о пожеланиях и удобном времени. Ей нравилась её работа, даже несмотря на то, что иногда попадались и очень неординарные личности – то недовольные своим изображением на фото, то еще чем-то.

А проработав месяц, Сима думала, что зря она не сделала этого раньше, и зря она сомневалась в необходимости перемен в жизни… Теперь она жила, дышала, но особенно ей нравилось наблюдать, как работает Валентин, когда снимает людей. Иногда она задавала ему вопросы, и Валентин, как и всякий увлечённый своим делом человек, подробно объяснял ей азы, показывая, как это выглядит на практике.

Новогодние праздники Сима отмечала на работе – заказов было много, новогодние фотосессии на проданные ранее подарочные сертификаты обеспечили фотостудии плотную занятость в каникулы, но Сима была этому рада, и не только из-за хорошей премии, которую она получала от Валентина еженедельно, но и потому, что здесь её ждали, она была нужна…

В конце января зима в городе, казалось, заканчивалась, всё чаще проглядывало солнышко, звонко постукивала капель и трели городских немного нагловатых птиц звучали всё громче. Но к вечеру зима брала своё, примораживая подтаявший игольчатый снег на обочинах тротуаров и одевая ветки кустов в невесомый иней.

В тот день Сима возвращалась домой немного позднее обычного, задержавшись за подготовкой заказа. Приятная усталость разливалась по телу, та самая, которая бывает у человека, когда он доволен результатом своей работы. Немного приморозило и лёгкий снежок медленно опускался на тротуар, когда она шла через небольшой сквер к своему дому.

Заслышав сзади торопливые шаги, Сима вздрогнула от неожиданности, но в тот же миг почувствовала, как яркая молния вспыхнула перед глазами. Что-то дёрнуло её в сторону, и мир вокруг неё погасил образы и звуки.

Глава 10.

– Женщина, очнитесь! – кто-то легонько тряс Симу за плечо, – У вас сумку вырвали, по-моему, и ударили вас чем-то… Вы меня слышите? Скорая уже едет, всё будет хорошо.

Сима с трудом приоткрыла глаза, в голове шумело, боль пульсировала и в голове, и во всем теле, а во рту тошнотворно ощущался солёный привкус крови. Она лежала на обочине тротуара, перед нею стояла на коленях молодая девушка, но лица ее Сима не различала-всё в её глазах расплывалось и было покрыто серой пеленой.

– Муж мой погнался за тем, кто вас ударил, – сообщила девушка, – А я сразу же в скорую позвонила. Как вы? Слышите меня? Не шевелитесь только, мало ли что…. Просто моргните в ответ.

Сима моргнула в ответ и с трудом разлепила левый глаз, который тонкой струйкой залила кровь, струящаяся с головы.

К ним подошел мужчина, который тяжело дышал и вытирал рукой вспотевшее лицо. Он удручённо покачал головой и сказал:

– Не смог догнать. Этот ypoд махнул через забор, он-то в кроссовках, а у меня ботинки… Сумку вот бросил в контейнер мусорный, а я достал. Его, наверное, только кошелёк интересовал. Как она?

Спросил мужчина и кивнул на лежавшую на подмороженном сероватом снегу Симу.

– В сознании, – ответила девушка, – Скорая едет, ждём.

Дальнейшие события, происходящие с нею, Сима вспоминала урывками, сознание помутнело, и картинка мира уплывала куда-то в бок, и вместо замёрзшего парка, скамейки и девушки ей виделись совершенно иные картины, где были она и Дима…. А вот и Анна Николаевна, в цветастом голубом переднике и белой косынке, мешает в деревянной бадье болтушку для телёнка и улыбаясь кивает Серафиме. Дима с отцом пилят на козлах бревно, говорят о чём-то и смеются…

– Слышите меня?! – резкий возглас вернул Симу из сладкого забытья, где ей так хотелось остаться, – Скорая приехала, сейчас вам помогут. Вы слышите? У нас ребенок, нам надо домой, мы вашу сумку отдадим доктору.

Сима слабо кивнула в ответ, боль отозвалась поплывшими перед глазами радужными кругами. Вокруг нее заходили люди, разговаривая, а над нею склонилась фигура в синей куртке и мужской голос спросил её ласково:

– Ну, и что же это мы тут разлеглись?

Сима ощущала, как ее укладывали в машину скорой помощи, она попыталась приподнять голову и поблагодарить девушку и её мужа, которые были с ней до приезда врачей, но доктор строго сказал, что шевелиться не стоит. Тогда она чуть подняла ладонь, и ощутила, как тёплая ладошка коснулась ее в ответ и услышала голос девушки:

–Поправляйтесь! Всё у вас будет хорошо!

А потом они поехали в больницу, где разные осмотры и манипуляции показались Серафиме просто бесконечностью. Ей хотелось, чтобы её поскорее оставили в покое, хотелось пить и спать, но она послушно выполняла всё, что говорили врачи.

Наконец Сима оказалась в небольшой палате с четырьмя койками, куда ее привезли на каталке и без острой необходимости приказали не вставать. Ей было уже не так муторно, после уколов, которые ей щедро поставили, и очень хотелось умыть лицо.