Алёна Берндт – Рубль-Пять (страница 4)

Он протянул Натке свёрток в бумаге, перемотанный бечёвкой.

– Здравствуйте, – кое-как справившись со своим смущением, Натка взяла себя в руки, – Вам нужно пройти в примерочную и надеть ваши брюки. Я отмечу, сколько подшить. Пройдите вон туда, и позовите меня, когда будете готовы.

– Хорошо, понял. Меня, кстати, Андреем зовут. А вас как звать?

– Наталья, – ответила Натка, снова покраснев под пристальным взглядом парня.

– Всё, я готов, Наталья, – позвал её клиент из-за шторки примерочной.

И Натка снова краснела под взглядом мужчины, которым он насмешливо сверлил её, пока она, сидя на корточках, подкалывала брючины до нужной длины.

– Завтра к вечеру ваши брюки будут готовы, вот квитанция, – говорила Натка, а сама думала о том, чтобы этот парень с насмешливым взглядом поскорее ушёл.

– Хорошо, спасибо большое! Очень замечательно, что завтра уже будут готовы брюки. А то я приехал сюда на работу. Я новый инженер по электрохозяйству, кстати. В понедельник нужно представиться руководству, и я хотел в новых брюках уже явиться.

– Что ж, мы не затягиваем с заказами, всегда стараемся сделать побыстрее, – ответила Натка, уже немного досадуя, что же не уходит этот клиент.

– Ну, до завтра, Наталья! Очень рад был с вами познакомиться!

– До свидания!

Натка с облегчением услышала, как стукнула в конце коридора входная дверь, когда вышел её клиент и отложила в сторону его брюки, которые до сих пор держала в руках. Хорошо, что завтра, когда он явится снова за своими брюками, здесь будет уже Людмила Юрьевна, и самой Натке уже не придётся с ним разговаривать.

Глава 6.

Закончив работу в тот день Натка прибралась в пошивочной, выключила свою настольную лампу и уже в дверях столкнулась с Прасковьей Никитичной, работающей техслужащей в новом Доме Быта.

– Наточка, ты что же, задержалась? – спросила Прасковья девушку, – Или заказов много?

– Здравствуйте, Прасковья Никитична. Заказов немало у нас – скоро же Новый год. Платья, наряды новогодние себе заказывают, – ответила Натка, – А я просто прибрала здесь немного, да и заказчик приходил, просил на завтра чтоб брюки были готовы, вот я и сделала сразу.

– А, понятно. Уж не тот ли заказчик, который уж битый час под окнами топчется? В какой кабинет ни зайду убирать – его с окна и вижу, от фонаря до угла по тропке ходит, притопывая. Уж не брюки ли свои ждёт? Беги уж, труженица! До свидания, – усмехнувшись проговорила Прасковья Никитична и принялась мыть пол.

– До свидания, Прасковья Никитична, – поспешно спрятав лицо в меховой воротник пальто попрощалась Натка и вышла в коридор.

Что ему нужно, зачем тут ходить, думала Натка, надевая вязанные шерстяные варежки и поправляя платок на голове. То, что это и есть Андрей, она почему-то и не сомневалась, а может быть ей просто хотелось, чтобы это был именно он.

Нет, Натке он совсем не понравился – такой наглый и самоуверенный… Но он смотрела на неё без насмешки, как многие местные ребята…и…он не знал о том, какой изъян есть у Натки, и потому смотрел на неё как на абсолютно… нормальную!

– А я вас жду, Наталья! Что же вы так задержались? Я уже себе тут всё отморозил! На табличке написано – до восемнадцати часов! А сейчас? О, уже половина седьмого! – укоризненно указал Натке на свои наручные часы Андрей.

– Зачем же вы меня ждёте? Я ведь сказала, что брюки ваши завтра будут готовы. Вот завтра и пришли бы! – Натка торопливо пошла по расчищенной трактором дороге в сторону своего дома.

Она так старалась идти ровно, приподнимая на носок свою ногу, что быстро скрыться от шедшего с ней рядом парня у неё не получилось.

– Нет, я не за брюками. Просто подумал, уже темно, да и мороз такой… как вы одна до дома доберетесь? Вот и решил вас проводить. Можно?

– Нет необходимости, я привычная. Да и что здесь мне может угрожать, я всю жизнь живу в Семёновке, дорогу до дома знаю. Зря вы мёрзли.

– Ничего не зря, – рассмеялся Андрей, – А вы на какой улице живёте? Мне вот выделили комнату на Советской, в доме на четыре крыльца. Вот, моё третье. Я еще и устроиться-то не успел, конечно. А сам я из Озерков! Тоже всю жизнь там прожил, потом в городе учился. Вот, вернулся летом, а теперь сюда работать направили, я и согласился! И, как вижу, не зря меня сюда судьба забросила…

Натка молча шла по тропке и мысленно молилась, представляя перед глазами чуть потемневшие образа, что стояли у бабушки Дарьи в углу, и с которыми та частенько говорила вполголоса. Сейчас и сама Натка мысленно просила, чтобы отстал этот Андрей от неё, чтобы пошёл скорее на свою Советскую улицу, где стояли пять отстроенных колхозом новых домов, для специалистов.

– Вы рассердились на меня? – спросил меж тем шагающий рядом парень, – Молчите… Вам неприятно моё общество?

– Вам лучше пойти домой, – тихо ответила Натка, – Морозно на улице, а вы и так долго у Дома Быта стояли… Заболеть можете.

– Вы меня боитесь, Наташа? – как-то тихо и непривычно ласково спросил Андрей, – Не стоит, я вас не обижу!

– Нет, не боюсь, – соврала Натка, – Вернее… не вас.

– Не меня? А кого же? Неужели кто-то здесь смеет вас обижать?! Скажите, кто, и я спуску ему не дам!

– Вам лучше пойти домой, – повторила Натка, – Меня бабушка накажет за прогулку эту…

– Бабушка? Вы с бабушкой живёте? Что ж, раз у вас такая строгая бабушка, то конечно, не будем её волновать. Скажите, до какого дома я могу проводить вас безнаказанно, а после я пойду к себе.

– Сейчас и идите, – прошептала в ответ Натка, – Вот там мой дом. Спасибо, что проводили.

– До свидания, Наташа! До завтра! Вы же помните, что завтра после обеда я к вам снова загляну!

– До свидания, – ответила Натка и заспешила по тропке к своему дому, она уже издалека видела, что стоит в калитке тёмный силуэт бабушки Дарьи, высматривая возвращающуюся с работы Натку.

– Ты с кем задержалась? – строго спросила Дарья, когда Натка, прихрамывая, подошла ко двору, – Кто с тобой шёл? Чей парень?

– Это заказчик, он брюки подшить принёс к нам сегодня, – дрогнувшим голосом ответила Натка, – Из Озерков он, приехал работать на электрохозяйстве. На Советской жильё получил, вот и шли по пути вместе…

Звонкая пощёчина гулко прозвучала в морозном воздухе и обожгла Наткину щёку. Тяжела была рука, натруженная работой за долгую жизнь.

– Я тебе что говорила?! Ты что, вовсе без мозгов?! Мало того, что жду её с работы, помощи жду с Голубкой управиться, а она гуляет где-то, да еще и с приезжим! Вот догуляешь! Он уедет, а ты тут останешься, да еще и с пузом! Снова позор на мою седую голову! Сказала – прибью тебя сразу! Так и знай – прибью!

– Бабушка, да я же просто домой шла! – вскрикнула Натка, когда снова тяжелая рука приложила её по спине, – Он по пути, к себе шёл, дорога-то туда одна!

Не слушала Дарья, охаживая внучку первым, что подвернулось под руку – черенком дворовой метлы. А за забором слушала Дарьины крики соседка, и качала головой, думая, сколько же еще вынести придётся хромой девчонке, так некстати появившейся когда-то на свет.

Глава 7.

На следующий день Натка была сама не своя. С замирающим от страха сердцем она ждала, когда Андрей явится забирать свой заказ. Бока после вчерашней бабушкиной "науки" болели и ныли, поэтому повторения вчерашнего ей не хотелось. Натка волновалась так, что все пальцы себе исколола,  приметывая подкладку  к заказанному пальто. Это не могло не привлечь внимания её старшей наставницы:

–Что с тобой сегодня? Никак устала? Давай-ка ты доделывай, что начала, и ступай сегодня домой пораньше, – сказала Людмила Юрьевна, внимательно глянув на девушку поверх своих очков.

– Нет, не устала, – ответила Натка,  – Просто голова  сегодня  болит немного.... Я уже доделала все на сегодня, если можно, я бы хотела уйти чуть пораньше. Хотела ещё в библиотеку зайти.

– Конечно, иди. Я думаю, заказы мы все успеваем сделать в срок, так что сходи куда нужно.

Натка повесила пальто на стоявший в углу матерчатый манекен и украдкой облегченно вздохнула. Она уйдёт пораньше и значит не встретится с Андреем, а ещё придёт вовремя домой и успеет все сделать по хозяйству, чтобы бабушка не ругала её больше. А в библиотеку ей и нужно всего-то на минуточку – справиться у библиотекаря Надежды Дмитриевны не вернули ли ту книгу, которую она давно хотела взять почитать, но она все время была на руках.

Попрощавшись со своей наставницей, Натка потеплее закуталась в платок, накинула сверху бабушкину пуховую шаль и вышла в морозный вечер.  Библиотека недавно переехала из старого бревенчатого домика в новое здание по соседству со школой, и Натка сейчас торопливо шла по узенькой тропочке, чтобы срезать путь и обернуться поскорее. Семёновка была разделена на две части быстрой каменистой речкой, которая давно покрылась ледяным панцирем и теперь из одной части деревни в другую потянулось ней множество тропинок, не нужно было идти в обход, до моста.

Натка шла по одной из таких тропинок и любовалась зимней красотой. Снег лежал белым бескрайним покрывалом до самого леса, на другом берегу речки тонкой змейкой блестели огоньки на фоне темно-синего неба. За деревней тёмной мантией по предгорным холмам раскинулся лес, в морозном воздухе далеко разносились звуки, и Натка слышала, как потрескивают на морозе стволы сосен и елей.