Алёна Берндт – Непутёвая (страница 2)
Закончилось это в один день. У Саши начались весенние каникулы, и она им вовсе не радовалась, в отличие от своих одноклассников. В школе лучше, чем дома, а вот теперь две недели придётся провести с матерью и отчимом…
Но тут мать вдруг позвали подработать, и она согласилась, хоть и ворчала дома, до чего дожила – полы мыть зовут, а у неё, между прочим, образование есть. Однако пошла, потому что Семёна не так давно в работы попросили, и теперь ходила каждое утро в старую контору леспромхоза мыть пол. Возвращалась к обеду, а то и позже, но по такому случаю даже и попивать стала поменьше, завтра ведь снова на работу идти… а в лесхозовской конторе бабы все нарядные, накрашенные. Подтянулась Тамара, обиходилась немного, даже тушь старую достала, ресницы красить.
В тот день Саша стояла в кухне и чистила раковину, когда из комнаты выплыл опухший Семён, только продравший глаза. Отпихнув падчерицу, он наклонился к крану и стал жадно хлебать воду, а напившись, уставился красными глазами на Сашу:
- Ну? Чего вылупилась на меня? Чаю хоть бы заварила, клуша безрукая! – тут Семён полез в холодильник за бутылкой, не так видать чаю и хотел, как похмелиться.
Саша заторопилась поскорее доделать всё по дому, пока отчим наливал себе вторую и запихивал в рот квашенную капусту, хватая её из банки толстыми короткими пальцами. Сейчас начнёт придираться, а так и до скандала недалеко! Однако Саша тогда ошиблась…
Она уже заканчивала чистить старую газовую плиту, когда Семён встал и вытер руки о свои замызганные штаны. Подошёл вдруг сзади и прижал Сашку к плите, сжал ладонями её локти, а сам уткнулся девчонке в волосы и задышал, засопел. Рванулась Саша, разбрызгивая по полу грязную пену и с ужасом уставилась на отчима, а тот побагровел до самой шеи и заворчал ласково:
- Ну… Ты чего, Сашка, чего…
- Отойди! – крикнула Саша, схватив первое, что подвернулось под руку, это был старый половник.
Однако неистовый взгляд Семёна говорил о том, что половник его не остановит… а кричи-не кричи, все соседи этого небольшого восьмиквартирного дома уже давно привыкли к тому, что в их квартире постоянно орут и шумят. Уже и не ввязывались давно!
Тамара в тот день прибралась в конторе скорее, чем обычно, утром дали небольшой аванс, и она собиралась зайти сначала домой, а после вместе с Семёном пройтись до магазина. Уже подходя к подъезду, Тамара услышала крики… чего это, никак Сёмка домой кого притащил, да пьют сидят?!
Тамара возмущённо фыркнула и влетела в квартиру, готовая явить миру свой праведный гнев. Но картину она застала очень… своеобразную.
Сашка жалась к стене, из разбитого носа девчонки текла кровь, глаза были бешеными и огромными от ужаса, старая застиранная рубашка была изорвана, майка под ней тоже болталась клочьями. Над нею нависал Семён, руки его и грязная майка были измазаны в крови…
- Это… Вы чего тут! – заорала Тамара, хотя сама поняла, что тут происходит, только поверить не могла…
- Томочка… я… это…, - забормотал Семён и отступил от Саши, которая выставила перед собой швабру для защиты.
Пол в кухне был усыпан осколками от стекла и ошмётками квашенной капусты, у раковины валялся сломанный половник. Саша вытирала текущую из носа кровь полой порванной рубашки и заикаясь пыталась что-то сказать матери.
- Заткнись! – заорала на неё Тамара, - Иди умойся, всё тут кровью заляпала, дура!
Саша метнулась в ванную и слышала, как мать орёт на Семёна и похоже даже его бьёт. Из ванной она боялась выйти, осторожно выглянула в коридор и попалась матери на глаза. Тамара схватила дочь за воротник и поволокла в маленькую комнату. Запихнув туда девчонку, Тамара зашипела:
- Смотри, молчи про это, поняла?! Иначе поедешь в детдом жить, гадина!
- Мама! – Саша в изумлении смотрела на мать, - Я плиту мыла, а он… он…
- Сама перед ним хвостом крутила! – орала Тамара, - Задница выросла, и всё остальное, а мозгов нету! Дура!
Тамара ударила дочь по щеке, задев разбитый нос, из которого снова брызнула кровь. Бросив Саше в руки грязное кухонное полотенце, Тамара вышла из комнаты, громко хлопнув дверью.
Как теперь жить, думала Саша… у неё уже даже слёз не было плакать. Ведь мать завтра снова на работу уйдёт, а этот… опять дома останется, как ей быть?!
На следующее утро Саша выскочила из дома вперёд матери, когда та только в коридоре обувалась на работу идти. Тамара глянула на дочь волком, и не спросила, куда та направляется. Семён ещё спал, не в его правилах было вставать в такую рань.
Тот день Саша провела считай, что на улице. Сначала хотела пойти до бабушки, но побоялась и отправилась к старому дому Макеевых, там уже два года никто не жил, хозяева уехали в город. Дом стоял с заколоченными окнами, на двери висел большой ржавый замок. Такой же запирал и калитку, во двор было не попасть, но это только на первый взгляд.
У Саши был свой секрет, она шла в узкий переулок, выходящий на околицу и самый бор, отодвигала доску в потемневшем заборе и протискивала свою худенькую фигурку в заброшенный двор. Потом подвигала хлипкую лестницу и влезала на чердак пустого дома. Там у неё и было временное пристанище. Весна тепла ещё не давала, и на чердаке было прохладно, но хотя бы не было этого резкого ветра. Прикрыв за собой дверь старого чердака и закрепив прикрученный изнутри затвор, Саша с любовью оглядывала обустроенный ею уголок. Старое плетёное кресло у оконца, обшарпанный столик и безногая тумбочка, на которой стопками лежали книги, бережно прикрытые газетой. Их она принесла из дома, мать послала выкинуть, а несколько она нашла здесь, в оставленном хозяевами доме, они лежали тогда сиротливой стопкой на старой веранде.
А куда ей ещё было идти? Подруг у неё не было, не разрешали родители Сашиным одноклассникам водиться с девчонкой из такой семьи, добра от такой дружбы не будет! Даже Иринка, с которой Саша в первом классе дружила, старалась обходить бывшую подругу стороной. Вот и устроила себе Саша что-то наподобие дома, хоть и холодно было тут, но зато спокойно. Закутавшись поплотнее в тонкую старую куртку, Саша сняла промокшие дырявые ботинки, достала из тумбочки заштопанные чуть не в пяти местах толстые шерстяные носки. Забравшись с ногами в плетёное кресло, она натянула куртку на коленки, чтобы как-то согреться, и взяла книгу, свою любимую. До десяти часов как-то нужно перебиться, думала Саша, а там откроется библиотека, можно будет пойти туда и почитать в тепле. Библиотекарь, Надежда Сергеевна, Сашу жалела и разрешала сидеть за столом для чтения сколько та захочет. А когда не было посетителей, то звала девочку пить чай с печеньем или бутербродами.
Так, сидя в кресле, Саша и заснула, пригревшись под курткой. Сказалась бессонная ночь, проведённая дома, а тут ей спокойно было, знала, что никто не придёт и не побеспокоит её.
Молва быстро разнесла слух о произошедшем у Тамары Нечаевой, только ещё и приукрасила так, что истина в подробностях чуть не потерялась. И если раньше на Сашку смотрели пренебрежительно тайком, то сейчас и вовсе стесняться перестали, заявляя, что ничего путёвого из такой не выйдет. Но было в этом происшествии и хорошее, можно даже сказать, Саше повезло.
Недели не прошло после того дня, когда Тамара неожиданно явилась домой и увидала жуткую картину, произошло ещё одно событие. Бабка Лида, Тамарина мать, которая в квартире дочери не была уже много лет, вдруг появилась на пороге.
- А ты чего припёрлась? – проворчала сердито Тамара, стараясь скрыть страх перед матерью, - Сто лет не было, а тут, нарисовалась, не сотрёшь!
- Цыть! – бросила бабка Лида, - Язык свой прикуси! Ну-ка, Томка, что у вас тут происходит?! Правду люди говорят, что боров этот твой Сёмка девчонку снасильничал?! Допились, cвoлoчи?!
- Чего ты мелешь?! – заорала Тамара и побагровела, - Болтают люди, а ты собираешь! Ничего он ее не насильничал, так… подрались!
Бабка Лида прошлась по запущенной квартире, поджав сердито губы и не глядя на притихшего на диване Семёна. Потом зашла в комнату Саши.
- Собирайся давай, чего тут у тебя есть с одежды. У меня пока поживёшь!
- Ты чего придумала? – заорала Тамара на старую мать, - Иди отсюда!
- Молчать! – резко бросила бабка Лида, - Сашка! Собирайся, я сказала!
- Да и ладно! – вдруг ответила Тамара, - Чтоб вы провалились обе, всю жизнь мне испохабили! Иди, Сашка! И обратно не просись, когда тебя эта старая карга достанет! И на Семёна не смей наговаривать, узнаю – прибью!
Не поверила мать Саше, когда та ей всю правду рассказала про то происшествие, что Семён к ней приставал, а вот Семёну, который во всём обвинил Сашку, как раз поверила. Так и ушла Саша жить к бабушке Лиде, и пока не знала, хорошо это, или плохо.
Глава 3.
Лето выдалось страшным… сушь стояла такая, какой старожилы и не припомнили. Трава пожухла и пожелтела, вода в старом пруду ушла почти до половины, и даже речка обмелела настолько, что козы могли перейти её вброд.
У бабушки Саше жилось лучше, хоть и тоже нелегко. Утром бабушка вставала чуть свет, и следом поднимала Сашу. Огород сам себя не польёт и не прополет, воду из колодца тоже натаскать кто-то должен. А вот уж после бабушка звала Сашу завтракать, и тут внучку не баловала, но и не жалела еды. Хлеб с маслом и горячий сладкий чай, иногда домашний творог и сыр давала, вот этого Саша в доме матери не помнила, когда и ела. А потому старалась Саша бабушке угодить, всю работу делала на совесть, старательно.