Алёна Берндт – Книжная Лавъка Куприяна Рукавишникова. Первая часть (страница 3)
– Вот, ваш дядюшка назначил мне передать вам это при личной встрече, – говорил густым басом нотариус Мефодий Пантелеевич Крошенинников, – И никак иначе! Я всё сделал так, как он указал в своём завещании, и очень горд тем, что именно меня он избрал своим поверенным. Посему, Куприян Федотович, хочу выразить вам почтение и надежду, что и вы доверите мне честь помогать вам в делах, касательных моей должности!
Всё это Мефодий говорил, доставая из запирающегося на английский замок шкафа небольшой сундучок красного дерева, с искусной резьбой на крышке. Открыв его, нотариус достал оттуда большое кольцо, на котором было надето множество разных ключей, а следом за ключами он достал книгу в дорогом кожаном переплёте чёрного цвета.
– Ну вот, здесь ключи от всего вашего хозяйства, дражайший Куприян Федотович. И книга… её я не открывал, как мне и было назначено распорядителем. Передаю её вам.
В кабинет вошла девушка с подносом, на котором были чашки тонкого фарфора, пузатый чайник и две красивые вазочки. Тут Куприян заметил чайный столик в углу кабинета, окружённый диванами, туда его и пригласил нотариус.
– Я понимаю, вы устали с дороги, но всё же приглашаю вас посетить наш дом на будущей неделе, -говорил Мефодий Пантелеевич, – А кроме сего, прошу вас, если вы станете испытывать какие-либо затруднения в обустройстве здесь, обращайтесь ко мне без всякого стеснения! Я сам и мои сыновья всегда готовы вам помочь!
Через полчаса примерно, слегка ошалевший от гостеприимства и говорливости Мефодия Крошенинникова, Куприян вышел на улицу. Сидор Ильич объявил ему, что дорогу до означенного адреса ему указали, он без труда доставит туда своего седока.
И снова загремела под колёсами мостовая, Зорькины подковы звонко стукали по камням, и не прошло и четверти часа, как повозка остановилась, и Куприян с нетерпением и замиранием в сердце выпрыгнул наружу.
Перед ним показался добротный старый дом в два этажа, окна первого были большими и стеклянными – это была витрина, уставленная книгами. Множество корешков на деревянных полках, и уложенных в красивые стопки, небольшая картина в раме украшала витрину.
А над входом красовалась вывеска, на которую Куприян уставился, раскрыв от удивления рот…
«Книжная Лавъка Куприяна Рукавишникова»
Это как же… думал Куприян, ведь вывеска с его именем? Каким образом она тут появилась? Но тут же стукнул сам себя по лбу ладонью – ну конечно, это мог сделать Мефодий Крошенинников или его сыновья по распоряжению Онуфрия Торопинина, которого они именовали дядюшкой Куприяна. Хотя сам он и слыхом никогда не слыхивал о какой-то своей родне.
Ну да ничего, в руках Куприян держал связку ключей и книгу, и теперь надеялся, что записи в книге прольют свет на происхождение самого Куприяна, и вообще, на всю эту историю с наследством. Вспыхнула в голове мысль, что всё это вообще может оказаться ошибкой! Может быть, это вообще другому Куприяну Рукавишникову предназначалось, а нотариус что-то напутал?!
– Ну, Куприян, чего задумался? – с улыбкой спросил Сидор Ильич, – Али сам не веришь, что твоё это теперича? Давай, отпирай, станем хозяйство налаживать, Зорька вон пить уже хочет! Да и сами мы устали!
Куприян спохватился и стал трясти связкой ключей, отыскивая тот, которые ему Мефодий Пантелеевич указал – от замка на калитке. Новые владения Куприяна, так неожиданно свалившиеся на него, выглядели очень ухоженными, добротными. Дом в два этажа, который явно недавно красили, отмытые до блеска стёкла в окнах и книжной витрине, каменное крыльцо на входе, рядом с которым стояли вазоны с цветами. Справа от входа в лавку калитка с коваными петлями и ручкой, под резным капельником, дальше ворота, куда легко может пройти даже самая широкая повозка. Дальше угадывался задний двор, и что там имелось – Куприяну не терпелось узнать!
Он махнул рукой Сидору Ильичу, который кряхтя влез на облучок, ласково приговаривая что-то Зорьке. Сам Куприян быстро отпер калитку, замок был смазан, петли так же, за хозяйством смотрели на совесть, кто бы это ни был. На воротах изнутри был широкий засов, Куприян его отодвинул и распахнул ворота, впустив Зорьку внутрь, а уже потом стал осматривать двор.
Достаточно большой двор располагался позади дома, где была книжная лавка. Навес, небольшая конюшня на пару лошадей, крепкий сарай под дрова, клети под запасы и банька, светлая, чистенькая, прямо как у приёмных родителей Куприяна, в Киселёво…
– Ну, ты поди пока, дом осматривай, а я покуда Зорьку устрою, да багаж твой отвяжу, – сказал Сидор Ильич, – Нам теперь с тобой, Куприян, тут вместе квартировать, батюшка твой, Федот Кузьмич, меня к тебе в услужение попросил отправиться, жалованье сам положил, хорошее. А я и рад, чего уж! – тут старик рассмеялся, от чего глаза его превратились в добрые такие щелочки, – Нешто не помочь тебе, парень ты добрый, душевный. Ну вот, пригляжу себе тут, на дворе, обиталище. Поди вон там, в домике, истопник жил всегда, теперича я там буду!
– Нет, Сидор Ильич! И не думай даже, какой «на дворе»! – замахал руками Куприян, – Поди в доме нам двоим не тесно будет! Ты мне почитай всю жизнь за родного дядьку был! Давай-ка мы сейчас вместе Зорьку обиходим, а уж после пойдём в дому устраиваться!
Сидор Ильич одобрительно крякнул, ласково поглядел на парня, который тут же скинул новый свой кафтан и закатал рукава рубахи. Зорьку распрягли, увели в чистое стойло, покрытое свежей соломой, в ясли насыпали приготовленного тут же овса, хорошего, зерно к зерну! Онуфрий, живший здесь раньше, не на шутку озаботился тем, чтобы его преемник с дороги ни в чём нужды не знал.
В углу двора стоял каменный оголовок колодца, сработанный искусно и удобно. Сидор Ильич попробовал воду и одобрительно кивнул – хорошая, чистая, можно и самим пить, и лошадь поить.
– Нешто он всё знал, Онуфрий этот, – задумчиво оглядывая двор, сказал Сидор Ильич, – Ну, теперь мы тут управились, время ещё не позднее, давай поглядим дом и лавку, а уж после я стану баню нам налаживать, хошь как хошь, а с дороги надо омыться, чай мы не чухонцы какие!
Куприян перебрал ключи на кольце, нашёл подходящий от задней двери дома, она находилась под широким, во весь дом деревянным навесом. Перед навесом, за самыми перилами, были посажены кусты сирени и гортензии, которая наливалась пенными кистями, очень пышными, красивыми. Куприян подумал, что под навесом хорошо будет поставить стол и скамьи, чтобы пить вечером чай…
Дверь отворилась без скрипа. Дубовая дверь и кованые петли так же были должным образом ухожены, и Куприян робко ступил внутрь. Подумал, как же хорошо, что он не один, и отец прислал с ним Сидора Ильича… один бы Куприян тут затосковал… да и в этаком доме одному, не очень уютно.
Глава 4.
Куприян с Сидором Ильичом вошли внутрь дома. Перед ними был широкий коридор, он оканчивался лестницей, ведущий во второй этаж, дверь слева явно вела в саму лавку, а вот второй этаж был жилым. Начали с лавки, но ничего примечательного, такого, чего бы сам Куприян не ожидал, там не обнаружилось. Книжные полки были устроены до самого потолка, к перегородкам между ними крепилась лестница, которую можно было передвигать по пазам, очень удобно доставать книги с самых верхних полок. Хорошо придумано, с головой, подумал Куприян.
Дубовая стойка с широкой столешницей, на ней дорогая касса, явно сделанная на заказ. Конторка, и небольшой ящик, запирающийся на хитрый замок. Всё, что необходимо для торговли книгами. Стопка амбарных книг, Куприян их полистал, они были чистыми, видать, для него приготовили.
Ещё бо́льшая стопка книг была исписана аккуратным почерком и пронумерована, и Куприян понял – каждая книга имела тот же номер, что был указан над полками, каждый поставе́ц имел свой номер, а книга содержала список продаваемых книг, которые стояли на этих полках. Что ж, Куприяну это очень поможет, он взял себе на ум, что завтра же примется изучать эти товары, чтобы знать, что и где тут находится.
В шкафу за стойкой лежали стопки бумаги наилучшего качества, почтовые конверты в пачке, мотки бечёвки и прочие нужные вещи. Всё есть, хоть завтра открывай лавку, на витрине которой висело написанное красивым почерком объявление:
«Лавъка закрыта. Ожидаемъ приезд владельца»
Значит, у него есть немного времени, чтобы изучить всё здесь, хотя бы немного, чтобы не упасть в грязь лицом перед покупателями. Судя по тому, какой в лавке был порядок и достаток, дела у Онуфрия шли хорошо, значит и покупателей было довольно. Интересно, всё же почему Онуфрий завещал эту лавку ему, Куприяну… Что же, наследников не прижил? Куприян решил, что опосля спросит про это у Мефодия Пантелеевича, как-то сразу не нашёлся выспросить.
– Гляди-кось, а тут всё есть, что надо, – Сидор Ильич, который уже и второй этаж поглядел, пока Куприян осматривал лавку, – Наверху три спальни, большая зала с камином, даже кабинет имеется. А вот тут, под лестницей дверь – там кухня, комната туалетная, с немецкой умывальней, я такую видал у графьёв, Федота сродников, которые в Твери живут. Ещё есть этакая повалуша холодная, оттуда вход в подвал, там я не был, на ключ заперто. Небось на связке есть ключик-то, после погляжу. Ну, и две каморки, видать может прислуга какая раньше жила, ничего, уютные, вот я там и могу поместиться, коли уж так хочешь, чтоб ты не один в доме-то жил.