Аля Миронова – Приват для босса (страница 16)

Летта провела со мной эти дни. Погода позволила, поэтому мы вчетвером выезжали к озеру на пикник: я, Красовская и папа со своей Тоней. Было довольно-таки сносно.

Как ни странно, но о Малыше я не вспоминала. А вот блондинке позвонила соседка: сказала, что нашла в своем почтовом ящике ключи от квартиры подруги.

— Окси, вот ты мне объясни, ну чего ты так к Кириллу прицепилась? — возмутилась Летта после очередной порции моего “бубнежа”.

— Ну не нравится он мне, что поделать?! — эмоционально вскрикнула, потому что это чистейшая правда. — Я нутром чую, что что-то с ним не так!

— Хороший парень, — пожала плечами Красовская. — Хотя, если честно, я тоже думаю, что ему есть что скрывать. Наверняка это что-то очень личное, с семьей связанное.

— С чего такие выводы? — насторожилась, превратившись в одно большое ухо.

— Нуу, мы когда с ним разговаривали в ночь на субботу, — грустно протянула подруга. — Я заметила, что он несколько болезненно реагировал на вопросы о семье. Сомневаюсь, что там все радужно.

— А это уже интересно, — чуть слышно пробормотала я.

— Оксана! — услышав мои слова, рявкнула Красовская.

Сразу видно, что ее работа связана с детьми.

— Что?! Это ты с ним ночь провела! Кстати, не хочешь объясниться?!

— Эм, дорогая, у тебя что, температура? — нахмурившись, приложила ладошку к моему лбу блондинка. — Не похоже. Тогда что за тон?

— Я просто… Ты прости меня, но если он не тот, кем хочет казаться, то я боюсь, что тебе будет больно и…

— Давай проще, — махнула рукой Виолетта. Ну да, спорить со мной мягкому Водолею бесполезно, проще сдаться с потрохами. — Ты ведь меня знаешь лучше, чем кто-либо. Нравится ли мне Кир? Да. Было ли у нас что-то? Нет. А вот на вопрос о том, будет ли, я отвечать не стану. Извини.

— Летта! — удивленно воскликнула, пытаясь понять, шутит ли подруга.

— Пузяка! — назидательно посмотрела на меня блондинка. — Как бы ни было в прошлом, я взрослая женщина, пора двигаться вперед, да и детей было бы неплохо заиметь.

Мы препирались довольно долго, пока Красовская не сбежала, махнув на меня рукой. Зашибись.

— Дура инфантильная, — словно змеей шипел мужчина, лицо которого я никак не могла рассмотреть. — Ненавижу тебя, стерва!

Горячие губы гуляли по обнаженным участкам кожи, продолжая шелестеть, бросая оскорбления в мой адрес. Мое тело предвкушало грязный и порочный секс. Грубый, жесткий, мстительный. Но это не пугало, лишь сильнее распаляло желание. Моя одежда вызывала жуткий дискомфорт, и, судя по всему, не только для меня. Властные руки, не слишком-то церемонясь, стремительно оголяли меня. Еще несколько секунд возни рядом, и спортивное тело накрыло меня, скрывая от всего мира.

Я ощущала Его эрекцию, но Он не позволял ввести член в киску, продолжая терзать тело жалящими поцелуями. Наигравшись, Он перевернул меня живот и потянул за ягодицы вверх. Коленно-локтевая… Ненавижу. Но нет, Он снова удивил. Притянув за зад к паху, несильно сжав горло, заставил подняться. Наконец, каменный ствол ворвался внутрь. Грубые резкие толчки, укусы на плече и шее, легкое придушение и жесткие пальцы на клиторе — это совсем не было похоже на те разы.

— Ма-алыш, — простонала, срываясь с обрыва. Даже на крик не было сил.

— Не угадала, дорогая! — бурно изливаясь в меня, прохрипел знакомый голос.

От шока я резко открыла глаза. Зеркало, мы только что трахались перед зеркалом. Твою мать! Малышев?!

Утро понедельника добрым быть не может, особенно если ты проспала из-за мучивших всю ночь кошмаров. И, что хуже всего, проснулась я с мокрыми трусиками, однако, думать в сексуальном плане о помощничке было омерзительно. Хотелось смыть с себя все эти прикосновения, хоть они и были во сне. Но постоянно казалось, что я их до сих пор ощущала

На работу меня привез водитель. Естественно, очкастый гаденыш уже был на месте.

— Ну, и где сюрприз? — надменно спросила, презрительно осматривая опарыша.

— И вам доброе утро, — нарочито деловым тоном произнес помощничек. — Документы на столе, как обычно. Договор с Хишановым там же. Как и сюрприз.

Не желая слушать больше эту гадость ползучую, я направилась в свой кабинет. Любопытно, неужели-таки террариум организовал? Или нет, покрасил мне стены в розовый и украсил кабинет надувными гондонами? А может…

— Твою мать! — только и смогла вымолвить, открыв дверь.

Я оказалась не права по всем пунктам, а гаденыш сумел нагадить так, как даже я не ожидала от него. Пиздец.

Глава 7

Эмиль Дамирович Алиев собственной персоной вальяжно расположился на гостевом диванчике с чашкой некоего содержимого внутри. Милёчек, мать твою, скотина ж ты крупнорогатая!

— Какого хрена ты здесь забыл?! — сорвавшись на крик, подлетела к наглецу.

— Оксана Мироновна, — возник сзади глист. — Эмиль Дамирович с сегодняшнего дня зачислен в штат на позицию младшего помощника руководителя, то бишь вас.

Не веря своим ушам, я обернулась на очкастого. Ни намека на улыбку — видимо, не врал. Пиздец.

— А… — у меня просто не было слов, от такого шикарного сюрпрайза и я просто раскрыла рот от удивления.

— Это часть договоренностей с Рустамом Хишановым, — тоном, не терпящим возражений, пояснил гаденыш.

— Но… — попыталась хоть что-то выдавить из себя.

— Эмиль Алиев, как младший брат, своего рода — гарантия выполнения обязательств.

— Ээээ… — очередная попытка сообразить, хоть что-то вразумительное, провалилась.

— Может вам кофе, Оксана Мироновна? А то диалога у нас как-то не получается, — вот, вроде бы, в вежливой форме предложил, а все равно словно говнецом повеяло.

— Как…

— Эмиль в прямом подчинении у вас. Я ему приказы не отдаю, лишь обучаю. Понравится — через три месяца может занять мое место, а я перестану мозолить ваши несчастные глаза.

Едва ли не щелкнув каблуками, опарыш испарился столь же резко, как и возник. Меня хватило на то, чтобы добрести до своего кресла, рухнуть на сидение и выругаться матом.

— Ну, здравствуй, что ли, Ксюта, — не без ехидства фыркнул Милёчек. — По правде говоря, я тоже не больно-то и рад твоему обществу.

— Еще раз назовешь меня Ксютой, и я сделаю из тебя Эмилию!

— Да меня брат итак, практически… — уныло бросил Алиев.

Мой мозг отказывался сложить два и два. Нет, я слышала, что у Хишановых есть второй сын, да и Эмиля нередко забирал из школы молодой мужчина. Однако, сопоставить высокого стройного молодого красавца и бородатого властного Рустама у меня не получалось.

— Кажется, у нас нет выбора, кроме как жить дружно, — бесхитростно усмехнулся Милёчек. — Может, по коньячку?

— Тамбовский енот с тобой дружить будет! — выкрикнула.

— Ну зачем так грубо? Я нахожусь в куда более неприятных условиях, чем ты, уж поверь. И с Малышевым хороших отношений никогда не будет.

О, а вот это уже интересно.

— И чем тебе Кирюшка так не угодил? — как можно безразличнее поинтересовалась.

— А ты разве не в курсе?

— Я не слежу за твоей жизнью, уж прости, — надменно фыркнула, скрестив руки. — Потому что ты мразь, которая разбила сердце моей подруги.

— Летта, — грустно пробормотал Алиев. — Ты не поймешь…

— А я и не собираюсь ничего понимать. Ты — урод. А теперь, к делу.

— В принципе тайны в этом нет, об этом трубили новости не один месяц. Я был причастен к финансовым махинациям в холдинге брата. Более того, я знал о возможном покушении на него. И не помешал. Хотелось бы сказать — не успел, но, скорее не захотел.

Охренеть!

— Рус провел длительное время в реанимации, а я сидел в СИЗО. Брат выкарабкался, молитвами матери закрыл вопрос со мной, но теперь имеет, как хочет. Если бы Рустам умер, возможно, меня бы и осудили, но мамин адвокат говорил, что максимум — два года условно. Я получил бы долю наследства, жил бы себе припеваючи, покинув обходными путями страну, а сейчас… У меня нет ничего: ни права голоса, ни денег, ни свободы.

— Так, а опарыш тут каким боком? — непонимающе нахмурилась.

— Оу, я смотрю, у тебя тоже “теплые” чувства в отношении “Кирюши”? — усмехнулась жертва неудачного аборта.

— Не твое дело, — прорычала.

— Я вот в лоб тебе говорю, что хочу от пацана избавиться. Твой ход. — с интересом разглядывал меня козлина.

— И почему я должна тебе верить? Чем тебе-то мальчишка так неугоден стал? Не вижу никакой связи между вашими тёрками с братом и очкастым.