Аля Кьют – По семейным обстоятельствам (страница 8)

— Я ухожу от тебя.

— Не бывает так!

— Бывает.

— Нет!

Петя ткнул подушку кулаком, взбивая. Бестолковое занятие. Подушка была ортопедической. Мы вместе покупали её в крутом постельном салоне. Петя тогда долго лежал, пытаясь прислушаться к ощущениям, о которых щебетал консультант. Я лежала рядом с ним на такой же и ни черта не чувствовала, только хихикала.

Нам было весело вместе. Нам было хорошо вместе.

Когда именно это закончилось?

— Петя. — Голос сорвался.

Он посмотрел на меня в темноте.

— Не уходи.

Впервые я сказала это прямо.

Без аргументов.

Без ремонта.

Без Лизы.

Без двадцати лет.

Просто:

— Не уходи.

Его лицо изменилось. Я этого не видела, скорее почувствовала. Слёзы катились по щекам. Я глотала ком, который застрял в горле, стараясь не разрыдаться.

Петя подвинулся ближе, перекинул через меня руку, погладил по спине.

Это оказалось самой жестокой вещью, которую он сделал за весь вечер.

Я вцепилась в него, прижалась лицом к его груди.

Он пах нашим мылом.

— Мы можем это исправить, — прошептала я, утопая в отчаянии.

Пётр гладил меня по волосам и ласково сказал:

— Нет.

— Можем.

— Таня, пожалуйста…

— Пожалуйста, — повторила я за ним эхом. — Ты меня совсем не любишь?

Он не ответил. Этого было достаточно, чтобы я отступила.

— Понятно.

Я вытерла лицо ладонями и повернулась к нему спиной.

— Спи.

Он действительно уснул через минуту.

Я усмехнулась. Как всегда. Петя умеет засыпать мгновенно в любом месте.

У меня никогда так не получалось. Особенно после ссоры или тяжёлого дня.

Стоит ли говорить, что я почти не сомкнула глаз до утра. Если и задремала, то ненадолго. Разбудил меня звук на кухне.

Петя стоял одетый у стола спиной ко мне и пил кофе. Он торопился уйти.

Я заметила, что он смотрел на образцы, которые я оставила на столе.

— Какой тебе больше нравится? — спросила я тихо.

Он вздрогнул, и кофе выплеснулся на стол. Я взяла салфетку, чтобы протереть капли.

— Ты меня напугала. Доброе утро.

Утро добрым точно не было, поэтому я спокойно игнорировала ритуалы лицемерной вежливости.

— Так какой цвет? — повторила я вопрос.

— Все красивые. — Он пожал плечами.

— Выбери, — настаивала я.

— Второй. Пусть будет второй.

Я усмехнулась уголком рта и кивнула.

— Хорошо. Значит, второй.

Петя допил кофе и поставил кружку в раковину.

Я машинально сказала:

— Не оставляй так. Сполосни хотя бы.

Он открыл кран, сполоснул, поставил чашку на сушилку.

Я смотрела на него и вдруг подумала, что, возможно, это последняя чашка, которую он помыл в этом доме.

От этой мысли стало дурно.

Петя вернулся в прихожую и поднял сумку.

Я пошла за ним.

Не собиралась, но ноги сами понесли. Я всегда провожала его.

Он надел куртку, проверил карманы.

Телефон.

Кошелёк.

Документы.

Всё делал спокойно.

Как перед обычной командировкой.

Я стояла в дверях гостиной.

— Ты всё взял?