Аля Кьют – Катя и Лев (страница 4)
- Чем собираешься заниматься? - продолжала я его допрашивать, пока споласкивала тарелку.
- Жить.
Я закатила глаза.
- Ты вообще не меняешься. Совсем как наша кухня и паста.
Я сразу пожалела, что нагрубила. Но слово - не воробей. Лев не обиделся. Он продолжал потягивать свой кислый сок и сверлить меня глазами.
- А ты - наоборот, Кать. Очень изменилась. Внешне особенно.
Я вытерла и убрала тарелку, захлопнула дверцу шкафа чуть громче, чем нужно.
- Это плохо?
Лев не ответил сразу. И это молчание было хуже любого ответа.
- Нет. Пожалуй, все с тобой хорошо, - хрипло проговорил он спустя бесконечные десять секунд.
Я повернулась и поймала его взгляд. Тот самый.
Слишком внимательный.
Слишком взрослый.
Слишком… личный.
И в этот момент меня пробрало. Потому что я вдруг поняла одну неприятную вещь. Он помнит не только, как я любила историю искусств, но и как я выгляжу без одежды. Он раздевал меня глазами! Поэтому я и нервничала.
Меня бросило в жар. По спине потек пот.
Я должна была запретить ему пялиться и улыбаться так пошло, но не хватило смелости. Вместо этого решила просто сбежать от этих наглых синих глаз.
- Если не возражаешь, я приму душ, - буркнула я и пошла к лестнице.
Лев догнал меня на второй ступеньке.
- Да, я бы тоже сполоснулся с дороги, - проговорил он, дыша мне в спину. - Какую комнату мне можно занять?
Я чуть не застонала в голос. Именно это мне и поручила мама - показать Льву его комнату. Но у нас все пошло наперекосяк, и я забыла.
- В конце коридора, - махнула я рукой.
- Окей. Спасибо.
Он пошел к себе, взялся за ручку двери и обернулся.
- Эй, Кать…
- Чего? - Я тоже притормозила.
- Если ты переживаешь, что я видел твою грудь, то можешь посмотреть на меня голого. И будем квиты.
Я открыла рот и подавилась воздухом, закашлялась.
Лев заржал. Он застал меня врасплох и снова заставил покраснеть.
- Пошел ты! - гаркнула я, едва смогла снова говорить и дышать.
- Пошел, пошел, - согласился он, продолжая смеяться.
- И я не переживаю. Мне плевать!
- Да-да, я так и подумал. Но если что - заходи. Я оставлю дверь открытой.
Мне уже хотелось чем-нибудь в него бросить, но под руку ничего не попалось. Лев ушел к себе. Дверь оставил приоткрытой.
Сволочь.
Своей дверью я зачем-то хлопнула.
Истеричка.
Яростно раздевшись, я побросала одежду на кровать. Там уже собралась маленькая кучка из отвергнутых вещей. Я пошла в душ, быстро сполоснулась и надела другую футболку и любимую джинсовую юбку.
А что? Наверное, Лев прав. Чтобы избавиться от неловкости, я тоже должна увидеть его голым. Тогда мы снова будем как брат и сестра. Без этого странного напряжения.
Я прошагала к его комнате и уверенно распахнула приоткрытую дверь.
- Ладно! Показывай себя без майки. Я согласна, - громко сказала я.
Только меня никто не услышал. На полу лежала раскрытая сумка. Рядом валялись джинсы, носки и футболка, в которых Лев приехал. Дверь в ванную была открыта, и там никого не было.
Он ушел.
Я присела на его кровать и вдруг почувствовала совершенно дурацкую обиду.
Как будто меня бросили посреди разговора, который только начался.
А как же я?
Зачем вообще приезжать, если сразу куда-то удрал?
Глава 2. Не вовремя
Я вернулся домой поздно. Настолько, насколько это вообще возможно в маленьком тосканском городке, где после девяти вечера жизнь словно сворачивается сама в себя.
Если честно - я тянул время.
Бесцельно бродил по улицам, сворачивал в переулки, останавливался у витрин уже закрытых кафе, делал вид, что куда-то иду, хотя прекрасно понимал - никуда.
Просто не хотелось возвращаться.
Я рассчитывал на Тоньо. Мой друг детства точно помог бы скоротать этот день подальше от дома и Кати. Но он, как назло, уехал в соседний город к родственникам.
Я провёл рукой по волосам и остановился на углу, глядя в темнеющее небо.
Дом был всего в паре минут отсюда. Давно стоило вернуться. Отец точно закончил тренировку. Да и Нина должна была вернуться с открытых уроков у мелкого. Я скучал по ним и хотел увидеться.
Но мне было стыдно.
По дороге я сто раз представил разочарование в глазах отца, когда скажу, что мать от меня отказалась и мне банально негде жить. Знал, что сам виноват. Знал, что Нина за меня заступится. Знал, что папа вздохнет, но не станет сыпать соль на рану прям сразу.
Все эти разговоры - и так испытание. И мне не стоило забывать о Кате.
Вот уж не думал, что она настолько усложнит мне жизнь.
После сегодняшнего инцидента мысль остаться с ней наедине вызывала странное, неприятное напряжение. А может, и приятное, но от этого я чувствовал себя еще хуже.
Даже минимальная возможность оказаться с ней дома вдвоем меня почему-то пугала. Если быть честным, дело было не только в неловкости.
Я усмехнулся себе под нос и отвернулся от витрины, в которой на секунду поймал своё отражение.
Спокойный. Собранный. Как будто всё под контролем.
Ложь.