Аля Арина – Мама для (оболтуса) дракона (страница 3)
– Великая мать, я буду рад… – начинает Тристан, но женщина перебивает.
– Мне в голову пришла отличная идея! Как же я рада, что ты отказался от Елены…
– Я не отка…
– Конечно же, отказался, и это к лучшему! Мы с Вестином никогда особо не ладили, уж слишком он изворотлив. Однажды он намекнул, что не отказался бы взять в жёны одну из моих дочерей, но тогда я и слышать об этом не хотела. А теперь ради возрождения драконов я согласна на это… Воистину замечательная идея. Тогда и тебе легче будет договориться с Вестином и объединить ваши племена. Я поеду к Вестину и сосватаю ему мою дочь, а ты пока о ней позаботишься. Подойди к нам, Елена!
5
Толпа расступается, и я остаюсь одна посреди коридора из любопытных взглядов.
То ли других Елен здесь нет, то ли Великая Мать каким-то образом на меня показала, но речь явно идет обо мне. Мне ничего не видно, по сравнению с высокими и крупными местными жителями я не вышла ростом.
Однако теперь, когда люди расступились, я вижу женщину, с которой познакомилась на ступенях клиники. Её пальто исчезло, на ней теперь белое платье до земли, сотканное из грубого материала. Длинные седые волосы развеваются на ветру.
Женщина смотрит на меня и улыбается.
Что делать? Я улыбаюсь в ответ.
Ради ребёнка я согласна на всё. Даже сойти с ума, попав в эту странную историю.
На мужчину по имени Тристан я не смотрю, да их и много здесь, мужчин, поди разберись, который из них начальник. Несколько воинов стоят без плащей, в доспехах… Так и не вспомнишь все названия, словно фильм смотришь. Кто в кольчуге, а на ком только кираса, защищающая грудь. Металлические наручи и наколенники, кожаные перчатки. Шлемы в руках. Наверное, воины сняли головные уборы в знак уважения к Великой Матери, потому что и сейчас смотрят на нее с благоговением.
А она явно не простая женщина. Здесь вроде как спокойно и тихо, а ее платье развевается словно на ветру. И вокруг нее свет, медовый, теплый.
В который раз удивляюсь, почему я до сих пор не впала в панику, и прихожу к тому же выводу: это дело рук Великой Матери. Она словно взяла мой страх себе, спрятала на время.
Поднимаю взгляд… и ахаю.
За спинами воинов виднеется самая настоящая средневековая крепость.
Толстые каменные стены метров десять высотой с наблюдательными постами по периметру, бойницами и страшными зубчатыми верхами. В крепости несколько круглых башен, на них, судя по блеску металла, тоже оборонительные посты.
Под крепостной стеной ров с ведущим к воротам подъемным мостом.
Все очень красиво, величественно и… по-настоящему.
Значит, я каким-то образом попала в средневековье.
А что означает средневековая крепость? Отвратная гигиена, вонь, болезни и высокая смертность. И если рожать мне здесь, то шансы выжить в лучшем случае пятьдесят на пятьдесят.
Но я и так знала, что легко не будет.
А тут еще целый ряд других вопросов.
Например, это какое-то странное средневековье, если речь идет о племени драконов.
Голос Великой Матери выводит меня из транса. Кажется, она уже не первый раз меня зовет.
С трудом отрываю взгляд от крепости и смотрю на нее.
– Дочь моя! Сними капюшон!
Других удочеренных вокруг не намечается, поэтому я послушно приближаюсь и стягиваю грубую материю с головы. Заодно вдруг задаюсь вопросом о том, как я выгляжу. Одежда на мне совсем другая, похожая на местную. Если судить по ощущениям, то соткана из льна. А вот тело под ней…
Пока средневековые незнакомцы меня рассматривают, исподтишка щупаю свои бока под плащом. Пытаюсь понять, пропутешествовал ли лишний жирок со мной через, так сказать, время и пространство.
Прихожу к выводу, что да, пропутешествовал.
Тельце точно моё, любимое, мягонькое. Но и с ним Великая Мать что-то сотворила, потому что я не чувствую боли в животе. Похоже, она сгладила всю мою боль, физическую и душевную. Что ж, я рада помочь ей в ответ. Чем скорее выполню мою часть сделки, тем скорее получу желаемое…
Рядом что-то лязгает и брякает. Этим чем-то оказывается мой несостоявшийся жених, Тристан. Прямо в доспехах он опускается передо мной на одно колено и клянется выполнять любые мои прихоти и защищать меня ценой собственной жизни.
Другими словами, он сделает для меня всё что угодно, только бы не жениться.
Растерянно смотрю на Великую Мать. Понимать-то я их понимаю, но не знаю ни порядков, ни правил. И что ответить, не знаю. Однако женщина ничего не говорит, только продолжает смотреть на меня с улыбкой.
Подаюсь вперёд, дотрагиваюсь кончиками пальцев до шлема в руке Тристана. Тёмный незнакомый металл холодит пальцы.
– Я чрезвычайно благодарна за ваше гостеприимство. – Подумываю добавить «сэр», но потом сдерживаюсь. Потом узнаю, как к нему обращаться.
Обиженной я себя не ощущаю. Замуж мне не хочется нисколько. Более того, раз меня закинуло в этот мир, значит, и Миша неподалеку. Кроме него мне никто не нужен.
А вот защиту приму от Тристана с радостью. И мне импонирует, что он отказался от меня сразу, а не попросил сначала рассмотреть «товар», а уж потом выдал категоричное «нет».
Тристан продолжает смотреть на меня, и я начинаю немного нервничать. Явно ведь он ждет какой-то реакции, а я полный профан в средневековых традициях неизвестных цивилизаций.
Вместо этого тоже его разглядываю. Под слоем пыли и грязи прячется лицо Тристана, грубоватое, как и все в этом мире. Темные волосы кажутся серыми от пыли. Судя по тому, что все мы за пределами крепости, и мужчины одеты по-походному, Великая Мать застала их в момент возвращения.
6
Стройной цепочкой мы переходим ров и попадаем на территорию крепости. Тристан идет впереди, поддерживает меня под локоть, как почетную гостью. Внутри высоких, мощных стен виден целый город. Толпа жителей выходит встречать повелителя и Великую Мать, однако вокруг идёт повседневная жизнь. Обычная для этого места и неожиданная для меня. Видны приземистые домики, казармы, мастерские для ремесленников, невдалеке заметен купол часовни.
Мы направляемся к центральной площади. С нами идет все больше людей. Раздаются торжественные восклицания, люди рады видеть своего повелителя. На Великую Мать смотрят с благоговением. Похоже, она не очень часто является народу.
Сейчас свечение вокруг нее особенно заметно, как будто она пытается усилить эффект на собравшихся. Я тоже на нее смотрю, но не с благоговением, а с намёком. Вопросов у меня накопилось примерно две тысячи, а то и больше, и сейчас самое время их разрешить. Без ее помощи мне здесь не справиться. Выжить-то я постараюсь, несмотря на свойственную таким временам антисанитарию. Однако миссию выполнить не смогу, потому что не имею ни малейшего представления, в чём она заключается. Нам бы сейчас сесть и поговорить с Великой Матерью за рюмкой чая. Заодно попрошу ее прекратить воздействовать на мое настроение. Предпочитаю панику этому странному, подозрительному спокойствию.
Со всех сторон на центральную площадь выходят люди. Снова подмечаю их простую одежду из грубых тканей, ботинки и сандалии на ногах. Все они крупнее и выше, чем я привыкла. Удлиненные лица, широкие плечи, жилистые тела… Среди них я кажусь пухленькой малявкой.
В центре площади потрясающе красивая скульптура дракона, выполненная из незнакомого материала, похожего на застывший песок. Кажется, дракон вот-вот взлетит, готов взмыть над крепостью и над этой незнакомой землей. Полагаю, это символ племени драконов. Если не ошибаюсь, в древние времена у многих племен были символы.
Куда же я все-таки попала?
Тристан склоняется ко мне и тихо говорит.
– Сейчас я представлю тебя моему народу, Елена, дочь Великой матери.
Вообще-то я дочь Галины Петровны и Олега Михайловича Волковых, но не думаю, что в данный момент это принципиально. Что-то мне подсказывает, что от родственной связи с Великой Матерью отказываться не стоит.
Тристан выходит вперед и обращается к народу.
– Мы обошли наши земли и вернулись с хорошей новостью. Драконий огонь жив, и мы вернем ему былую мощь! Объединим племена драконов и восстановим нашу силу и благополучие!
За этим следует ожидаемое ликование народа. Я тоже улыбаюсь, на всякий случай, хотя мысли мои заняты разгадкой феномена драконьего огня. Возможно, так называется какое-то горючее, которое добывают на этих землях.
Ответ я получаю через несколько секунд, когда, закончив речь, Тристан без предупреждения самовозгорается. Это настолько впечатляюще и… страшно, что я вскрикиваю. К счастью, меня не слышно за восторженным ревом толпы. Смотрю на Тристана с ужасом. Скорую здесь не вызовешь, да и кроме меня, никто за него не волнуется. Наоборот, все в восторге.
Ловлю на себе взгляд Великой Матери. Она кивает, словно показывая, что все в порядке. Пусть не старается, ее успокоительное на меня больше не действует. На моих глазах только что самовозгорелся мужик в доспехах. И продолжает гореть с красивыми оранжевыми, синими и зелеными всполохами. Стоящие ближе всех люди протягивают руки, греясь в его огне. Очевидно, что этот огонь никого не ранит…
Где я, черт возьми?
Наконец представление завершается. Тристан поворачивается ко мне, желая увидеть мою реакцию. Не придумав ничего лучше, показываю ему большой палец. А что еще сделать? Грохнуться в обморок?