Алсу Авелин – Золото и Алый: Хроники забытого факультета (страница 3)
Элара перечитала письмо три раза. Потом аккуратно сложила и спрятала в карман мантии, поверх учебника по зельям.
Лучше гореть ярко один миг, чем тлеть всю жизнь.
Она посмотрела на алый шарф, висящий на спинке стула. На золотую львиную эмблему, вышитую на груди. На однокурсников, которые смеялись и спорили, обсуждая очередную глупость, которую планировали совершить на выходных.
И впервые за долгое время ей захотелось понять, что она здесь делает.
Глава 2. Шёпот старого фолианта
1
Библиотека Хогвартса была единственным местом, где Элара чувствовала себя по-настоящему дома.
Здесь пахло старым пергаментом, пылью и чем-то сладковатым — может быть, магией, которая веками впитывалась в корешки книг и теперь медленно выдыхалась в тишину читальных залов. Здесь было спокойно. Здесь не надо было притворяться кем-то другим. Здесь можно было просто сидеть и читать, и это считалось правильным.
Мадам Пинс, школьный библиотекарь, давно перестала обращать на неё внимание. Элара приходила сюда так часто, что стала частью пейзажа — такой же привычной, как статуи или тяжёлые дубовые столы. Иногда мадам Пинс даже оставляла для неё на стойке чашку чая — молча, не говоря ни слова, просто ставила и уходила.
Это была идеальная дружба: без лишних разговоров.
В тот вечер Элара пришла в библиотеку позже обычного — около девяти. В Большом зале гремел ужин, но она не была голодна. После письма матери кусок в горло не лез, и вместо еды она выбрала книги.
— Раздел 4-К, — пробормотала она, сверяясь со списком, который составила днём. — Трансфигурация сложных форм. Нужно найти Галлахера.
Она углубилась в проходы между стеллажами, где даже днём царил полумрак, а сейчас, вечером, горели лишь редкие магические светильники, разгоняя тьму ровно настолько, чтобы можно было разглядеть корешки книг.
4-К, 4-К... вот он.
Элара остановилась у нужного стеллажа и принялась водить пальцем по корешкам, выискивая Галлахера. Его «Теория трансфигурационных переходов» была одной из тех редких книг, которые не выдавали на дом — только в читальном зале. Придётся сидеть здесь.
— Четыре-пять-шесть... — шептала она, считая книги на полке. — Где же ты...
Палец замер.
Что-то было не так.
Она отступила на шаг и посмотрела на стеллаж целиком. Три секции, каждая по семь полок. На каждой полке — примерно по тридцать-сорок книг, если считать на глаз. Нумерация шла слева направо, сверху вниз, как и во всей библиотеке.
Но сейчас...
Элара прищурилась.
Между четвёртой и пятой полками был зазор. Не физический — сами полки стояли ровно, как и положено. Но нумерация... нумерация прыгала. После полки 4-К-4 должна была идти полка 4-К-5. Но вместо неё, судя по маленькой медной табличке на торце, была полка 4-К-6.
Полка 4-К-5 отсутствовала.
Элара моргнула. Потёрла глаза. Посмотрела снова.
Табличка по-прежнему гласила: 4-К-6.
— Этого не может быть, — прошептала она.
Библиотеку Хогвартса систематизировали веками. Каждая книга, каждая полка, каждый стеллаж были учтены, пронумерованы, занесены в каталоги. Ошибки здесь были невозможны. Магия не допускала ошибок.
Но табличка не врала.
Элара сделала шаг вперёд и протянула руку к месту, где должна была находиться полка 4-К-5. Пальцы коснулись пустоты.
А потом пустота коснулась её.
2
Это было похоже на лёгкое дуновение ветра, хотя в библиотеке никогда не было сквозняков. Тёплого ветра, пахнущего чем-то неуловимо знакомым — дымом костра, старой кожей, и ещё чем-то, чему Элара не могла подобрать названия.
Она отдёрнула руку.
Ветра не стало.
Элара стояла, глядя на пустое место между полками, и чувствовала, как сердце колотится где-то в горле. Это было глупо. Глупо бояться пустоты. Но что-то в этом месте — в этом разрыве между цифрами, в этой несуществующей полке — было неправильным. Не страшным. Не опасным. А именно неправильным, как слово, в котором перепутали буквы.
— Магия, — выдохнула она. — Скрывающая магия.
Она читала о таком. В древних книгах, которые не выдавали студентам. Заклинания, способные спрятать что угодно — дверь, комнату, целый этаж — от посторонних глаз. Они работали не как обычная невидимость, а как внушение: ты просто не замечал того, что скрыто, даже если смотрел прямо на это.
Но зачем прятать полку в библиотеке?
Элара оглянулась. В проходе никого не было. Мадам Пинс сидела на своём месте у входа, погружённая в какую-то книгу. Остальные читатели — пара слизеринцев и один когтевранец — сидели далеко и не смотрели в её сторону.
Она снова повернулась к стеллажу.
— Если это скрывающие чары, — прошептала она, — значит, есть способ их увидеть.
Она закрыла глаза.
Вдох. Выдох.
В книгах писали, что скрывающая магия часто реагирует на намерение. Если ты просто смотришь — не видишь. Но если ты хочешь увидеть, если твоё желание достаточно сильно...
Элара открыла глаза.
Ничего не изменилось. Всё та же пустота. Всё та же табличка 4-К-6 там, где должна быть 4-К-5.
— Глупости, — буркнула она. — Начиталась сказок.
Она уже собиралась уйти и поискать Галлахера в другом месте, как вдруг услышала звук.
Тихий. Почти незаметный. Похожий на шёпот, доносящийся откуда-то издалека.
Элара замерла.
Шёпот повторился. Теперь она могла разобрать отдельные звуки — не слова, а именно звуки, словно кто-то перелистывал страницы очень далеко отсюда. Но в библиотеке было тихо. Никто не перелистывал страницы.
Звук шёл из пустоты.
Из того места, где должна была быть полка 4-К-5.
— Что за... — начала Элара и не закончила.
Потому что в этот момент что-то в её груди — что-то, о существовании чего она не подозревала — отозвалось на этот шёпот. Тёплой волной. Лёгким толчком. Словно кто-то постучал изнутри и спросил: «Ты слышишь?»
— Слышу, — прошептала Элара, не понимая, кому отвечает.
И шагнула в пустоту.
3
Мир схлопнулся и развернулся заново.
Одно мгновение Элара стояла в проходе между стеллажами, глядя на пустую полку. В следующее — она стояла в проходе между стеллажами, глядя на полку, полную книг.
Разница была только в том, что эта полка существовала.
И табличка на торце гласила: 4-К-5.
Элара выдохнула. Она даже не заметила, что задерживала дыхание.
— Сработало, — прошептала она. — Матерь Божья, это сработало.
Она оглянулась. Сзади был всё тот же проход, ведущий к основному залу библиотеки. Но теперь он выглядел иначе — дальше, темнее, словно между ней и мадам Пинс пролегло не несколько метров, а несколько миль. Или несколько веков.