Алрия Гримвуд – Ведьма – катастрофа и дракон с гномом (страница 12)

Они стояли и смотрели друг на друга, а вокруг них горожане начинали выбираться из-под завалов и смеяться.

Олдрин, вытирая с лица малиновое варенье, подошёл к ним.

– Ну что ж, – сказал он. – Полагаю, это можно назвать бурным выяснением отношений. Но весьма эффективным. Спасибо.

Вечером, вернувшись в «Гнездышко», они молча сидели на кухне.

– Знаешь, – первым нарушил тишину Аберрант. – Когда ты создала тот летающий хаос… Это было впечатляюще.

Друзилла смотрела на свою чашку.

– А ты… когда стоял и держал тот пузырь… ты выглядел очень сосредоточенным.

Они снова замолчали, но на этот раз тишина была задумчивой, почти мирной.

– Завтра, – сказал Аберрант, – мы идём на рынок за мясом. И за морковкой. И пусть эта морковка хоть оперу споёт. Я с ней справлюсь.

Друзилла улыбнулась.

– Договорились.

В ту ночь Аберрант снова лёг на пол, но на этот раз не ворочался от холода. Он лежал и смотрел в потолок, мысленно переигрывая момент, когда её неконтролируемая магия и его железная воля сработали как единое целое. А Друзилла думала о том, как он стоял перед ней, прикрывая её спиной, и в его глазах не было ни капли страха перед её силой. Было лишь доверие. И это было страшнее и прекраснее любой битвы с пикси.

Глава 11. В которой вывеска оказывается живой, а первый заказ – говорящим унитазом

Мысль о том, чтобы провести еще одну ночь в розовом «Гнездышке для Влюбленных», где обои поскуливали от тоски, если они не держались за руки, а единственная кровать была размером с континент и скрипела призывно при малейшем движении, заставила Аберранта принять решение.

– Всё, – мрачно объявил он утром, отскребая от своего плаща прилипшего фарфорового котенка с бантиком. – Я предпочту ночь в берлоге у сентиментального тролля. Мы ищем другое жилье.

Друзилла, в свою очередь, не могла вынести еще одного завтрака под восторженными взглядами миссис Хиггинс, которая подмигивала им так, будто они только что объявили о пополнении в семействе тройней.

– Я с вами полностью согласна, – сказала она, имея в виду Аберранта, но обращаясь к своему рюкзаку, который в ответ радостно шуршал. – Но где мы найдем что-то свободное? И, что важнее, чем мы будем платить? Наши сбережения тают быстрее, чем снежок в пасти у дракона.

Их спасение пришло оттуда, откуда не ждали. Мэр Олдрин, узнав об их дилемме, вспомнил про старую мастерскую алхимика Зигфрида на окраине городка.

– Прекрасное место! – заверил он их, ведя по ухабистой дорожке. – Немного… э-э… требует ухода. Зигфрид был большим энтузиастом, но его опыты иногда имели побочные эффекты. В последний раз он пытался сварить зелье вечной молодости, а вместо этого состарил на пять лет весь квартал. Пришлось ему предложить сменить обстановку.

Мастерская оказалась небольшим, покосившимся домиком с пристройкой. Внутри пахло пылью, травами и серой. Повсюду валялись склянки, обломки странных механизмов и груды непонятных рукописей.

– И жить можно, и работать! – широко улыбнулся Олдрин. – Аренда символическая. Скажем… один починенный бытовой прибор в месяц для муниципальных нужд? Договорились?

Конечно, они договорились. Теперь они стояли посреди своего будущего царства хаоса – пустого, грязного, но без розовых обоев.

Аберрант, окидывая взглядом груды хлама, скептически хмыкнул.

– Ну что, партнёр, – произнёс он, обращаясь к Друзилле, копошившейся у противоположной стены. – Готова принести клятву верности нашему общему делу? Клятву, в которой будут фигурировать пыль, неудачи и полное отсутствие клиентов?

Друзилла, пытавшаяся отодрать от стены объявление «Продаются волшебные веники! Не летают, но морально поддерживают!», обернулась.

– А ты всегда такой воодушевляющий с утра пораньше? Мог бы и поклясться в вечной ненависти к пыли, это звучало бы продуктивнее.

– Ненависть к пыли – это единственное, что нас с ней объединяет, – парировал Аберрант. – Всё остальное – сплошные разногласия. Она хочет лежать, а я хочу, чтобы её не было.

– Знаешь, Аберрант, – сказала Друзилла, оторвав наконец бумагу, – может, хватит уже мне «выкать»? Мы же живём в одном доме. И спим в одной комнате. Пусть и через баррикаду из котов. Звучит как-то… нелепо.

Аберрант замер. Он посмотрел на неё – взъерошенную, с грязной щекой, но с решительным огоньком в глазах.

– Согласен, – после паузы кивнул он. – На «вы» обращаются к верховным арканимагам и незнакомым людям. А ты… – он запнулся, подбирая слово, – ты больше похожа на стихийное бедствие. Стихийные бедствия принято называть на «ты».

– Ну вот и славно, – улыбнулась Друзилла. – А то я уже думала предложить тебе побрататься через ритуал с кровью. Но твой способ проще.

– Ритуал с кровью при твоём-то везении? Нет, увольте. После такого мы точно породнились бы со всеми вампирами континента.

Он подошёл к грубо сколоченному прилавку и провёл по нему пальцем, оставив заметную борозду в слое пыли.

– Итак, первым делом – вывеска. Без неё мы так и останемся для местных «теми странными новобрачными, у которых коты дерут обои».

– Мы не новобрачные! – автоматически возразила Друзилла, краснея.

– Попробуй объясни это розовым стенам нашего «гнёздышка». Они до сих пор вздыхают, когда мы проходим по коридору врозь.

Для вывески Аберрант припас добротную, слегка потрёпанную временем дощечку. Друзилла, в свою очередь, приготовила кисти и краски – обычные, не магические, о чём она поклялась себе, Аберранту и недавно купленному кактусу, который, по слухам, умел распознавать ложь.

– Ладно, – сказала Друзилла, сжимая в руке кисть. – «Ремонт с характером. Аберрант и Друзилла. (Несрочный ремонт магических и бытовых поломок. Результат непредсказуем, но интересен)». Всё верно?

– Добавь ещё «на свой страх и риск» мелким шрифтом, – пробурчал Аберрант, придерживая доску.

– Не будем пугать людей раньше времени.

Она принялась выводить первые буквы. На её лице концентрация была написана с таким усердием, будто она собиралась не текст написать, а, как минимум, провести операцию на мозге. Аберрант наблюдал за её напряжённой спиной и вдруг поймал себя на мысли, что это зрелище куда приятнее, чем вид пыльного пола. Он поморщился и отвёл взгляд.

Именно в этот момент Друзилла, пытаясь вывести замысловатую заглавную «Р», непроизвольно дёрнула локтем. Кисть выскользнула из её пальцев, описала в воздухе дугу и шлёпнулась прямо в банку с красной краской. Брызги полетели во все стороны, а из кончика кисти вырвалась крошечная, но ядовито-розовая искра. Она попала прямо в свеженаписанное слово «Ремонт».

Доска дёрнулась в руках Аберранта так, что он едва удержал её.

– О нет, – прошептала Друзилла. – Только не это.

– Что «не это»? – насторожился Аберрант, чувствуя, как доска начинает поскрипывать.

Вывеска издала звук, похожий на старческий кашель, и медленно открыла два сучка-глаза. Над ними тут же нависли два выступа, которые внезапно приобрели поразительное сходство с нахмуренными бровями. Буквы «Ремонт» слились, превратившись в подобие рта.

– «Ремонт с характером»? – проскрипела вывеска противным, сиплым голосом. – Характер у вас, я погляжу, так себе. Кисть в руках держать не умеете. И почерк – курица лапой. Лучше бы сразу написали «Разрушим с усердием».

Аберрант и Друзилла застыли в ступоре.

– Вы… вы только что заговорили, – выдавила Друзилла.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.