Альманах колокол – Прометей № 3 (страница 55)
События сильно перепугали немецкое командование и латышскую буржуазию. Неужели это восстание, о котором говорят в Риге на каждом углу!?! О масштабах происходящего можно было только гадать!
Весь район, где находились мятежные роты был окружён, на улицах Риги почти на каждом углу расставили патрули. По просьбам временного правительства и немецких представителей на берег даже сошли матросы с британских боевых кораблей, а сами корабли сделали десяток выстрелов по казармам для «профилактики». Трудно сказать, куда именно попали британские артиллеристы – казармы находятся в плотной застройке в глубине города, далеко от набережной.
К счастью для буржуазии, всё закончилось достаточно «мирно». Бунтовщики видели, что в такой ситуации надеяться не на что – они были окружены и безоружны. Около 200 солдат, в основном из первой роты, были арестованы и брошены в тюрьму. Так как эти события не привели к каким-либо революционным волнениям буржуазия смогла немного перевести дух.
Вот что о тех событиях вспоминает Альфред Мурниекс: «Вечером 28 декабря 1-я охранная рота получила приказ немедленно отправляться на фронт. Солдаты отказались оставить Ригу и заявили, что не будут воевать против красных стрелков. 30 декабря около шести утра наши казармы на улице Суворова № 99[60] окружили части немецкого ландвера. Английские военные корабли открыли артиллерийский огонь по месту расположения роты.
В первое мгновение солдаты растерялись, а потом решили сопротивляться до конца. Однако вскоре стало ясно, что силы неравные. Поэтому комитет решил, что тем товарищам, которым грозят наибольшие репрессии, надо срочно вырваться из окружения и бежать.
Мне, Екабу, Меднису и другим – около десяти человек – удалось перелезть через забор казармы и незаметно уйти. С большими трудностями мы добрались до Агенскалнса и спрятались».[61]
Для части восставших события закончились трагически. После тюремных допросов и истязания арестованных были расстреляны 10 человек. Некоторых отпустили и отправили во вторую роту, но большая часть арестованных осталась в заключении до самого настоящего восстания рижского пролетариата, когда они были наконец-то освобождены.
Анализируя причины восстания ульманисовских рот, Я. Мирамс пишет: «Первая причина восстания заключалась в том, что в ротах, созданных буржуазным временным правительством для борьбы с пролетариатом, всеми трудящимся и Красной Армией, было множество рабочих, не понимающих задач своего класса.
Фото 43. Знамя Рижского Совета народных депутатов.
Второй причиной была деятельность нелегальной революционной СДЛ. Партия, не отступая от революционной теории В. И. Ленина, готовила пролетариат и весь трудящийся народ к вооруженному восстанию. Если в 1916 году господам Залитису и Гольдманису[62] как-то удалось обмануть менее сознательную часть латышского пролетариата и убить тысячи под видом свободы на Рижском фронте в пользу буржуазии, то господину Улманису это уже не удалось. Старания буржуазии и преступления против пролетариата, особенно во время войны, еще живо остались в памяти латышских трудящихся (например, избиение солдат за малейшее нарушение дисциплины, жестокое обращение с солдатами и офицерами, унизительные пощечины, постановка их под винтовку до потери солдатом сознания). Все это усугублялось «благами» немецкой оккупации: безработицей, голодом и дефицитом, барщиной, арестами, тюрьмами и смертной казнью. Все эти «сладости» латышский пролетариат носил на своих плечах и при царе, и при немецкой оккупации. Пролетариат был убежден, что буржуазия разных наций ничем не отличается.
Третья причина: боевая группа Латвийского ВРК работала так усердно, что была дезорганизована не только латышская буржуазия, но и вновь сформированные армейские части. Взорванные железнодорожные пути и мосты не могли не произвести впечатление на воинов ульмановских рот, которые думали, что за ними стоят боевые группы, численность которых они не могли определить.
Четвертой причиной был изданный 25 декабря Манифест латвийского правительства за подписями П. Стучки, Я. Ленцманиса и Ю. Данишевского, в котором рабочих призывали взяться за оружие и взять государственную власть, уничтожив буржуазию и ее сторонников там, где буржуазия не хотела бы добровольно отдать свою власть пролетариату.»[1]
Выступление революционных солдат добровольческих рот происходило стихийно, не подготовленно и без поддержки боевых сил ВРК и пролетариата Риги. В таких условиях оно было обречено на неудачу. Но час вооружённого восстания приближался, как приближалась к Риге Красная Армия.
Вооружённое восстание трудящихся Риги. Накануне восстания
С наступлением нового 1919 года подготовка к восстанию вступила в окончательную фазу – было необходимо провести реорганизацию штаба восстания, определить направления и время главных ударов.
Красная Армия приближалась к Риге. Когда начать восстание, чтобы удар по немецким и буржуазным войскам не был преждевременным? Какие цели первыми взять под контроль? Споры в Латвийском и Рижском ВРК о том, как сделать всё наилучшим образом велись очень горячие.
1 января временное буржуазное правительство Ульманиса бежало в Елгаву. Через Ригу потянулись обозы отступающих немецких войск, грабящих по дороге. Местная буржуазия была в панике. Рижские буржуазные газеты «Jaunākās Ziņas» и «Rigasche Rundschau» успокаивали своих состоятельных читателей, что из Германии придут новые силы, английский флот, уже вошедший в Даугаву, вмешается. Правительством Улманиса был издан приказ о мобилизации, в котором говорилось, что те, чьи фамилии начинаются с букв А-Г, должны прибыть в пункт призыва 3 января в 9 часов утра. Но время работало против временного правительства. Рижские городские буржуазные «головы» обратились в отчаянии в Центральное бюро рижских профсоюзов с просьбой взять город под охрану… Пока же на улицах Риги простой народ ждал прихода Красной Армии, не гнушаясь открыто говорить о конце немецкой оккупации и собираясь посчитаться с её местными прихвостнями.
Латвийский ВРК сконцентрировал все усилия на подготовке восстания в Риге и взял на себя все бразды правления в решающий момент. Как пишет Мирамс: «План Рижского вооруженного восстания был составлен Латвийским ВРК, и Рижский ВРК реализовал этот план. Возникает вопрос: почему Рижский ВРК не мог сам составить план восстания? Это вполне понятно, учитывая, что Латвийский ВРК имел все необходимое для проведения восстания – от разведывательной работы, контактов с армией и различными белыми учреждениями, до оружия, взрывчатых веществ и вооруженных сил. Кроме того, Латвийский Революционный военный комитет был тесно связан с Центральным Комитетом СДЛ и имел наилучшие возможности для оценки плана и подготовки к восстанию. Кроме того, следует отметить, что Рижское восстание было самым важным в Латвии.
В то время у партии не было достаточно организованных вооруженных сил, чтобы рассредоточить свои силы по предместьям и пригороду Риги. Нанести решительный удар в самое сердце города, то есть в самый центр города, где располагались все основные учреждения и основные силы белых, было бы невозможно. Вот почему ЦК СДЛ и Латвийский революционный военный комитет сосредоточили все вооруженные силы прямо в центре города, где восстание должно было застать врасплох и победить буржуазию».[1]
Методика сосредоточения вооружённых сил восстания была на редкость простая: в качестве исходных пунктов восстания использовали конспиративные квартиры расположенные в непосредственной близости к атакуемым объектам. На квартирах собиралось оружие и взрывчатка, в последствии к ним подтягивались члены боевых групп для моментального вооружения. Таким образом исключалось излишнее передвижение по городу, привлекающих внимание, вооружённых людей. Боевики передвигались как обычные граждане, получая вооружение в нужный момент, заставая врасплох силы противника. Предположительно, по подсчётам ВРК первый боевой удар по буржуазной власти и оккупантом должны были нанести 2000 участников боевых групп с имевшимися в наличии 10 пулемётами. С началом боёв и развёртыванием отрядов, и раздачей вооружения боевые силы планировалось довести до 4000–5000 человек.
По воспоминаниям Мирамса: «Совместное заседание Латвийского и Рижского ВРК постановило, что восстание должно начаться в центре, где располагались правительственные учреждения Улманиса, здесь должны быть сосредоточены все силы, ибо здесь удар по буржуазии решит исход борьбы. По всему городу силы были сгруппированы в соответствии с важностью каждого места. Разведывательный аппарат выяснил, насколько велик и серьёзен противник в каждом месте. Во-первых, было выделено соответствующее количество боевиков для занятия центральной телефонной станции, чтобы прервать все коммуникации и доступ к правительственному и полицейскому аппарату. Одновременно планировалось занять почту и телеграф и главный полицейский участок, если это невозможно, тогда его необходимо взорвать с помощью бомб и динамита. Далее вместе с железнодорожниками надо занять главный вокзал Риги; вместе с второй ульманисовской ротой нужно занимать оружейный арсенал в центре возле старинного рыцарского замка. Часть бойцов второй роты с одним пулемётом должны прибыть в третью и четвертую роты, вывести их вооруженными на улицу и выйти в центр с заданием укрепить телефонную станцию, ликвидировать полицейские участки и воинские части, которые не захотят добровольно сдаться мятежному пролетариату. На момент восстания планировалось мобилизоваться для поддержания связи, переброски сил к местам боёв, а также организовать небольшой кавалерийский отряд, патрулирующий улицы Риги, препятствующий концентрации в городе белых разрозненных банд, в то же время действуя как посыльные, чтобы сообщить ВРК о боях в городе. Немедленно после захвата арсенала весь трудящийся народ Риги должен быть призван на борьбу с буржуазией с оружием в руках. При этом из членов профсоюза должен быть сформирован ряд боевых групп во главе с членами партии. Задача этих групп – быстро арестовать или, в случае сопротивления, уничтожить членов правительства Улманиса и ответственных должностных лиц, которые могли быть организаторами белогвардейской борьбы с восставшими трудящимися. Было решено оставить в Пардаугаве группу вооруженных товарищей, которые соберут вокруг себя рабочие массы, направят их в центр в качестве вспомогательных сил и, если это будет невозможно, начнут баррикадные бои на месте, разоружив полицию и бегущих белогвардейцев. В этом случае было приказано организовать боевой штаб на местах с правами ВРК для организации разведчиков и боевиков с тем, чтобы боевики могли быть отправлены на улицы и площади, где будут сосредоточены отряды полиции и белогвардейцев, которые будут бросать бомбы из окон на белогвардейские части.»[1]