Альманах колокол – Альманах «Российский колокол» №2 2020 (страница 67)
Ее счастью не было предела, и не только потому, что она пользовалась успехом, просто она не представляла себе жизни без музыки и танцев! Надо отметить, что танцевала она отлично, чувствуя музыку и двигаясь грациозно. Не без удовольствия замечала она на себе взоры ребят и завистливых девчонок. Курсант по имени Анатолий, очень худенький, с вьющимися волосами мальчишка, пригласил ее на танец. Он что-то говорил, беспрестанно улыбался, а в конце танца объявил: «Алена, а ты мне очень понравилась», но тут подошел Ленечка, чтобы пригласить ее на танец, который был на тот вечер последним, и предложить проводить Аленку домой. Тихий и скромный Ленечка почти всю дорогу молчал. На прощание он попросил разрешения поцеловать ее в щечку. После этого вечера он звонил Аленке несколько раз, но встретиться у них как-то не получалось.
Был конец мая 1969 года. Аленке предстояло поступление в институт, а ребятам из Нахимовского – распределение в высшие военные училища. Чтобы поступить на дневное отделение, ей было необходимо набрать двадцать баллов по четырем предметам, но Аленка не прошла по конкурсу (восемь человек на место). Как же она плакала и переживала! Ведь не хватило только одного балла! Но потом оказалось, что вечерний – это и к лучшему.
Отец устроил дочку работать в Высшее военно-морское инженерное училище имени Ф. Э. Дзержинского (основано императором Павлом I (правнуком Петра I) в 1798 году как Училище корабельной архитектуры).
На дворе стоял сентябрь. Аленка подошла к КПП и предъявила свой пропуск, чтобы пройти на работу, но один из курсантов, шутя, грозился не пропустить. Он сказал, смеясь:
– Девушка, а ведь мы с вами встречались!
– Что-то я не помню такого, – ответила она, улыбаясь.
– Так ведь пока не вспомните, мы вас и не пропустим.
Их было двое. Один щупленький, невысокий, тихий, а другой даже совсем наоборот – высокий, крупный и с командирским голосом. Первый напомнил ей, что однажды танцевал с ней в Нахимовском, а впоследствии выяснилось, что оба парня знают ее отца. Завязалась дружба. Аленка чувствовала, что нравится обоим. Когда родители отмечали ее восемнадцатилетие, Аленка пригласила подружек-одноклассниц и курсантов, ведь подруги тоже хотели познакомиться с военными! Анатолий, так звали худенького парнишку, смотрел на Аленку влюбленными глазами и выглядел очень растерянным. Ведь каждый из ребят хотел потанцевать с именинницей, и они наперебой приглашали ее. Она же была на седьмом небе от счастья: цветы, внимание ребят, тосты в ее честь, немного шампанского, вкусная еда (спасибо мамочке-мастерице), веселые друзья вокруг стола. Вечером именинница пошла провожать гостей. Саша, так звали парня, который подарил
букет белых хризантем, не отходил от Аленки ни на шаг, а Анатолий шел сзади и бросал им в спину снежки. Дошли до метро, стали прощаться, Саша вдруг и говорит:
– Надо же такому случиться! Вот дурья башка! Я же дипломат забыл! Придется возвращаться, да заодно и тебя провожу.
Анатолий спал с лица. Он тоже хотел ее проводить, но его опередили.
Александр был красивым, но Аленке он не понравился, уж очень наглый: когда прощались, полез целоваться.
Аленку встретила любимая бабуля, седовласая, с благородным и добрым лицом пожилая женщина.
– Ну что, вернулась, гулена, а то уж я начала беспокоиться. Да ты, я вижу, не одна.
– Бабуля, Сашок забыл свой дипломат в коридоре.
У бабушки появилась улыбка на лице.
– Ну что ж, он в целости и сохранности.
Бабуля догадалась, что Санек специально забыл свой дипломат, чтобы появилась возможность именно ему проводить Аленку домой. Когда он, вежливо попрощавшись, ушел, бабушка Лиза поцеловала именинницу и неожиданно объявила:
– А ведь я знаю, кто в тебя по уши влюблен!
– Эка невидаль! Я тоже догадываюсь. Сашка, кто ж еще!
– А вот и нет.
– И кто же? – с любопытством спросила внучка.
– Кто, кто… Какая ты у меня глупенькая! Да ведь это же Анатолий, а остальным ты просто очень нравишься.
– И с чего это ты взяла?
– Так у меня-то, в отличие от тебя, было время заметить, какими влюбленно-печальными глазами он смотрел на тебя, когда ты танцевала с кем-то другим! Тебе-то ведь, моя хорошая, было не до этого. Ты вся светилась от счастья – как же иначе-то, ведь такое внимание! Да и понравился он мне больше других: не потому, что красивый, – он так себе, обыкновенный паренек, – а потому, что застенчивый такой, скромный и глаза у него добрые и честные.
На следующий день Анатолий позвонил рано утром и грустным голосом попросил разрешения приехать.
– Конечно, приезжай!
– Спасибо, уже бегу! – со счастливыми нотками в голосе прокричал он в трубку.
Аленка стремглав помчалась к зеркалу приводить себя в порядок, который включал в себя не только смену пестренького сатинового халатика, но обязательную подводку глаз и покраску ресничек. Звонок в дверь коммуналки прозвучал где-то через час. Она, опередив любопытную соседку по квартире, подбежала к массивной двери и распахнула ее настежь. На пороге стоял весь светящийся от счастья, с букетом гвоздик, Анатолий.
Все закрутилось очень быстро. Почти каждый день они встречались в училище. Неизвестно, как Анатолию удавалось, но он старался утром хоть на минутку увидеть Аленку до начала занятий, а иногда заскакивал на переменке. В увольнение он заезжал к ней домой, они ходили в кино или просто гуляли, а дома их всегда ждал вкусный ужин. Родители и бабуля были очень гостеприимными и всегда потчевали гостей, а к Анатолию относились как к сыну и, как ей казалось, с жалостью, так как его родители жили очень далеко и никогда не присылали ему гостинцев или денег. Конечно, в училище кормили неплохо, но разве сравнить с домашней едой, приготовленной Аленкиной мамой! Гости всегда восхищались ее кухней: будь то ароматный украинский борщ, курица или свиная ножка с румяной, золотистой корочкой, запеченные в духовке, прозрачное заливное из осетрины или винегрет. А уж о пирогах и говорить не приходится! Это были не пироги, а произведение кулинарного искусства.
Однажды вечером Аленка с Анатолием гуляли, держась за руки, рядом с ее школой, и вдруг он чмокнул ее в щечку, а потом, как будто чего-то испугавшись, быстренько отпрянул назад. Аленка стояла с изумленно открытыми глазами, но потом осмелилась спросить:
– А ты чего так отскочил? Чего так испугался?
Ответ был прост.
– Боялся получить от тебя пощечину, – улыбаясь, ответил смущенный Анатолий.
Через неделю после Аленкиного дня рождения Анатолий передал ей письмо – признание в любви: «Сейчас тихо-тихо в классе: все занимаются, а я сижу и думаю, вспоминаю тебя. Скорей бы завтра, когда я смогу увидеть тебя и сказать «здравствуй». С завтрашним днем опять будешь ты! Мне так хочется сказать тебе очень важные слова, но как трудно произнести всего три слова, таких простых и таких сложных, которые ты хранил, берег как реликвию для одного человека, – волшебные слова: «Я люблю тебя». Вспомнились есенинские строки:
Аленка, мне грустно, когда тебя нет рядом, мне даже страшно думать о том, что ты когда-нибудь скажешь «прощай». А как мне хотелось видеть тебя восьмого утром. Если бы это было в моих силах, я купил бы все цветы и преподнес их тебе! Когда я ехал к тебе, я улыбался всем в электричке и бежал от метро до твоего дома. А дядя Коля в тот вечер сказал, что любит тебя больше всех на свете и доверяет мне тебя. Счастье – это когда тебя понимают. С этим нельзя не согласиться…»
В письме Анатолий поделился с Аленкой своими сокровенными мыслями и открыл ей свое сердце: «Люблю тебя, очень люблю, очень. Я в твоих руках. Написал все, что у меня на сердце. Но только как бы ты ни решила, знай, что ничего не изменится, ничего. Твой Анатолий».
Письмо было очень длинным – на девяти страницах, – добрым, сердечным, немного печальным, очень теплым и искренним, и Алена перечитывала его много-много раз.
Через два месяца после встречи на КПП Анатолий как-то пришел вечером и заявил Аленкиному отцу Николаю, что хотел бы с ним поговорить.
– Дядя Коля, я хочу попросить руки вашей дочери.
Каково же было Аленкино удивление, когда очень строгий и очень любивший ее отец ответил:
– Ну что ж, дело хорошее. Только со свадьбой придется подождать до лета.
На дворе стоял конец ноября, а это значило, что ждать надо минимум полгода. Объяснение было простым:
– Лето – для свадьбы лучшее время года, и у вас будет время проверить чувства. Да есть и другая причина. Намечается еще одна свадьба – Татьяны, моей старшей дочери, с Константином, тоже военным, но только армейским. Вот сразу в один день и сыграем две свадьбы!
Аленке очень нравился Анатолий, с ним было спокойно и интересно. Всегда находились темы для разговоров, и ни в чем не было разногласий. Но было одно но, которое ее смущало. По своей наивности она открылась бабуле, другу и советчице, хранительнице ее тайн:
– Бабуля, а ведь я боюсь выходить за него.
– Чего так?
– Бабуля, так ведь у него грудь волосатая, даже из-под тельняшки волосы торчат!
– Ох уж и насмешила ты меня, глупенькая! Это ж хорошо – волосатый, значит, счастливый!
Она еще посмеялась недолго, а потом спокойно, с серьезными нотками в голосе сказала: