Сегодня не в моде
Классические слова!
Мы их заменяем таким непривычным сленгом…
Мы их вытесняем, и пухнет уже голова
В попытке словесность свою сохранить
От зарубежных акцентов…
Сегодня не в моде
Классический способ жить…
Грядут революции и режимы «Троцкого»…
И часто в моей голове эта фраза кружит:
«Мам! Как же с ней спать?!
Ведь она не читала Бродского!»
27.05.2020
Людмила Руйе
Происходит из рода Кошкина Михаила, конструктора танка Т-34, из Переславского района Ярославской области.
«А я с раннего детства все рвалась кого-то спасать – то бездомного котенка, то хромого цыпленка. Хотя помощь чаще всего была нужна мне самой. Однажды зимой провалилась в прорубь, а летом оказалась на дне реки, сорвавшись с перевернувшегося баллона. Отец уверял, что жить я должна с ними, так как вне дома меня подстерегают одни опасности. Даже учиться отпустил с трудом.
Но потом перестройка сломала устоявшийся уклад жизни и я смогла начать самостоятельную жизнь в Москве. Мое стремление помогать ближним достигло своего апогея, когда я работала комендантом общежития строительного треста. Зарплаты задерживались. Одни квалифицированные специалисты становились похожими на бродяг, а другие – на парней из фильма «Бригада». Для тех и других я хотела отыскать достойный выход из тупика. И, как говорил отец, экстремальные ситуации сами находили меня.
Думала, что в Европе смогу просто радоваться жизни. Но и здесь мое внимание привлекают не архитектурные красоты Лувра и Собора Парижской Богоматери, а бездомные нелегальные иммигранты, сидящие около них. Видимо, это удел поэтов – счастье добывать через страдание.
Публиковалась в альманахах «Родники», «Юность», «Очарованный странник», «Спутник». Имею дипломы участника сборников «Иван Бунин» и «Александр Блок», также публиковалась на литературных сайтах «Стихи. ру», «Общелит. ру». Являюсь членом Ассоциации в поддержку русской культуры в Париже «Глагол». В 1996 году вышел роман "Все не так", в 2015 году – сборник стихов "Луч звезды"».
Эсанбаев
Все на послеконцертном фуршете
В один голос, смеясь, говорят
О политике, Ветхом Завете
И о том, огурцы как солят.
В рифму поэту я отвечаю
На его иронический стих
И тут взгляд на себе замечаю,
Что заставил забыть о других.
Чем знаменит он, не вспоминаю,
Молод, не знаю, иль пожилой,
Чувствую лишь, что словно летаю,
Крылья вдруг ощутив за спиной.
Растворились будто во времени,
И неважно, находимся где,
Без роду мы стали, без племени,
Только двое на этой Земле.
Как две параллельных галактики,
Не касаясь друг друга, прошли,
В контакт не вступая на практике,
Высший способ общенья нашли.
Наши глаза восторгом горели,
Но не влюбленности то был взгляд —
Со стороны будто мы глядели,
Как друг с другом души говорят.
Шутку новую слушая Скляра,
Комплимент народного певца,
Поздравляя с датой юбиляра,
Пред собой не видела лица,
Кроме того, что словно сияло
Просветленным ликом мудреца
И, как икона, благословляло
Верным творчеству быть до конца.
Танцевали и пели мы хором,
Но будто были совсем одни.
Не обмолвившись даже и словом,
Диалог мы вели изнутри.
Каждый видел в глазах другого,
Что с родною встретился душой,
Что мы части чего-то большого
И что были мы крови одной.
Приглашал поэт на годовщину,
Я спросила его: «Как зовут
У окна стоящего мужчину?»
Он сказал: «Эсамбаев Махмуд».
Так меня, как Пушкина Державин, 
