«Не рой другому яму слишком мелко…»
Не рой другому яму слишком мелко.
«Не громыхай протезом по трамваю…»
Не громыхай протезом по трамваю!
«Тореадор корридой пробавлялся…»
Тореадор корридой пробавлялся.
«Он маузер хранил с семнадцатого года…»
Он маузер хранил с семнадцатого года.
«В монастыре другие страсти – в закрытости их острота…»
В монастыре другие страсти – в закрытости их острота.
«В который раз женился на гареме…»
В который раз женился на гареме.
Вера Коломейцева-Фиронти
Вера Коломейцева – поэт, автор прозы, драматургии, философских произведений; автор музыки. Родилась в Москве в семье потомственной интеллигенции. Окончила с отличием факультет русского языка и литературы педагогического института. Отлично окончила Государственные курсы иностранных языков. Работала преподавателем, переводчиком, однако недолго, и все последующие годы уже целиком отдала творческой деятельности.
Стихотворения и статьи публиковались в периодической печати. В 1998 году вышла первая книга стихов «Праздник зимы», а в 2015 году автором было осуществлено ее исправленное и уменьшенное переиздание. В 2017 году была напечатана книга «Избранное. Поэзия. Философия. Критика».
Художественное творчество разворачивается в двух направлениях: литературном и музыкально-поэтическом.
В ПРЕДЧУВСТВИИ С. Н.
«И мне какой-то год не пережить…»
И мне какой-то год не пережить,
Оставив жизнь – иным стихотвореньям.
И только не порвётся эта нить,
Одной тоскою и одним стремленьем
Связавшая мою с другой душой
Больною и неверием и верой,
Не знающей ни времени, ни меры,
Так в мире и не найденною мной.
Зима
Закружилась разгульней, хмельнее
В пляске вольной, с платком бело-синим…
Застывают деревья, чернея,
И застывшее небо над ними.
Чайка
Срок придёт – затянутся все раны
На душе и теле у земли.
Но со дна морей и океанов
Из времён не встанут корабли.
Рассветёт – и будет всё иначе.
Но над зыбкой глубью синих вод
Не изменит чайка голос плача
И тоской изломанный полёт.
Чудом мир воспрянет, как воскреснет,
И узнают песни новый строй.
Но она одна всё ту же песню
Будет петь над синею водой,
И казаться будут в боли тайной
Ей – среди здоровых душ и тел —
Облака в небесном океане
Белой стаей шхун и каравелл.
Огарок
Зачем хранишь сгоревшую свечу?
Зачем тебе теперь бесформенный огарок?
Как бесполезен он! Как безобразен, жалок!
Зачем хранишь сгоревшую свечу?
Зачем храню сгоревшую свечу?
Ей больше не светить и этим не согреться.
Она одна сестра непонятого сердца.
Затем храню сгоревшую свечу.
Виновник
В. И.
Смотри, что ты наделал: я читаю
Всё только о любви и всё стихи одни.
Что целые часы! пренебрегаю
И тем, что, как часы, за чтеньем тают дни!
Я хмеля полными засыпана горстями.
А кем душа моя приведена на пир, 
