Альма Либрем – Следственная некромантия (страница 8)

Лилиан, не заботясь о том, согласится Ирвин с её аргументами или нет, уже поставила перед ним пустую тарелку и дала отмашку Томасу, чтобы принимался за готовку. Сама она устроилась на соседнем стуле, вытянула длинные ноги, опёрлась локтём о стол и с интересом принялась рассматривать своего супруга. Сияющий был не против, да и солгал бы, если б сказал, что сам не занимался тем же – не мог отвести взгляда от молодой жены.

- Так как у тебя отношения с отцом? – поинтересовалась вновь Лилиан.

- Плохо, - честно ответил Ирвин. – Мы с ним совершенно не сходимся. Разные характеры, разный типаж, разная магия. Разные взгляды на жизнь, в конце концов.

Внимательный прищур Лили свидетельствовал о том, что так просто на слово она не поверит.

- Но он же всё-таки твой отец.

- Да, но не скажу, что это положительно повлияло на наши и без того плохие отношения, - скривился Ирвин. – Я не был желанным ребёнком.

- Да? Мне казалось, что профессор Куоки счастливо женат на женщине, младшей его лет на семнадцать.

- На шестнадцать, - уточнил Ирвин. – А знаешь, почему он на ней женился? – Лилиан отрицательно замотала головой. – По залёту. Не слишком приятно быть причиной брака своих родителей, знаешь ли. Насколько мне известно, мама пообещала отцу, что избавится от ребёнка, если тот немедленно на ней не женится.

- А он что?

- Ну, дождался, пока она попытается доказать, что готова сделать это не только на словах, а потом всё-таки изволил жениться. Не иначе как ректор обещал выгнать с работы за совращение несовершеннолетней, - досадливо протянул Ирвин. – В общем-то, потом они с мамой примирились. Только отец свято уверен, что мои ненормальные наклонности – это он про дар целителя, если что, - оттого, что она тогда выпила какую-то гадкую траву.

- Не лучшие отношения. Похоже на профессора Куоки, - Лилиан подёргала браслет на запястье. – Может быть, мы с тобой не такая уж и плохая пара.

- Может быть, - подтвердил Ирвин, заинтересованным взглядом скользя вдоль красивых девичьих ног.

Она тоже не осталась в долгу, а, грациозно поднявшись со стула, обошла Ирвина по кругу и опустила руки ему на плечи. Мужчина чувствовал, как тонкие девичьи пальцы скользят вдоль старых шрамов, и молчал, пока Лили заинтересованно не спросила:

- С работы?

- Большинство. Но несколько – ещё с детства.

- У Толина Куоки тяжёлая рука?

- У его жены, - усмехнулся Ирвин. – Нет, папа никогда никого не бил, и меня в том числе, это не в его правилах… Просто целителей на боевом факультете не жалуют. И в кружке боевой магии тоже. Там, знаешь, попадаются довольно сильные физически детки, даже в свои десять-одиннадцать лет. Сейчас мы с ними изредка сталкиваемся, - ухмылка Сияющего, он знал, была довольно злой и напоминала оскал. – Только теперь я – следователь, а они либо потерпевшие, либо за решёткой.

Лилиан провела ладонями по плечам Ирвина и тяжело вздохнула.

- Ты на него совершенно не похож, - отметила она. – Это положительный момент. И ты его сын. Это очень отрицательный момент. Не хотела бы я быть одной из семейства Куоки. Вообще не хочу иметь к нему никакого отношения. Из аспирантуры выгнал и… В общем, гадко мне. Ты извини, ничего личного, но тут на браслете есть штамп местного регистрационного пункта, надо сходить и расторгнуть этот брак. Мы были пьяны, и ты со своими связями, наверное, договоришься. Подожди, я тебе рубашку отдам… Завтракая пока.

Она повернулась было к одной из комнат, но Ирвин спешно поймал девушку за руку и недовольно покачал головой.

- Не спеши, - промолвил он. – Если хочешь, мы в регистрационный пункт, конечно, сходим. Но что такого тебе сделал мой отец, что ты так сильно его ненавидишь? Он ведь с тех пор, как связался со своими часами, стал безобидным…

Лили вперила взгляд в пол и молчала, явно рассчитывая на то, что Ирвин не станет повторять свой вопрос. Но он не отводил от неё не в меру пристальный взгляд и будто бы выжидал, пока девушка что-то подтвердит или опровергнет. Предположения, крутившиеся в голове у мужчины, не сулили совершенно ничего хорошего, ну, и уж точно ничего хорошего не говорили о его отце.

- Мой научный руководитель, - наконец-то тихо начала Лилиан, - умер от старости, и меня перевели к Куоки практически силком. Он… Сначала показался мне милым. Только немного с загонами.

Ирвин прищурился, пристально всматриваясь в лицо девушки.

- Ты, наверное, слышал об этом скандале? – спросила она. – Не хочу рассказывать по новой. Я тогда была частым гостем в вашем Следственном Бюро.

- Так это была ты?

- Меня оправдали! – воскликнула девушка. – Но если что, мы всё ещё собираемся разрывать брак, - Лили тряхнула запястьем, и браслет на её руке противно зазвенел. – Если ты не хочешь иметь дело с уголовницей. Мы же, некроманты, такие, правда? – она шмыгнула носом. – И вообще, как это меня не посадили, это же…

- Я занимался этим делом, - выпалил Ирвин прежде, чем Лилиан закончила свою мысль.

- Что?

- Я занимался этим делом, - повторил Сияющий. – Мой отец – придурок, но его не за что было привлекать к ответственности. И эту сволочь за намерения тоже не за что было привлекать. А ты его прокляла, и прокляла серьёзно. За это иногда сажают.

- Меня, - отметила Лили, - не посадили.

- Потому что когда недоумковатый преподаватель запирает в одной комнате аспирантку и её ухажёра, потому что надеется помочь им наладить отношения, и случайно забывает на столе часы, блокирующие магию, вряд ли девушка будет тренироваться в наложении проклятий. Я держал в руках эти часы и примерно представляю, какой эмоциональный всплеск должен случиться, чтобы сквозь такую блокировку кого-то проклясть. Если бы мы на тот момент с отцом общались, то, честное слово, перестали б в ту же секунду. Но, вот досада, мы уже лет десять как не говорили! – Ирвин осторожно сжал ладони Лилиан. – Но тебе надо просто отпустить эту историю. Найти в ней позитив.

Лилиан шмыгнула носом. Было видно, что она уже на грани того, чтобы немедленно разрыдаться.

- Какой позитив? – горько усмехнулась она. – Надо мной едва не надругались, меня за самозащиту могли посадить, выгнали из аспирантуры с позором и сказали больше не возвращаться на порог НУМа! И я столько времени проработала вышибалой в дурацкой таверне, чтобы потом один – один! – раз выпить чуть больше, чем полагается, и оказаться замужем. И за кем? За сыном профессора, из-за которого всё это случилось!

Ирвин осторожно притянул её к себе и заглянул в синие девичьи глаза.

- А ты можешь меня рассматривать как следователя, который посадил твоего обидчика, а не как сына Толина Куоки?

Лилиан, кажется, заинтересовалась.

- А ты его посадил? – уточнила она.

Ирвин согласно кивнул.

- Порылся в архивах, - протянул он, - поднял несколько дел, побегал по девушкам, которые вроде бы тоже жаловались. Нашёл доказательства, собрал дело в кучу, выдвинул обвинение. В общем-то, магические исправительные работы ещё ни одному преступнику в жизни не мешали.

Теперь Лили взглянула на него уже несколько другими глазами, явно примеряясь, какой факт из биографии Ирвина вызывает у неё больше эмоций. Вероятно, то, что кто-то расправился с её обидчиком, пусть даже неудавшимся, Лилиан радовало куда больше, чем расстраивали родственные связи с Толином Куоки. Но так просто отказаться от своей идеи с регистрационным пунктом Лили всё равно не могла.

- Нет, - решительно промолвила она, - мы всё-таки разведёмся. А потом, если у тебя будет желание, можем… Скажем, попытаться встречаться?

Ирвин вздохнул. В его жизни было слишком мало времени на романтику и прочую ерунду, и он бы с огромным удовольствием не разводился б. Ну, а что такого плохого? Понравились друг другу, поженились. Да, быстро! Но всё хорошее и должно происходить быстро, стремительно и очень эмоционально. Зачем тянуть кота за хвост? Зачем мучить и себя, и свою вторую половину, если процесс притирки в браке уже начался?

Но Лилиан не собиралась сдаваться. И Ирвин подозревал, что если не согласится сходить в регистрационный пункт, то девушка разведётся сама. А потом сбежит куда подальше.

- Хорошо, - согласился он. – Давай сходим в регистрационный пункт. Может быть, хотя б узнаем о том, откуда у нас эти браслеты?

- Разумная идея, - кивнула Лили. – А ты на сколько его посадил?

- Кого? А! Шесть лет исправительных магических работ. А что?

Лили смерила Ирвина взглядом, вздохнула и протянула:

- Мы пропустим конфетно-букетный период в наших отношениях после развода.

И поцеловала.

Что ж, как для совершенно неопытной девицы целовалась некромантка очень хорошо. Ирвин со всем своим присыпанным пылью веков опытом оценил.

***

- Вы издеваетесь, да?

Признаться, это был последний вопрос, который ожидал услышать Ирвин. Нет, он подозревал, что в регистрационном пункте всё происходит не так просто, как думала Лилиан, но всё равно раздражённого предположения, что они пришли посмеяться над достопочтенным регистратором, не ждал.

В регистрационном пункте Сияющий чувствовал себя крайне неуютно. Здесь было очень душно и мрачно, да и той торжественной атмосферы, в которой соединяются воедино два любящих сердца, он совершенно не чувствовал. Скорее уж от всего происходящего здесь веяло канцелярщиной, бесконечными бумажками и какими-то никому не нужными подтверждениями, которые от них сейчас будут требовать. В том, что будут, Ирвин даже не сомневался.