Альма Либрем – Следственная некромантия (страница 44)

- И как тебе это учебное заведение?

- Кошмар, - не стал таиться Ирвин. – Будь моя воля, я б выгнал половину преподавателей с работы.

- И не говори, - подтвердил Сагрон. – Защитную магию читает бездарный рыцарь, единственной прикладной функцией которого является издевательство над чужими жёнами. Талантливая ведьма-бытовик пытается читать зельеварение, полагая, что её таланты, применяемые в готовке, и тут помогут, - это была ёмкая характеристика Нимфадоры, - и расстраивается, когда дети отказываются её слушать… Принц читает боевые искусства, хотя ему б взяться за артефакторику. Ты знал, что Мартен не умеет обращаться со шпагой?

- Какой адекватный человек… - печально начал Ирвин, а потом, осознав, о чём речь, сжал зубы. – Значит, он всё-таки тут работает. Ромерик мне не солгал.

- А как же, - подтвердил Сагрон. – Этот прекрасный молодой человек плевать хотел на то, что ему вроде как не следует собой рисковать. Он живёт в одной комнате с Танмором и, кажется, даже не собирается обращать внимания на то, что наш дорогой некромантский друг так подозрительно себя ведёт. Догадывайся он хотя бы, что это принц! Так Мартен же представился сиротой. Сыном свинаря.

- Лавры господина советника? – раздражённо переспросил Ирвин. – Да что ж ему не ймётся-то… Теперь ещё Мартена охраняй… Ты его видел?

- Да, - подтвердил Сагрон. – У него там с мелкими занятие. У Мартена потрясающие способности! Он отлично ладит с детьми. Те его даже ни разу не прокляли, представь себе такое. Меня куда больше смущает его сосед.

Ирвин кивнул. Танмор и у него не вызывал особенного доверия.

- Это он заколдовал доспехи Ромерика…

- Какие доспехи? – тут же уточнил Сагрон.

Ирвин вдруг вспомнил, что друг-то не ведает об их с Лилиан приключениях, а значит, придётся ещё и посвящать Сагрона во все животрепещущие подробности его прекрасного знакомства с Ромериком. Вместо того, чтобы описывать это словами, Сияющий выдернул из памяти несколько особенно ярких картинок и коротким прикосновением передал их Дэрри. Тот усмехнулся, явно проматывая перед глазами впечатлившие его кадры, а потом протянул:

- Типичный Ромерик, я даже не удивлён. Но он всегда был не совсем нормальным, я хорошо помню этого придурка. И уверен, что сам заколдовать свои доспехи он не мог. Значит, Танмор? Он, между прочим, отсутствовал на занятиях. Там одна Лили была.

- Вот это совсем не радует, - кивнул Сияющий. – Значит, попытаемся его поискать? А эти? – он кивнул на детей.

- А у этих, - усмехнулся Сагрон, - следующее занятие – теория зельеварения и яды.

- Чья? Доры?

- Теперь моя. Нимфадоре будет приятнее заняться бытовой магией.

- Но кто-то ж должен её читать. Ты уйти не можешь.

Сагрон коварно улыбнулся.

- Несомненно, - подтвердил он. – И я не сомневаюсь, что мой прекрасный помощник справится с этой задачей. Познакомься! Жена твоя одолжила, нашли сегодня на местном кладбище. Тут близко парочка могил, ты знал?

Он посторонился.

За спиной Сагрона стоял скелет. Принарядившийся в преподавательскую мантию, он даже довольно прилично выглядел и не вызывал ни малейших подозрений относительно собственной компетентности. Особенно Ирвину понравилось, как скелет пощёлкивал зубами, очень чётко обозначая свои намерения.

- Познакомься. Герцог Жаклен де Крез, далёкий не-предок нашего короля, - представил его Сагрон. – Жутко противный. Несомненно, его дух уже давно на том свете, если тот свет вообще существует, но определённые знания остались. Был наставником виконтессы Карен.

- Это которая Железная Королева? – уточнил Ирвин, порой путающийся в исторических фактах из-за того, сколько статусов сменили их славные предки. – Погоди. Так ведь Жаклен де Крез*… Паук?!

- Ага, - ласково улыбнулся Сагрон. – Уверен, справится. Дети, приятного обучения, - и самодовольно подмигнул им.

Судя по всему, о том, что такое трудный преподавательский характер, детям предполагалось только узнать. Препятствий, отделяющих Ирвина от поисков запропастившегося куда-то Танмора, не оставалось.

*Жаклен де Крез – герой книги «Золото и Бронза», правая рука короля Эмильена. При жизни был отравителем и известным экспериментатором в области ядов. Расчётливая, холодная и довольно мерзкая личность. Паук – его прозвище при дворе.

Глава семнадцатая

Многие, испытывая неудачи в личной жизни, предпочитали утопать в работе. Лилиан это не нравилось, в первую очередь потому, что в её собственной работе утопать было очень опасно. Каждый раз, когда она, отмахиваясь от глупых мыслей, пыталась погрузиться в какую-нибудь активную деятельность, девушка тут же вспоминала, что и источник-то всех её проблем в жизни – некромантия.

Иметь такой дар было равно проклятию.

Наверное, именно потому она с сочувствием относилась ко всем коллегам по дару, старалась никогда не осуждать тех, кто сбивался с тяжёлого пути праведности и была способна поддержать даже ненавидевшего её некроманта в трудную для того минуту.

Но сегодня раздражение было слишком сильным, чтобы Лили испытывала хоть малейший пиетет к четверым малолетним некромантам, считающим, что их магия – это отличный повод для того, чтобы глупо гоготать и посматривать на Лили, дожидаясь, как же она всё-таки отреагирует на очередную попытку сорвать занятие.

Когда она пришла, ещё никого не было. За короткие пятнадцать минут занятие успел посетить Сагрон, прихватить с собой мертвеца и, не особенно уточняя, как себя чувствует Лилиан, уйти, Они были неплохо знакомы, хотя и, к счастью, отнюдь не настолько тесно, чтобы считать себя друзьями или по меньшей мере товарищами, не особенно ладили, и Сагрон не навязывался.

Куда труднее сейчас было бы перенести кого-нибудь участливого, доброго и милого, улыбающегося ей и твердившего, что всё будет хорошо. Вот, сейчас Ирвин придёт в норму…

Лили вздрогнула. Ей не хотелось задумываться о том, что она была тем ещё источником энергии – и отлично подходила под характеристику взрывоопасной, ядовитой и чего-нибудь в том же духе. Девушка ненавидела себя за это. Причинять вред Ирвину? Единственному мужчине, который видел в ней нечто большее, чем просто некромантку?

Лили сжала зубы. Она проклинала себя за то, что не могла сдерживать дар, не умела сжимать его в своих руках так крепко, чтобы тот даже не сдвигался с места, с огромным трудом преодолевала множество неурядиц, связанных с её собственной магией. Она… Она не жила почти, если честно, всю жизнь пыталась загнать некромантию куда-то в глубины своего тела, и стоило только кому-то принять её вместе с даром, с естественными способностями, как этот кто-то оказывался в лапах энергетического вампира и не имел теперь права находиться рядом с некроманткой!

А ведь, тренируйся Лилиан, она могла бы, наверное, достигнуть уровня Танмора. А если превзойти его? Вдруг?

- Что, нет, паршивцев?

Лили оглянулась. Котэсса – так, кажется, звали коллегу Ирвина, - смотрела на Лили отнюдь без сочувствия, скорее с плохо скрываемым раздражением. А эта-то почему? Считает, что Сияющий мог найти себе жену получше? Так он и не искал-то особенно, и супругами они стали случайно.

- Кого?

- Да детей, - пожала плечами Тэсси. – Прогуливают? Мерзопакостные существа.

- А. Да, - кивнула Лили. – Есть такое.

- Терпеть не могу детей, - легко заявила Котэсса, и Лили почему-то показалось, что она лукавила. – А мой муж прямо-таки на этом помешался. Роди наследника, роди наследника…

- Это Сагрон-то?

- Ну да, - фыркнула Котэсса. – А кто ж ещё? Не Ирвин же.

- Что-то не похоже на него – такое страстное желание иметь детей…

- Вы плохо знакомы.

Они и вправду были плохо знакомы, но Лили как-то не верилось, что доцент Дэрри прямо-таки принуждал свою супругу рожать.

- А я вот думаю, не сбежать ли мне от своего мужа? А что? Тиран? Тиран.

- Он…

- Не-а, - покачала головой Котэсса. – Руку он на меня не поднимает. А лучше б поднимал! Что ж это за брак такой, когда супруги любят друг друга? Когда ссорятся только ради того, чтобы особенно бурно помириться в постели? Смешно! Просто смешно! А что за семья, когда муж и жена хотят друг от друга детей? Ты представляешь, что может выродиться? А если вдруг некромант?!

- Издеваешься, - прошипела Лили.

- Разумеется, - кивнула Тэсси. – А что мне ещё остаётся делать, если ты собираешься бросить Ирвина и убежать от него куда подальше, потому что считаешь, что у вас в семье не всё в порядке? Он, конечно, придурок, что полюбил некромантку, не спорю. Но и ты не лучше. Целитель? Это ж надо так понизить процент рождаемости некроманта в семье!

Лилиан оживилась.

- В каком смысле, понизить процент рождаемости?

Она услышала за спиной шевеление, но не стала оборачиваться. Кто там ещё мог быть, за исключением вездесущих детей? Никто.

- Да в прямом, - усмехнулась Котэсса. – вы ж целитель и некромантка. Все прекрасно знают, что эта магия не терпит смеси с чем-нибудь равным по силе. А тут собрались. Двое! В итоге, в лучшем случае, шанс родить некроманта, а не целителя, пятьдесят процентов! А я подозреваю, что каких-нибудь двадцать на тех и на других. А в шестидесяти оставшихся у вас родятся обыкновенные маги. Боевики, проклятийники, бытовики. В общем, банальщина. Это ж надо так попортить родословную! От Ромерика – и то меньше вреда бы было. Между прочим, - она таинственно улыбнулась, - это его теория. Он мне доказывал как-то, что мой проклятийный дар с классической боевой магией Сагрона, замаскированной под проклятия, смешивать нельзя. Небось, даже на кафедре поинтересовался, какие у нас ауры. Этот может…