Альма Либрем – Следственная некромантия (страница 43)
Дети притихли окончательно. Было видно, что преподаватель отнюдь не настроен на ласковые разговоры, и от него можно схлопотать серьёзным заклинанием в лоб. Рисковать же и подставляться не хотел никто.
- Если вы не желаете, - продолжил Ирвин, - чтобы я испытал на вас ещё несколько элементарных приёмов нападения и не проверил, насколько отвратительным преподавателем является Ромерик, предлагаю вести себя тихо, выполнять мои указания и не испытывать мою хрупкую нервную систему на прочность. Как вам такой план действий?
Судя по всему, возражений не имелось. По крайней мере, во взгляде детей Ирвин не видел ни малейшего порыва к сопротивлению.
- Но ведь это опасно! – решился высказаться только один из мальчишек, и Сияющий, строго посмотрев на него, вдруг ухмыльнулся.
- Разумеется, - подтвердил он.
- А разве преподаватели имеют право подвергать наши жизни опасности?
- Нет, - покачал головой Сияющий. – А ещё, только-только разъединив ведьмин круг, они должны обратиться в соответствующие органы. Тогда приезжает глава Следственного Бюро или, если он в отпуске – а я в отпуске, - тот, кто замещает его в этот период, заводит уголовное дело, вызывает на допросы. Рано или поздно, известными методами, следователи получают ответы на все свои вопросы. Кто организовал ведьмин круг? Кто сколько силы в него вложил? С какой целью это было сделано? Осознавали ли участники степень ответственности за свои действия? А потом выносится приговор. И он будет отнюдь не лестным, даже если каждый из ведьминого круга – несовершеннолетний, безмозглый сорванец, не понимающий, что мог натворить. Потому что если такое спускать с рук, то можно допустить что-то очень плохое.
Дети сбились в группу и смотрели на Ирвина так, словно он только что предложил им мирно прошествовать к гильотине и, не сопротивляясь, позволить правосудию опуститься лезвием на их шеи. Но Сияющий чувствовал в этих жестах лживость и фальшь.
Находясь в возрасте пяти-шести, даже десяти-одиннадцати лет, дети не способны лгать так откровенно. Они могут что-то утаить от родителей, но оно рано или поздно выплывает наружу. Дети, за редким исключением, ещё не спешат хитрить. Но эти, уже перешедшие в статус подростков, но в глазах матерей остававшиеся ненаказуемыми малышами, могли и солгать, и притвориться невинными младенцами, ошеломлённо моргающими в ответ на малейшее осуждение.
- На меня ваши состроенные глазки не действуют, - усмехнулся Сияющий, вспоминая, какими жестокими одногодки в этот период были к нему и как доказывали Джене, выбегающей посмотреть, как там сыночек, что Ирвин дико неосторожен и постоянно то упадёт, то напорется на какой-то штырь. Что? Они проверяли, быстро ли заживают на целителе раны? Да никогда! – Приступаем.
Горестный вздох, изданный практически одновременно, тоже не возымел должного действия.
- Силовая волна, подпитывающаяся чужой энергетикой, довольно трудна для воссоздания. Исключение составляют целители, но, так как это подвид боевой магии, подобные заклинания они используют нечасто…
- Целителей, работающих боевыми магами, не бывает! – выпалил один из будущих магов. – Так на кой мне это учить?
- Чтобы, попавшись мне под руку, суметь защититься, - пожал плечами Ирвин. – А то скажете, что меня не бывает, а я возьму и не поверю. Продолжаем. Такую силовую волну обычно записывают в артефакт, чтобы использовать повторный запуск. С каждым новым запуском волна становится сильнее. Уничтожить её невозможно, только впитать в себя или в артефакт. В себя может впитать только создатель. Артефакт – любой, но такие накопители трудно изготавливаются.
- А какое тогда защитное заклинание? – опять влез кто-то нетерпеливый.
Ирвин усмехнулся.
- Никакое. Завидев подобного рода волну, вы должны заблокировать собственную магию. Отгородиться от неё. Запихнуть её в самый далёкий островок собственного тела. С этого начинаются все уроки по самоконтролю, и обычно в мирных условиях ученики справляются с волной очень просто. Но в бою, когда кто-то вдруг набрасывает волну, могут быть колоссальные последствия. К счастью, чтобы её создать, нужно хорошенько сконцентрироваться и рассчитать силы.
- А как её отличать от других боевых заклинаний?
Этот вопрос был куда более достойным ответа, чем предыдущий.
- Всякая волна – это отпечаток ауры того, кто её создал. Если маг запускает её из артефакта, он всё равно придаст ей свой оттенок. Волна – это шанс узнать о её создателе массу подробностей. Именно потому её так не любят – отлично знают, что потом могут быть негативные последствия. Опасаются. Но уметь заблокировать себя надо, а по волне хорошо видно, справился испытуемый с поставленной перед ним задачей или нет. И если нет… что ж, дорогие дети, не хочу вас разочаровывать, но тогда вас лишат дара и вышвырнут прочь из НУМа и подобных ему заведений. Приступим?
Объяснение о том, как блокировать магию, ограждаться от неё и одновременно чувствовать себя совершенно свободным, живым, способным сопротивляться атаке человеком, в учебниках было довольно путанным. Ирвин, привыкший к тому, что только практика помогает в реальном бою, упускал ненужные подробности, выстраивая цельное ядро знания – отлично знал, что именно пригодится, когда атакует, и именно на этом акцентировал внимание.
Когда он закончил, впрочем, многие казались сонными. Пятиминутное объяснение уже казалось им скучным, долгим, чрезмерным. Неужели и вправду верили, что смогут уйти отсюда, не изучив всё, как следует?
- Уяснили? Вопросы есть? – гулкое «нет» вызвало у Ирвина хитрую усмешку. – Вот и замечательно. В таком случае, приступаем к практике.
Раздражённое хмыканье, раздавшееся вперемешку с испуганными вскриками и переглядываниями, его позабавило.
- Неужто вы ничего не запомнили? – поинтересовался ядовито он. – А мне казалось, пытались всё уяснить.
- А если мы не сможем? – вновь вмешался всё тот же надоедливый мальчишка, которому, по всей видимости, очень нравилось задавать вопросы. – А вдруг не получится отбить атаку.
Ирвин остался равнодушным.
- Значит, пострадаете за своё поведение и непослушание.
- Отличный метод воспитания. Надо будет испытать на студентах, - раздалось за спиной.
Ирвину не понадобилось даже оборачиваться для того, чтобы опознать голос Сагрона.
- И всё же, - продолжил Дэрри, тоже спрыгивая в яму, - мне кажется, как для столь юного возраста испытуемых, не стоит поступать ну до такой уж степени радикально. Неужели нельзя быть хоть чуточку, но мягче, мой дорогой друг? Припугнуть их каким-нибудь заклинанием попроще…
- Куда уж проще, - хмыкнул Ирвин. – Давно наблюдаешь?
- Твой отец был прав, у тебя талант к преподаванию, - покачал головой Сагрон. – А ты, негодник, закапываешь его в землю и не позволяешь дражайшей супруге этот талант воскресить. Не хочешь, чтобы девушка реализовалась в профессии? И правильно делаешь! Моя вот реализовалась, - судя по взгляду, винил в этом прискорбном факте Сагрон именно лучшего друга. – И что теперь? Ни детей, ни вкусной еды дома… Вот кто тебе готовить будет, когда жена пропадает круглосуточно в НУМе?
- Томас, - не задумываясь, ляпнул Ирвин. – Скелет наш… Эй, вы! – он наконец-то заметил, что дети продолжали внимательно слушать, да ещё и поедали его пристальными взглядами. – Не отвлекаемся, выстраиваем защиту!
Он вытянул руку, чтобы выпустить ещё одну волну, но Сагрон недовольно мотнул головой, коротким жестом остановил Сияющего и хриплым, неожиданно низким голосом выдохнул несколько слов на непонятном языке. Его силовая волна, окрашенная аурой проклятийника, была заметнее и неприятно жалила, а не обдавала мягким дуновением воздуха, но зато не впитывала силы колдующих с такой жадностью, как принадлежавшая Ирвину.
- Когда у тебя пробои в ауре, не стоит рисковать с подобного рода заклинаниями, - покачал головой Сагрон. – Ты ж знаешь, чем это может закончиться.
- Знаю, - кивнул Ирвин, не особенно-то и расстроившись оттого, что его остановили. – Это может закончиться двумя десятками трупов, - он посмотрел на детей. – И среди них будете все вы! Так что извольте приступить к исполнению задания!
Вне всяких сомнений, Сагронова волна могла максимум оставить лёгкий ожог, сопровождающийся только временным покраснением, даже без волдырей, но почему-то произвела на детей колоссальное впечатление. Если б колдовал Ирвин и случайно, даже против собственной воли, спустил магию с цепи, то она с лёгкостью проглотила бы весь запас дара подвернувшихся под руку не экранированных мальчишек.
Девчонок сегодня среди присутствующих не было – и точно не потому, что их магия имела какую-то другую специфику, в такой бред мог поверить только Ромерик.
- А где девочки? – поинтересовался Ирвин у Сагрона.
- Тэсса забрала. Показывала им какое-то сверхмодное защитное заклинание для начинающих, я разрешил. Ты ведь не против?
Ирвин действительно не возражал. Котэссе он доверял, а с девочками она, как женщина, несомненно, поладила бы в разы лучше, чем сам Сияющий, как-то легче находила болевые точки. К тому же, в ведьмином кругу, вопреки его названию, были вчера только парни, а значит, на воспитательные меры напросились именно они.
Ленивым взглядом наблюдая за тем, как дети подпрыгивали и вскрикивали, догоняемые волной, а другие отчаянно пытались сосредоточиться и даже не думать о магии, Сагрон словно невзначай протянул: