Альма Либрем – Следственная некромантия (страница 11)
Лилиан поёжилась.
- Истинно неодарённый? – прошептала она. – Потому ничего не сработало? Но тогда почему так отреагировал мертвец?
Молодой человек, приблизившись к ним, только досадливо пожал плечами.
- Я не совсем истинно неодарённый, - сознался он. – Просто, знаете… Поверь, что чего-то не существует, и его действительно не будет. Моего прапра… в общем, прадеда когда-то сжечь пытались, не вышло. Его потом спрашивали, как так, а он говорил – представил, будто огня не существует. Но он был действительно истинно неодарённым. А мне надо постараться, - он вздохнул и продолжил, выдавая природную болтливость. – И вообще, эти семейные узы так запутаны! Я даже магией нормально пользоваться не могу, то и дело забываю переключить режим и…
- Достаточно, - досадливо прервал его Ирвин. – Что ж, мне всё равно пришлось бы вас знакомить… Это Лилиан, некромантка и по совместительству моя супруга…
- Поневоле, - не сумела удержаться Лили.
- Да, это вышло случайно, - подтвердил Сияющий. – А это Мартен. Он артефактолог, о котором я тебе говорил и по совместительству…
- Просто хороший человек, - влез Мартен, но под злым взглядом Ирвина отпрянул.
- И по совместительству Его Высочество, наш дражайший наследный принц, - припечатал Сияющий. – Который понятия не имеет, как себя вести в приличном обществе и едва не был съеден мертвецом.
- Принц?! – ахнула Лили. – Ой… А похож.
В её взгляде вспыхнуло что-то сродни восторгу.
Принц действительно был очень похож – на короля-отца, на короля-деда и так далее вплоть до далёкой родовой линии тысячелетней давности, но способность отключать магию унаследовал именно от покойного советника, как и внешность, впрочем, тоже. Такой же темноволосый и синеглазый, привлекательный достаточно, чтобы все знакомые с ним девицы вздыхали и спешили влюбляться, с острым языком, но, к сожалению, совершенно без той осмотрительности и чёткости, которой славился уже много лет как покойный советник Шантьи, тот самый, в честь которого назвали таверну. Нет, Мартен был неосторожен, вреден, периодически удивительно глуп и перманентно безумно упрям. Свято веря в то, что отец, вступивший в право наследования десять лет назад, будет править едва ли не до старости собственного сына, Мартен не спешил осваивать науку управления державой и большинство времени ворчал, что ему безумно скучно. Обладая множеством талантов, он при этом умудрялся влипать в ужасные истории, а Ирвин, ловя принца на очередной шалости, чувствовал себя нянькой.
Мартену было двадцать три, он получил кое-какое образование в НУМе – очень неохотно, между прочим, - сбежал из другого университета, где его пытались обучать математике, заявил, что расчёты и бумажки – это не его, хотя талант к точным наукам у них в роду был чем-то куда более святым и постоянным, чем магия, и вышвырнул прадедовы очки на свалку.
Между прочим, их потом искали с собаками и специально обученными магами, как ни крути, королевская реликвия!
- У тебя прехорошенькая жена! – радостно заявил Мартен, глядя на Лилиан. – Просто прелесть! На леди Ильзу похожа, между прочим.
- Я заметил, - мрачно кивнул Ирвин. – Уж даже было заподозрил, не родственники ли вы.
- Может, далёкие, - легко отозвался Мартен, оценивающим взглядом смерив Лили. – Жаль, что мы не были знакомы до того, как вы, прекрасная леди, вышли замуж за этого зану…
Ирвин молча продемонстрировал принцу кулак.
- За этого жутко правильного мужчину, - с лучезарной улыбкой на губах ответил Мартен. – И вообще, откуда столько претензий? Я уничтожил мертвеца? Уничтожил. Кто молодец? Я молодец! Почему ты пытаешься испепелить меня взглядом,
- Ирвиша? – настороженно переспросила Лили.
- Забудь, - буркнул Ирвин. – Мартен просто познакомился с моей мамой, а с той поры всё рискует потерять несколько лишних зубов, которыми он обязан прикусывать свой излишне длинный язык!
Принц нисколечко не обиделся. Их с Ирвином отношения были сплошь построены на взаимном желании придушить друг друга, впрочем, несерьёзном и чаще шутливом, чем настоящем. Мартен был неплохим человеком, только специфическим, и в нем не чувствовалось королевской заносчивости, соответствующей статусу. Но зато и вредности было, хоть отбавляй.
- Нет, но всё же! Когда вы познакомились? Давно вместе? – не унимался Мартен, рассматривая Лилиан. – Ирвин – редкий консерватор, конечно, и предпочитает постоянство в отношениях, но он очень осторожен в плане брака…
История с Энниз была знакома принцу лишь в общих чертах, потому причины этой осторожности оставались ему неизвестными.
- Да? – удивилась Лили. – Не сказала бы. Потому что мы узнали имена друг друга уже после свадьбы.
- Не преувеличивай, - проворчал Ирвин. – Мы познакомились, просто об этом забыли. Но суть от этого не меняется… Собственно, я как раз собирался тебя искать. Надо, чтобы ты посмотрел на браслеты. Но зачем было убивать мертвеца?!
- А что, что-то не так? – невинным голосом поинтересовался Мартен. – Разве ты против, чтобы оживленцев убивали?
- Я за, - хмыкнул Ирвин. – Но теперь мы точно не сможем взять след! Ведь не сможем, Лили?
Она разочарованно кивнула. К сожалению, Ирвин хоть и был целителем, но в таких вещах совершенно не ошибался. Взять след по тому, в чём окончательно убили магию, было не просто невероятно сложно, а физически нереально. Испепели Мартен мертвеца пульсаром – да, ещё были б шансы! Но только не так.
- Вот видишь, - устало вздохнул Сияющий. – Придётся сгрести прах и отправить к нашим, как улику… Может, что увидят.
Ирвин подошёл ближе к горстке, лежавшей на земле, и к костюму, провёл над ними рукой, собирая всё в кучу, и открыл магический соединительный канал, но вместо яркого приветственного зелёного полыхнуло предупреждающим красным, и Сияющий с трудом успел погасить пламя, лизнувшее рукав его рубашки.
- Это ещё что такое? – недовольно хмыкнул он.
- Тебя заблокировали, - услужливо сообщил Мартен. – Не хотят, чтобы ты вмешивался в их работу. Или в их отдых вместо работы, пока тебя нет.
Ирвин вскинул голову и с вызовом посмотрел на молодого принца.
- Я всего лишь в отпуске, - отметил он. – И из этого отпуска могу в любую секунду вернуться на работу. И уж тем более они должны принять найденные мною улики.
- Зачем доказывать это мне? – усмехнулся Мартен. – Я тут, между прочим, посторонний человек. В Следственное Бюро не вхож, - вхож, но не с той стороны, хотя уточнять это при Лили ни один из мужчин не стал, - ко всей этой бюрократии не имею ни малейшего отношения… Да что ты смотришь на меня, как на врага народа, Ирвин, я понятия не имею, почему они не берут от тебя улики! Ну правда!
Сияющий раздражённо защёлкал языком.
- Пообещай мне, что не используешь никакую магию, - с нажимом произнёс он. – И ничего другого в твоём духе. Не блокируешь переход и так далее.
- Зачем?
- Я понятия не имею, кто устраивает все эти представления с оживленцами, - отметил Ирвин, конечно, больше шутя, чем серьёзно подозревая Мартена.
Принц переглянулся с Лилиан, досадливо скривился, всем своим видом демонстрируя, насколько он оскорблён и обижен, и тяжело, грустно вздохнул.
- Это не я. Клянусь… памятью Вольного клянусь.
- Таверны? – поразилась Лили.
- Не-а, - хмыкнул Мартен, - Акрена Вольного, первого королевского советника. Нет, ты всё-таки ужасно похожа на его жену!
В любой другой момент Ирвин вмешался бы в разговор – чтобы подтвердить факт сходства и напомнить этому доморощенному ловеласу, что не следует строить глазки его, между прочим, законной супруге. Но желание сохранить брак на ближайшие несколько минут отступило на задний план. Ирвин повторил попытку открыть портал для улик, но запретный красный цвет вновь обжёг его руку, лизнул браслет и, соприкоснувшись с древними рунами, погас. Мужчина вздрогнул, махнул рукой, пытаясь избавиться от неожиданно сильной боли, хотел было в третий раз постучаться в Следственное Бюро, но вовремя понял, что реакция будет такой же.
Если первый раз это ещё могла быть шутка Мартена, то сейчас всё выглядело очень серьёзно. Ирвин хорошо знал престолонаследника и не сомневался в том, что у него не хватит терпения на затянувшуюся шалость. Он частенько не мог дважды повторить одно и то же заклинание, как и любой маг со стихийной, необузданной силой, и разбирался хорошо исключительно в артефактах, да и то потому, что прекрасно чувствовал энергетику предметов, в отличие от Ирвина, по-целительски легко воспринимавшего людей. Впрочем, дар, доступный Мартену, любому магу показался бы божественным благословением.
Его далёкий предок из громадной страны с другого континента мог останавливать армии, перевоплощая ненависть, бьющуюся в унисон с их сердцами, в любовь. Знаменитый советник Вольный просчитывал в уме ужасные комбинации, мог за одну ночь переделать все отчёты по стране, продумывал гениальные экономические комбинации и вышвырнул всех святош, сжигающих магов на кострах, прочь из страны, а ещё своими руками устроил переворот в стране. При нём никто не пискнул даже о том, что его внук, взошедший на престол, не был одновременно внуком покойному королю.
Дарнаэл Первый, тот самый внук, унаследовал и знания своего дедушки, и далёкий дар тёзки-короля, но прославился тем, что, вместо того, чтобы устраивать войны, унимал аристократов, проталкивал науку, отстраивал университеты, а держава при нём разрослась и обрела свою мощь, ставшую уже привычной.