Альма Либрем – Полюби меня до завтра (страница 23)
- Ты не можешь просто так решать, с какой девочкой тебе жить!
- Ну да, ну да, мне ж всего тридцать, - скривился Женя, отнимая мамину руку от лица. – Но, боюсь, тебе придется принять тот факт, что твой маленький мальчик встречается с девушкой и живет с ней в одной квартире. В своей квартире, мама. В квартире, от которой у тебя даже ключей нет, напомню.
Алевтина Петровна повернулась ко мне и смерила таким презрительным взглядом, словно я была самой отвратительной и гадкой девицей на свете, каким-то образом захомутавшей настоящего наследного принца.
- Да уж, - протянула она. – Да уж…
Я открыла рот, чтобы хоть как-то запротестовать и сказать, что я тоже живой человек, а не половая тряпка, о которую можно с легкостью вытирать ноги, но что-то мне подсказало, что Женину маму мнение каких-то там девиц совершенно не беспокоит.
- Ну что же, - протянула Алевтина Петровна. – Раз ты, мой мальчик, принял такое решение… Пусть твоя, с позволения сказать, девушка, приведет себя в порядок, оденется поприличнее…
Я б не отказалась от этого, да.
- И присоединяется к нам на кухне, - с усмешкой заявила женщина. – Потому что мне обязательно надо её проинспектировать!
Глава тринадцатая
Женя открыл передо мной дверь офиса, пропуская вперед, за что удостоился очередного разгневанного взгляда. Идти на работу мне не хотелось совершенно. Абсолютно. Ни капельки! А ещё мне хотелось больше никогда в жизни не видеть Антонова. Вот вообще. Не слышать его голос. И ни в коем случае с ним не целоваться. Вот последнее я бы с удовольствием подчеркнула бы несколько раз.
Мне казалось, этот ужасный человек всё подстроил специально. Ну не может быть такого стечения обстоятельств, чтобы после него хоть застрелиться! Просто не может!
- Ну чего ты такая сердитая? – усмехнулся Женя, приобнимая меня за плечи. – Улыбнись хотя бы! Понедельник – разве не прекрасный день недели?
Издевается, гад.
- Прекрасный, конечно же, - проворчала я. – Сейчас нас уволят, и он от этого станет ещё прекраснее. Вась-Вась не простит того, что ты устроил этот цирк и изгнал Леку из студии на пятнадцать минут раньше положенного! А потом ещё и… Боже, Женя, ты придурок! На что я буду жить?
- Не ты, а мы.
Я не была бы столь оптимистична. "Мы" существовали только в контексте рабочей лавстори. Впрочем, мы же уже на работе, пора б и начать притворяться.
- Не переживай, - хмыкнул Женя. – Если ты родишь моей маме внука, согласного ходить на балет, она всё тебе простит.
- Не напоминай! – прорычала я. – Просто не напоминай!
Самым отвратительным в Антонове была таки его мама. Эта ужасная, воистину ужасная женщина, кажется, вчера была готова сначала меня уничтожить, потом воскресить, а после и вовсе выдать за Женю замуж. Прямо в ту ж секунду. Я никогда не слышала такого огромного количества претензий, вопросов и восторгов в одном словесном потоке…
За короткое время она устроила настолько тщательный допрос, что, казалось, успела узнать обо мне буквально всё. И заодно поведать мне несколько фактов о жизни любимого, прекрасного, но такого бестолкового Женечки, которому нужна женская забота!
Умею ли я готовить? На ресторанной пище долго не протянешь. Женечка, между прочим, был очень капризным в детстве мальчиком, до четырех годиков его надо было кормить с ложечки и буквально запихивать в него еду! А ещё он очень любит мясо и не особенно – рыбу, стоит почаще делать ему зеленые салатики, потому что это витаминчики, и, кстати, Женечка сладкоежка! (И Женечка на фоне, закатывающий глаза и, кажется, едва сдерживающийся, чтобы не сбежать).
Как у меня обстоят дела со стиркой? Нижнее белье обязательно надо стирать руками! Может быть, Женечка наконец-то перестанет пользоваться этим зверем под названием стиральная машина? И хозяйственное мыло – лучший помощник хозяйки! Можно перчатки надеть, чтобы кожа рук не трескалась. Но я ведь понимаю, насколько это важно, да?
А сколько у вас, милочка, мужчин было? Ох! Женечка, только не говори, что ты привел в дом по… Женечка! Твоя девушка берегла себя для тебя? Это же великолепно! Женечка, ты обязан на ней жениться! В этом году. В этом месяце. Женя, сегодня же веди её в ЗАГС!
А давно вы знакомы? Три года? Три года – это серьезный срок… Женя, почему ты мне её не показывал? И два года, три месяца и семь дней назад ты почему знакомил мамочку с другой девушкой? Это был обманный маневр? Ах, вы тогда были просто коллегами! Женечка! Ну разве можно было не заметить такой бриллиант прямо под носом?
А какое у вас, милочка, происхождение? А лет вам сколько? Женечка! У вас разница в семь лет, ты уверен в том, что у вас не будет разрыва поколений?
Нет? Ну и ладно…
А ещё…
Я вздрогнула, выпадая из своих воспоминаний. Мама Жени оказалась самой… Самой неугомонной женщиной, которую я когда-либо встречала в своей жизни. Самой напряжной, самой…
Просто самой.
И после её вчерашнего вопроса последнее, что я хотела – это выяснять отношения с Вась-Васем. Если честно, я искренне надеялась на то, что сейчас мы просто тихонько проскользнем в кабинет и будем работать, а Вась-Вась до пятницы как минимум забудет о нашем существовании. Ему не впервой. Что такое этот интернет-отдел? Мы же просто случайные, в конце концов, люди… Работаем на эту случайную жуткую сеть, которой Вась-Вась даже пользоваться не умеет…
Однако, увы, моим мечтам было не суждено случиться. Уже на подходе к нужному помещению я почувствовала укол страха, потом подумала, что, наверное, моя интуиция подсказывает мне, что надо бы поскорее убираться отсюда…
Но послушаться интуицию я не успела. Из кабинета, который он никогда не посещал – из нашего, то есть, кабинета, - выскочил Вась-Вась.
Я моментально вспомнила, что мы с Женей опоздали на три минуты, выглядели, возможно, немного растрепаннее, чем следовало бы, и вообще…
Слишком много ошибок, чтобы не потерять эту работу.
У Вась-Вася же буквально глаза загорелись, когда он нас увидел.
- Мария! Евгений! – воскликнул он таким тоном, что у меня сразу сердце в пятки ушло. – Вот вы-то как раз мне и нужны! Живо ко мне в кабинет!
У меня внутри всё похолодело.
- Василий Васильевич, - попробовал запротестовать Женя, - вам не кажется, что это займет слишком много времени? Нам надо работать…
- Ой! – отмахнулся Вась-Вась. – Какая там работа! Это на сайт этот дурацкий статейки заливать? Это подождет, молодые люди! За мной! Немедленно!
И он, передвигаясь чрезмерно быстро, как для своего обычного состояния, буквально полетел в направлении кабинета. Мы, расстроенные и явно не желающие выполнять приказ, поплелись следом.
Женя, как будто забыв о том, что я уже запрещала ему это делать, нашел мою руку и осторожно сжал пальцы, то ли пытаясь успокоить, то ли успокаиваясь самому. Я хотела высвободить ладонь, но вместо этого только повернулась к нему и едва заметно улыбнулась. Мы всё же сейчас по одну и ту же сторону баррикад.
В кабинет я вошла крайне неохотно. С Вась-Васем наедине оставаться не хотелось, и в эту секунду я даже обрадовалась, что мы с Женей были вдвоем.
Правда, может, это значило, что он решил не заморачиваться, а уволить нас одним махом?
Вась-Вась же, не особенно церемонясь, плюхнулся на свое кресло и гордо указал нам на два свободных стула.
- Присаживайтесь! – гордо разрешил он. – Ну же, поскорее!
Да, точно. Сейчас возьмем лист бумаги, ручку и будем писать заявление об уходе. Хорошо ещё, если по собственному жела…
- Это бомба! – перебил мои мысли Вась-Вась. – Ядерная! Водородная! Ужасная! Великолепная! Бомба!
- Что? – в один голос переспросили мы с Женей.
- Ваше шоу было просто бомба! – уже более внятно сообщил шеф. – Рейтинги в два раза выше наших стандартных показателей… Наш сериал собирал вполовину меньше вашего "Хита сезона"! А продюсер Леки и вовсе в восторге! Об этом трубят все новости!
Мы с Женей переглянулись, а после перевели шокированные взгляды на Вась-Вася. Тот сидел с таким страшно довольным видом, что просто ужас. Улыбка от уха до уха, сам сияет, как начищенный пятак, весь такой удовлетворенный тем, что у него на канале происходит, что аж страшно – что ж там такого случилось?
- О чем, - осторожно уточнила я, - вы говорите, трубят все новости?
- Ну как же, - Вась-Вась расплылся в ещё более широкой улыбке, хотя я была свято уверена, что это физически невозможно. – Вы что, совершенно не смотрите телевизор?
Мы с Женей переглянулись.
- Если честно, - осторожно промолвила я, - то нам было немного не до телевизора в эти дни…
- Эх, - покачал Василий Васильевич. – Вот именно из-за таких невероятно занятых, как вы, и гибнет современное телевиденье. Но наш канал оказался на волне славы, потому ничто его не остановит! Во-первых, ваше интервью с Лекой уже растащили на цитаты… Правда, сначала всё рвануло в этом мерзком интернете, но потом смогло всё-таки выбраться на нормальные каналы. Наше интервью цитировали, нашим логотипом светили каналы-гранды!
Я пораженно заморгала. Взглянула на Женю, словно пытаясь убедиться в том, что Вась-Вась не шутит. Женя выглядел так же удивленно, как и я, и, кажется, он всё ещё не понимал, какое на нас, по мнению Вась-Вася свалилось счастье.