Альма Либрем – Бастарды его величества (страница 46)

- Разве вы в это верите? - если б он закричал, Диане было бы легче, но нет. Даркен оставался спокоен, а его слова обволакивали сознание. - Ведь было же понятно, что леди Лорейн вложила в удар всю силу, что у неё есть. Кэрант - не тот, за кого себя выдаёт. Всем нам, а особенно Вашему Величеству, следует быть с ним осторожными. Может, это какой-то засланец из Наррары?!

- Вам не к лицу глупые подозрения, - равнодушно ответила Диана. - А я не хочу разговаривать об этом. По крайней мере, сегодня. Хотите, чтобы я переменила своё решение - найдите доказательства. Подтвердите, что Кэрант действительно не является сыном короля Эдмунда. Я хочу принести благо Алиройе.

Последнее заявление завело Даркена в тупик. Он и хотел что-то возразить, но, наверное, не мог подобрать подходящие слова. А Диана оставалась совершенно спокойной и уверенной в том, что делала. Она знала, что ни в коем случае нельзя отступать от уже принятого решения. Это может стоить и ей, и государству жизни и свободы.

- Вы молчите? - надменно спросила она. - Что ж, это правильно. Я уйду, а вы подумайте.

Она повернулась к Даркену спиной и уже даже отошла от него на несколько метров, когда тот наконец-то заговорил.

- Вы мне не верите, - на этот раз обволакивающие нотки в голосе пятого сына вызвали раздражение. - Считаете, что магия - это более уникальное наследие, чем умение управлять людьми? Но мы с Его Величеством похожи намного сильнее, чем вам кажется, Диана. Очень глупо считать, что всё, что я могу - завораживать других словами. Речью. Моя сила... Да, я назову это силой. Мама считала это особенным подвидом магии. Она с удовольствием повторяла, что я однажды унаследую у своего отца всё, что он будет способен мне оставить. Готов ли я отказаться от этой идеи? Нет, Ваше Величество. Алиройя по праву принадлежит мне, как престолонаследнику, как родному сыну короля Эдмунда. Я не верю в то, что Кэрант - его кровь и плоть. Он другой. Актёрский талант Вилфрайда вряд ли столь уникален, чтобы быть исключительно королевского происхождения. А Адриан... Да что же, его скорее можно выдать за сына героя сегодняшней пьесы, чем короля Эдмунда. Вы не желаете признать очевидное, Ваше Величество.

Диана признала бы очевидное, но разве она говорила, что у короля остался в живых только один сын? Вряд ли Даркен и Кэрант были настолько близки, чтобы делиться этим друг с другом.

- Почему вы молчите? - спросил он. - Почему не хотите ответить, Ваше Величество?

- Даркен... - Диана смотрела только вперёд. - Вы хотите услышать мой ответ? Что ж. Я могу это обеспечить. Скажите, Даркен, готовы ли вы признать, что убили короля Эдмунда?

Она резко повернулась к нему, и пламя, до этого спокойно таившееся на подоле платья, стекло по шлейфу к ногам и распространилось по каменному полу. Диана всматривалась в черты чужого лица и представляла, как сожжёт Даркена, когда он попытается ей помешать. Как избавит его от всех мыслей о престолонаследии. Но ей в первую очередь надо было узнать ответ.

- Я не убивал Его Величество, - ошеломлённо произнёс Даркен. - О чём таком вы говорите, Диана?

- Вот вы и признались во всём сами, - подытожила она без особой грусти. - В таком случае, не смею задерживать. Идите, Даркен. Нам пока что не о чем с вами говорить. Идите, идите...

Диана наконец-то нашла в себе силы уйти. Ей хотелось остаться в одиночестве. Не видеть ни одного из предполагаемых сыновей короля Эдмунда. Не слышать эти лживые речи...

Просто забраться в постель и сжать в руке мамин медальон, который всегда приносил Агнессе спокойствие. Когда-то, когда Диана была маленькой, мать сказала ей - вот он, единственный мужчина, которого она любила. Сначала девушка была уверена, что там, внутри, отцовский портрет.

А потом узнала о лорде Ортеме. Долго рассматривала его лицо, часами вглядывалась в напоминающие собственные её глаза...

Из спальни доносился вой. Диана насторожилась - псы обычно вели себя тихо, - а после, уже и не стараясь преодолеть нарастающее беспокойство, бросилась внутрь.

Она распахнула дверь и застыла на мгновение на пороге. Крик, рвавшийся на свободу, застрял в горле.

Диана уже видела это. То же место. Одинаковая поза. Такое же окаменевшее лицо. Удивительно, как люди, совершенно разные при жизни, становились похожими после смерти…

Глава сорок третья

Кэрант не чувствовал злости. Холод, ударивший его в грудь, выжег остатки эмоций, оставив один лишь ледяной расчёт. Баронесса, покорно идущая рядом, всё не решалась и словом нарушить тишину, думая, что он злился, а мужчина сейчас не был способен и на это.

Он открыл дверь, ведущую в покои ван Бэйрст,

- Тебе следует быть осмотрительнее, - Кэрант усадил Лорейн на кровать. - Ты должна понимать, что твой враг - отнюдь не Диана. И, полагаю, не Вилфрайд.

- Она могла меня убить, - слабым голосом прошептала Лорейн. - Юргену бы понравился её дар, - она облизнула пересохшие губы. - Он мечтал иметь что-то такое. Не представляю себе, в какое чудовище она превратится, если её мужчина отберёт у неё дар... Кэрант? - она подняла на него взгляд и побледнела пуще прежнего. - Пресветлые боги... Ты её любишь?

- Разве ответ на твой вопрос не очевиден?

- Отнюдь! - выпалила Лорейн, вскакивая на ноги. - Разве есть способ лучше добиться трона! Ты оставил ей её магию, да? - Кэрант медленно кивнул. - Ну, разумеется. Потому она ничего не боится. Она знает, что никто из этих... никто не посмеет причинить ей вред. Просто не сможет. Счастливая. Я бы тоже так хотела.

- Очень сомневаюсь, что Вилфрайд тронул бы твою магию. Он казался очарованным твоим милым поведением.

Грустная улыбка украсила лицо Лорейн.

- Может быть, - кивнула она.

Постояв ещё несколько секунд, девушка наконец-то села, а потом и забралась поглубже в кровать, прямо в неудобном платье. Её трясло - не следовало выбрасывать столько магии в воздух. Затравленный взгляд, метавшийся из угла в угол, плотно сжатые губы - Кэрант уже видел несколько раз Лорейн в таком состоянии, и каждый раз баронесса сама была виновницей собственного истощения.

- Я так устала, - пожаловалась она. - Мне надоело бояться. И Юрген...

- Он тебе больше не помешает, - пообещал Кэрант, тоже присев на краешек кровати и взяв Лорейн за руку. - Клянусь, ни он, ни мой драгоценный отец больше не причинят вред ни одной женщине на свете.

Ван Бэйрст сжалась.

- А Диана правда считает тебя бастардом Эдмунда? Не боишься, что она сожжёт тебя, когда узнает, кто ты на самом деле?

- Она знает, - Кэрант шумно втянул носом воздух. - Довольно давно знает.

- Ещё до...

- Разумеется.

- О, - Лорейн отвернулась. - Я зря ей это всё сказала, да?

- Она в чём-то и вправду похожа на Эдмунда, - Кэрант протянул руку и осторожно погладил Лорейн по щеке. - Но не настолько, как ты сказала. Диана импульсивна, её никто не учил владеть собственным даром, а с меня такой себе наставник, магия-то другая.

- Тем не менее, она уже свободна. Она, а не я.

- Послушай, Лорейн, - мужчина обнял её одной рукой за плечо, привлёк к себе и нежно поцеловал в висок. - Леди Хлоя, конечно, рассчитывала на что-то, когда принимала меня в семью, может быть, пыталась обеспечить тебе безопасное будущее... Но я люблю тебя, как сестру. Хотя у нас и были разногласия, мы - родные друг другу люди. И, как любой нормальный брат, испытывать к тебе чувства, как к женщине, я не могу.

- От тебя никто не просил любви! - девушка зло ударила его кулаком в грудь. - Я просто хочу быть свободной!

- Ты будешь свободной с тем, с кем захочешь разделить не только одну ночь, а и всю жизнь, - мягко возразил Кэрант. - И это буду не я, Лорейн. Ты прекрасно знаешь, что осталась бы несчастной.

- Счастливее, - она отвернулась, - чем после свадьбы с Юргеном. Странно, что он до сих пор не нашёл меня. Ведь хотел! Его Величество заявил, что его драгоценный сыночек плохо себя чувствует, он нуждается в магической поддержке... У меня только на тебя была надежда. А ты меня предал!

Кэрант так и не выпустил её из объятий, и Лорейн уткнулась носом ему в плечо, с силой уцепившись пальцами в воротник рубашки. Плакала, наверное; по крайней мере, едва ощутимо вздрагивала каждые несколько секунд, но не двигалась, боясь спугнуть хотя бы то смутное ощущение безопасности, которое сейчас у неё было.

- Поверь мне, - вновь заговорил Кэрант. - Я сделал всё, что мог, чтобы Юрген никогда не получил твой дар. И он был здесь на балу.

Лорейн застыла. Теперь уже она превратилась в камень или в ледяную глыбу, не способную двигаться. Напряженные мышцы, казалось, грозились вот-вот лопнуть от каждого случайного движения. Кэрант знал, насколько плохо сейчас было девушке. В душе её кипела обида, а сама Лорейн чувствовала себя преданной - и им, и родной матерью, всеми, кому могла умирать.

- Как - был? - спросила она. - Но как такое возможно? Мне казалось, я видела его, даже сказала об этом Диане, но потом подумала, что ошиблась...

- И он, и наш отец.

Лорейн подняла на Кэранта испуганный взгляд. Её кожа стала ещё бледнее, почти белая.

- Но...

- Юрген решил, что магия Дианы куда привлекательнее твоей, - Кэрант не стал скрывать от девушки правду. - Но я успел вовремя. Теперь Юрген не имеет даже тех жалких крох волшебства, что были у него прежде. Всё закончилось. Он - бездарность, которой был всегда.