Альма Либрем – Бастарды его величества (страница 4)
Мать ошеломлённо смотрела на неё, тяжело дыша. Кажется, она перебирала в голове все возможные обращения к дочери, но до сих пор не определилась, как именно должна поступить.
- Его Величество, - вкрадчиво произнёс лекарь, - хотел бы…
- Его Величество мёртв! – прервала его Диана, не позволяя при слугах озвучить что-либо, способное дискредитировать её. – И всё, чего он хотел бы сейчас – это уважения к королеве, которую сам же возвёл на престол и преклонения пред своим мёртвым телом. Вы не желаете выразить первое и отказываетесь от второго
Мужчина побелел и попятился, только сейчас поняв, какие советы и кому посмел отдавать. Но Диана была непреклонна. Сегодня ей не хотелось молчать.
- Помогите господину лекарю перенести тело Его Величества, - распорядилась Диана. – Да поживей! И выполните мой предыдущий приказ, коль уж решитесь меня слушать.
Наконец-то слуги отмерли. Одна из девчонок, самая юная, удивительно бледная, метнулась к королеве, подобрала бумагу и так и застыла в глубоком поклоне, протягивая Диане скомканный лист.
Та взяла пророчество из чужой дрожащей руки и смерила злым взглядом остальных.
- Будешь прислуживать мне лично, - Диана позволила своим ледяным пальцам прикоснуться к девичьему запястью. – А вы все – вон!
Служанка, повинуясь приказному жесту, выпрямилась и встала за спиной королевы. Было видно, что девочка вот-вот заплачет от ужаса, хотя Диана не знала, она ли так сильно испугала бедняжку, или дело в мертвом короле.
Двое других слуг наконец-то принесли носилки, осторожно переложили на них тело короля и, стараясь смотреть на мертвеца со всем уважением, которое были способны выдавить из себя, двинулись прочь из покоев. Традиция велела мёртвому королю пребывать в тронном зале, одетому в парадную одежду, с короной на голове, покуда не свершится погребальная церемония. Что ж, Эдмунд оказал им огромную услугу, когда умер прямо в свадебном наряде. Возможно, его даже не станут переодевать.
- Вам нужна моя помощь, Ваше Величество? – обратился к Диане лекарь.
- Ступайте, - велела она, изо всех сил стараясь оставаться спокойной. – Вы тоже можете идти, матушка.
- Да, Ваше Величество, - мать сглотнула, присела в глубоком реверансе.
Она всё ещё не считала её королевой. Диана чувствовала это в каждом движении матери, знала, что та не будет способна на то уважение, которого её дочь достойна. Но, что ж, если она не может… Диана была готова отвоевать свой статус.
Наконец-то слуги ушли, и она устало опустилась в мягкое кресло, в котором, очевидно, любил сидеть король, принимая гостей.
- Сними корону, - велела она служанке.
- Да, Ваше Величество.
- Хорошо, - Диана указала ей на маленький столик. – Принести мне бумагу и перо с чернилами.
Служанка присела в быстром реверансе и бросилась выполнять приказ. Диана наблюдала за её суетливыми движениями с мягкой улыбкой, словно рассчитывала на то, что девчонка вот-вот оступится. Совсем ещё дитя, вряд ли старше шестнадцати лет…
Следовало написать королевскому распорядителю, чтобы завтра утром огласили о смерти Эдмунда. Этот факт не доставлял Диане ни печали, ни радости, она чувствовала себя посторонним человеком, удивительно жестоким, не способным сочувствовать чужому горю. Что ж, это было приятное избавление – она не грустила по своему покойному мужу.
Письмо, сухое и сдержанное, казалось ей пустым. Диана уже думала поставить свою подпись, запечатать и отдать служанке, но в последний момент переменила решение и дописала ещё несколько предложений с ледяной улыбкой на губах.
Завтра она узнает о том, лгало ли пророчество о детях короля. Семь сыновей… Алиройя должна была молиться, чтобы ни один из них не был похож на короля Эдмунда душой.
Глава четвёртая
С самого утра глашатаи трубили о смерти Его Величества. Диане не спалось; она долго стояла у окна и прислушивалась к шуму, доносившемуся снаружи.
Служанка помогла ей одеться, затянула шнуровку траурного платья - свадебное отлично подходило для этих целей, - и теперь укладывала волосы в длинные косы, традиционную алиройскую причёску. Диана сидела, неестественно выпрямившись, и смотрела на своё отражение. Ей не нравилась чрезмерная бледность, хотя девушка и знала, что это совершенно нормально для молодой вдовы.
- Готово, Ваше Величество, - тихо произнесла служанка. - Что-нибудь ещё?
- Как тебя зовут? - Диана всмотрелась в своё отражение. Служанку там тоже было видно, и королева убедилась в том, что та - совсем ещё девочка.
Вряд ли ей исполнилось шестнадцать.
- Малика, госпожа.
- Малика, - повторила она её имя, чувствуя, как оставляют звуки чужого имени странный привкус во рту. Это всё магия, которой Диана не умела управлять. Магия, в которой она ничего не принимала. - Ты давно при дворе?
- Несколько месяцев, Ваше Величество.
- И что ты можешь рассказать мне о короле?
- Но ведь он мёртв!.. - выпалила девочка и тут же стыдливо опустила голову. - Его Величество был мудрым государем, и большая трагедия для Алиройи...
- Прекрати, - оборвала её Диана. - Ты должна говорить мне правду. Эдмунд был отвратительным человеком, мы обе об этом знаем. И многие обрадуются его смерти. Многим эта смерть была выгодна. И, несомненно, найдётся не один и не два незаконнорождённых ребёнка, которым нужен этот трон... Принеси мне корону.
Малика спешно опустилась в глубоком реверансе и убежала в соседнюю комнату. Диана знала, что корона лежала на бархатной бордовой подушке и сверкала, воруя последние лучи солнца, попадавшие в помещение. Она была, несомненно, красива - и пугала не меньше. Почему-то мысли о символе власти перестали вызывать у Дианы неприятную дрожь. Напротив! Она чувствовала себя счастливой, потому что обладала чем-то страшным, недоступным для других...
Дверь распахнулась, и Диана увидела в зеркальном отражении одного из лакеев.
- Ваше Величество, к вам господин советник.
- Пусть войдёт.
Зашевелились застывшие в углах тени. Лакей с поклоном отступил, перед советником открыли двери, и он вошёл в зал, где прежде король встречал своих друзей и подданных ядовитой улыбкой. Диана и сама бывала здесь, сидела по несколько часов, прислушиваясь к неинтересным мужским разговорам. Ведь она была невестой Эдмунда, а Его Величество заявлял, что хочет узнать её получше?
Диане хотелось заглянуть ему в мёртвые глаза и спросить, действительно ли он узнал всё то, что хотел, или она должна ему ещё несколько неприятных историй.
Советник тоже отражался в зеркале, и Диана подумала: а ведь она должна быть осторожной! Даже если теперь она - королева, это только начало всех испытаний. Ведь Эдмунд даже после смерти куда живее всех вокруг. И власти его, возможно, и с того света хватит, чтобы испортить ей жизнь.
- Что вы хотели? - гордо спросила она.
- Доложить об исполнении приказа, Ваше Величество.
Она не обернулась, пусть и хотела это сделать. Советник Гормен был не слишком верным служителем короля Эдмунда, но никогда никто не мог обвинить его прямо. Изучая мужское отражение, Диана задавалась вопросом, насколько она может доверять этому мужчине.
- Вы нашли сыновей Его Величества? - спросила Диана, не желая увиливать.
- Шестерых, Ваше Величество.
- Их должно быть семеро.
- Поиски продолжаются. Ваше Величество...
- Да?
- Что вы хотите сделать?
Диана усмехнулась.
Она вспомнила, как Эдмунд, умирая, схватил её за руку. Он убивал своих детей. В живых остался кто-то один. И стал причиной его смерти.
Вчера, прокручивая в голове его слова и текст пророчества, она поняла, что чем дольше будет играть в прятки со своими соперниками, тем больше потеряет. Не следовало дать им шанс подготовиться. Убийца короля Эдмунда - его последний сын, - должен был взойти на трон. Диана знала, что пророчеству дадут ход на второй же день после смерти короля. Возможно, после его похорон.
- Вы поступили очень мудро, - вкрадчиво произнёс Гормен. - Я не ожидал такой прыти от вас, леди Диана.
Она не стала поправлять Гормена, хотя, конечно, должна была. Он не имел права обращаться к своей королеве по имени, но сейчас пытался подчеркнуть, что всегда рядом, а она, слабая молодая девочка, должна благодарить судьбу за то, что он находится рядом. Он поможет ей определиться с выбором... Нельзя сказать, что Диана не нуждалась в поддержке, но она хотела сама править своей жизнью, а не полагаться на чужую волю.
- И в чём же моя мудрость? - мягко спросила она.
- О... - Гормен подошёл ближе, давая возможность ещё лучше рассмотреть собственное отражение. - Если бы вы позволили себе горевать над телом мужа, на утро об этом пророчестве вспомнила бы вся страна. Ведь королева, не несущая в себе кровь рода, должна возложить корону на голову наследнику Его Величества. Будет это её ребёнок или дитя другой женщины...
- Его Величество не имел возможности осчастливить меня наследником, - прервала цепь чужих размышлений Диана. - Я короную сына Эдмунда и буду молиться, чтобы наследная линия не прервалась.
Спокойное лицо Гормена несколько изменилось. Возможно, он ждал от Дианы другого ответа, она даже могла предположить, какого именно, вот только не была готова удовлетворять чужие желания.
В его массивной фигуре девушка заметила вдруг что-то грубое. Советник не казался ей умным человеком. Она вглядывалась в его простое лицо, скользила взглядом по линии квадратного подбородка, широким плечам... Ей казалось, что такие люди должны возглавлять армии, а не помогать королю править там, где следует думать головой. А потом Диана подумала, что советник Гормен, вероятно, отлично пользовался несоответствием своей внешности с тем, кем он был на самом деле. Ведь это давало ему возможность одержать власть, не вызвав подозрений у Эдмунда.