Альма Либрем – Бастарды его величества (страница 24)
Но мужчина словно пропал. Не было рядом седьмого сына – хотя Диана только краем мысли хваталась за возможность наследия престола Кэрантом, а на самом деле уже почти не верила в это, - не было и других людей. Только громадина пустого дворца, давившего на неё, и тяжёлая корона на голове, которую бастард превратил в россыпь сапфиров…
- Скажи мне, - прохрипела она, чувствуя, как языки пламени скользят по губам, высвобождаясь вместе с дыханием. – Правда ли ты бастард короля?
- Клянусь всем, что имею, - Кэрант обнял её, но это ощущалось словно в другом измерении. – Клянусь честью и жизнью. Клянусь даром, да, я бастард короля.
Она вздрогнула. Неужели был шанс? Было ради чего овладевать собственной магией? Может, и она сумеет обрести своё счастье с человеком, которого… Любит? Или всё же ненавидит?
Огонь не желал утихать. Он рвался на свободу. Но Диана чувствовала кожей: Кэрант говорил правду. Её магия доверяла ему, его клятве. Была готова стать свидетелем в этом деле… Ей следовало бы сегодня же надеть наследную корону на его голову, если б только Диана могла…
Но она не смела. Она решилась только схватить собственный дар, набросить петлю на огненный силуэт, пытающийся выскользнуть из её тела, и привязать к собственной плоти.
Реальность вернулась. Диана чувствовала, как сдавило её грудь, и тяжело дышала, мечтая избавиться от вновь ставшего слишком тугим платья. Она мечтала о свободе, которую не могла одержать, о человеке, который, возможно, солгал ей, поклявшись жизнью.
- У тебя получилось, - Кэрант заключил её в объятия. – Диана! Ты смогла это сделать! Смогла, слышишь! Значит, удастся и другое…
Диана вскинула на него взгляд.
- Это уже неважно, - прошептала она, прежде чем поцеловать – впервые в жизни поцеловать мужчину, а не просто поддаться.
Кэрант застыл на мгновение, а после притянул её к себе ещё крепче, и всё вокруг потеряло значение.
Глава двадцать вторая
Их осталось пятеро. Об этом Диана, разумеется, старалась не думать, а сегодня так и вовсе просто наслаждалась приятной музыкой. У Вилфрайда был великолепный голос, и он умел петь не просто красиво - обворожительно. Королева, устроившись в кресле, вслушивалась в слова и старалась забыть о том, что перед нею такой же возможный наследник престола, как и остальные четверо бастардов. Шестой сын наигрывал на гитаре, которую принёс с собой, и пел, разумеется, о любви. В отличие от Кэранта и Адриана, что в соответствии со статусом устроились в креслах, он занял место, более привычное для актёра - сидел на невысоком пуфе, откинувшись назад и упёршись спиной в стену.
Диана подумала, что соскучилась по тем вечерам, когда все они могли просто наслаждаться пением Вилфрайда или его мастерской актёрской игрой, забыть о политических интригах... Она прекрасно помнила, как несколько раз актёр выступал не только для друзей Его Величества, а и для большего круга приглашённых, в который входила и невеста Эдмунда. Кто б сказал ей тогда, что Вилфрайд будет претендовать на престол? Ещё и не по собственной воле, а потому, что так велел король...
Ни Даркен, ни Тобиас не пришли сегодня. Даркен сослался на порыв вдохновения, а Тобиас... Диане не хотелось его видеть. Она опасалась скандала, а сегодняшний вечер, камерный, спокойный, мечтала провести в кругу более приятных ей людей.
- Скажите, Адриан, - повернулась она к третьему сыну, стараясь не смотреть на Кэранта, - вы хотели бы стать королём?
Он вздрогнул.
- Если это даст мне шанс выгнать прочь казначея, - усмехнулся Адриан, - то это было бы очень приятно... Но я не стремлюсь к королевскому статусу. К тому же, вряд ли король - действительно мой отец.
- Что?! - вскинула голову Диана.
Вилфрайд тоже умолк. Он сам недавно утверждал, что вряд ли имеет какое-то отношение к королевской линии, а теперь те же слова повторял Адриан, только спокойнее.
Кэрант усмехнулся, но не проронил ни слова, только внимательно смотрел на Диану, ожидая её реакции. Она почувствовала, как прихлынула к щекам кровь. Удивительно, как короткая фраза о наследовании престола могла выбить из колеи. Диана порой жалела, что вообще оказалась участницей этой игры за трон, а теперь вот своими руками разрушила приятный вечер.
- Увы, - пожал плечами Адриан. - Как бы мне ни льстило внимание короля Эдмунда к моей скромной персоне, оно явно было фальшивым.
Диана скосила взгляд на Кэранта. Один за другим бастарды из списка Эдмунда оказывались просто подделкой. Неужели они все - ненастоящие?
- Моя мать всегда говорила, что я унаследовал свой ум от дедушки. И раз двадцать повторяла, что их связь с моим отцом была случайностью, а он ничего не знает о моём существовании...
- Если бы о вас узнал король Эдмунд, брат мой, - в контексте уже произнесённых слов последнее прозвучало подобно насмешке, - то вас бы уже не было в живых.
Адриан пожал плечами.
- Всё возможно, - согласился он. - Но вот, посмотрите, - мужчина снял с шеи какой-то медальон.
Диана приняла его из рук Адриана и взглянула на портрет. Молодой человек, улыбавшийся с миниатюры, действительно был схож с третьим бастардом. Тот же разрез глаз, линия губ. Не хватало цепкого взгляда.
- Зачем вы рассказываете об этом мне, да ещё и при свидетелях? - усмехнулась королева.
- Затем, - Вилфрайд отложил в сторону гитару, - чтобы вы понимали, Ваше Величество, что всё происходящее - какой-то фарс. Может быть, никто из нас не является сыном короля Эдмунда, а вас пытаются разыграть? Это пророчество наверняка лживо. Я тоже могу утверждать то же, что и Адриан, хотя и не знаком со своим отцом. Если б король Эдмунд считал нас своими детьми, то давно подал бы вид или уничтожил, как ненужных отпрысков.
- Прекратите. Полно вам! - оборвала его Диана. - Вы решили сделать мой выбор проще? Ни один нормальный человек не отказался бы от трона.
Она поднялась со своего места, расправила юбки - другого платья, но похожего на то, которое создал Кэрант. Это было плодом не волшебства, а труда придворной швеи, и Диана чувствовала разниц даже не во внешнем виде, а в том, как ощущалась ткань платья, как сдавливала шнуровка грудь... Множество нюансов, которые не следовало даже замечать - а она всё равно ощущала их и не могла избавиться от постоянно вспыхивающих в голове сравнений.
- Давайте я спою что-нибудь другое, - предложил Вилфрайд. - Чтобы Её Величество не грустила? Какой-нибудь романс о любви? - он взглянул на королеву.
- Только о взаимной, - кивнула Диана. - Что-нибудь такое нежное...
- Хорошо, - Вилфрайд задумался. - Кто-нибудь сыграет на рояле? - он взмахом руки указал на таившийся в углу музыкальный инструмент. - На гитаре будет дурно...
Кэрант, не произнеся ни слова, поднялся со своего места и направился к роялю.
- Задавайте мотив, - усмехнулся он и, услышав первые несколько нот, прервал Вилфрайда. - Знаю. Адриан, Ваше Величество, не желаете потанцевать?
Диана тоже узнала песню по первым нотам. Это была песня не о любви - или не о взаимной. Грустные слова ложились на музыку легко, напевно, и она задалась вопросом, почему Кэрант и Вилфрайд выбрали именно это и считали, что она сможет танцевать. Она вскинула руку, останавливая порывавшегося встать Адриана, и застыла, внимательно прислушиваясь к плетению слов. Песня была волшебна. Диане бы хотелось знать, о ком она была написана. Каждый раз, закрывая глаза, она представляла себе древние замки, людей, которые ещё умели любить друг друга, а не только править, и представляла таинственный образ неизвестного человека. Вот только в воспоминаниях он почему-то приобретал черты Эдмунда, и королева, жмурясь, пыталась отрицать это, вырвать его из своей памяти и представить что-нибудь иное. Кого-нибудь...
-
Она уже привыкла к мысли, что должна будет избрать себе нового супруга, променять свободу на брачные обеты и клятвы государству. Не смущалась и того, что мужем её станет сын Эдмунда, того, с кем Диана впервые ступила к алтарю. Ненависти к королю в душе у девушки больше не осталось. Она привыкла к этому странному чувству, привыкла к тому, как колет в груди и как напоминает о себе магия, вышедшая из-под контроля после прихода его призрака.
Последняя неделя прошла, как в тумане. Дворец готовился к празднеству, а ведь недавно похоронили короля! А Диана всё выбирала из пятерых… Выбирала? Вот и Адриан сказал, что королём становится не желает. А ведь она всё это время в большей мере проводила с Кэрантом, наслаждалась его присутствием, его мягким голосом, тем, как он учил её магии и позволял овладевать новыми возможностями собственной силы.
Королева чувствовала, что может быть счастливой лишь украдкой, воруя эти моменты у государства и долга. Старалась не сталкиваться с придворными и с Горменом, а приказы передавала через Адриана. Игнорировала военную обстановку, потому что там командовал Тобиас… А ведь следовало прогнать всех бастардов, кроме того единственного, с кем она пойдёт под венец, и взять государство в свои руки!