Аллегра Геллер – Сопряжение. Код CGH (страница 3)

Ясон надел шляпу и провел пальцами по полям, чтобы придать ей идеально верное положение. Глаза исчезли в тени.

Просыпавшийся Инсбрук неспешно заполняли машины. Ясон вырулил из двора и, постояв в пробке на объездной, решил проехать через центр. Пробравшись в левую полосу, которая двигалась с воодушевляющей скоростью, он включил первый попавшийся бизнес-канал.

– …пресс-служба «Стерны» отрицает причастность компании ко взрывам в Бангкоке, однако руководство «Ваттана Груп» не считает эти заявления убедительными. Самолетам «Стерны» запрещена посадка в аэропортах Юго-Восточной Азии. Суда, которые уже провели в воздухе более десяти часов, вынуждены срочно искать возможность приземления. Мы с замиранием сердца наблюдали за эффектной посадкой на воду борта STR-70, который не дотянул всего несколько километров до Порт-Блэра на нейтральном острове Южный Андаман. Все пассажиры благополучно доставлены на берег. К сожалению, судно STN-367 проигнорировало запрет и попыталось сесть на Суматре. Без диспетчерского сопровождения аэропорта борт потерпел крушение. Число погибших…

Эту историю Ясон слышал ранним утром в такси. Репортеры уже окрестили полет STN-367 «рейсом в никуда». Он переключил на следующий канал.

– …поговорим с экспертом-политологом Энн Кёлер.

– Добрый вечер, Джефф.

– Энн, зачем «Стерне» взрывать чужие заводы?

– Например, чтобы продемонстрировать свои новейшие разработки. – Судя по голосу, Энн было не меньше сорока, и она много курила. – «Ваттана» растеряла былое влияние из-за проблем с энергосетями в Мьянме. Однако знаете, как говорят: у старого волка могут быть острые зубы. Вопрос в том, готова ли «Стерна» к войне с дзайбацу.

– Вся эта история становится похожа на легенду об Икаре. «Стерна» подлетела слишком близко к солнцу, и ее мощь тает на глазах. – Джефф издал интеллигентный смешок. – А «Ваттана» всего лишь закрыла аэропорты.

– Это только начало. Кодекс корпораций позволяет предпринимать любые меры для защиты собственности и интересов. «Ваттана» уже пустила в ход финансовые инструменты: банки откажут «Стерне» в кредитовании… – Эксперт зашлась влажным кашлем и высоким голосом, сдерживая очередной позыв, быстро договорила: – …а корпорации срочно понадобятся оборотные средства, чтобы компенсировать ущерб.

– Энн, мне кажется, или вы симпатизируете «Стерне»? – с укоризной произнес ведущий.

Ясон хмыкнул и под тяжелое дыхание политолога, которая пыталась справиться с кашлем, въехал в квартал «Десяти королевств».

– Скорее, с интересом наблюдаю за развитием событий, Джефф, – прокаркала она. – «Стерна» ведет себя дерзко и раскачивает лодку. Возможно, этим воспользуется кто-то еще…

Система «Десяти королевств» распознала красную птицу на идентификаторе и предложила парковочное место ближе ко входу в «Тройку». Все выглядело обыденно. Инсбрук хоть и претендовал на звание бурно развивающегося IT-центра, все еще был на обочине информационных путей, и эта инерция оберегала корпорацию: несмотря на преследование «Ваттаны», «Стерне» не запретили осуществлять деятельность в регионе. По крайней мере, пока.

Следуя инструкции Мизрахи, Ясон первым делом направился в медблок. В коридоре было по-воскресному пусто, и шаги рождали хлесткое эхо, свойственное всем медицинским учреждениям. Дверь кабинета врача-ирландца резко распахнулась – Ясон едва успел увернуться, – и в коридор вышел Демьен Лефевр.

В черном костюме и черной рубашке, топ-менеджер «Стерны» казался не более уместным в санитарной белизне коридора, чем ворон в бетономешалке. Демьен застыл, уперевшись взглядом в стену, на скулах ходили желваки.

Ясон решил обозначить свое присутствие:

– Утро доброе.

Демьен резко повернулся:

– О, ты уже здесь. – Настоящее выражение его лица скрылось под нефтяной пленкой спокойствия. – Как долетел?

– Без задержек. За таблетками от головной боли бегаешь?

Дверь распахнулась снова. Ясон инстинктивно выбросил руку вперед и зашипел от хлесткого удара. Из кабинета вырвался мужчина, наткнулся на Демьена и сделал шаг назад. Ясон увидел на голубой рубашке неровные темно-синие пятна, в ноздри ударил кислый запах пота.

– Не отдавайте меня, господин Лефевр! Я не могу назад, я еще раз не выдержу-у-у!

Слова перешли в вопль. Мужчина схватился за голову и метнулся в сторону, добежал до тупика в конце коридора и повернул обратно. Демьен стоял неподвижно, но, когда беглец поравнялся с ним, ударил его в основание челюсти. Вопль оборвался, и мужчина мешком обрушился на пол.

– Даг, ты, кажется, собирался ему успокоительное дать, – сквозь зубы сказал Демьен выглянувшему из кабинета рыжему врачу.

Даг, врач-ирландец, что-то невнятно промычал в ответ, опустился на колени, нащупал у мужчины пульс и, удовлетворившись, воткнул ему в шею тонкий шприц. Потом, кряхтя, поднял беглеца с пола и затащил в кабинет.

Демьен наблюдал за ними, положив руки в карманы брюк.

– Он из Протектората, судя по акценту, – подал голос Ясон, когда дверь закрылась. – Член команды, которая заключала контракт в Бангкоке?

– Да. При эвакуации «Ваттана» его задержала. А несколько часов назад – вернула мне.

– В целости и сохранности?..

Демьен нехорошо усмехнулся.

– Пойдем. Я тебе покажу. – Он кивнул головой в сторону соседнего кабинета.

За белой дверью скрывалась компактная операционная. Пахло спиртом и еще, едва заметно, чем-то гнилостно-сладким. На полу валялась смятая одноразовая простыня. Пинком отшвырнув ее в сторону, Демьен прошел к столу и включил вирт-панель. На темно-синем фоне развернулась рентгенограмма двух человеческих ступней.

– Это его ноги, – бросил Демьен. – А вот это – нормальные человеческие кости.

Половину экрана закрыл снимок руки: кости казались прозрачнее и серее, чем на первой рентгенограмме.

Ясон сложил руки на груди, разглядывая изображение:

– Разницу вижу, но не понимаю.

– «Ваттана» заменила ему кости ног. Мои специалисты до сих пор не могут понять, как можно так быстро сделать операцию и обеспечить стопроцентную приживаемость. Ты видел – юрист может бегать. А врачи говорят, что он даже стоять должен с трудом.

Демьен плюхнулся в кресло у рабочего стола, вытянул ноги и посмотрел на Ясона снизу вверх. Темно-серая радужка едва сдерживала черноту зрачков.

– Вот как. – Ясон прислонился к столу.

– Я знаю, что в биоинжиниринге мы плетемся в хвосте по сравнению со всеми дзайбацу «Зодиака», не говоря уж о «Байоворкс». Но не думал, что отрыв настолько велик.

– Этот юрист… он что, не заметил, как они это сделали?

– О нет, заметил. – Демьен крутанулся на стуле и, убедив вирт-панель в наличии доступа, открыл видеофайл.

На экране появился роботизированный цех – изображение было четким и контрастным. Дальняя производственная линия работала, ритмичные синие вспышки обозначали сварку. Устройства на переднем плане не двигались. Перед экраном показался мужчина. Он обернулся – это оказался юрист, с которым Ясон только что столкнулся в коридоре, – и что-то сказал людям, которых камера не показывала. Он махал руками, объяснял, уговаривал и медленно отступал назад. Желтая линия на полу предупреждающе замигала.

– В сопроводительном документе сказано, что сотрудник «Стерны» неразумно пренебрег правилами безопасности на производстве во время ознакомительного визита, – прокомментировал Демьен и снова откинулся в кресле. – Тяжело быть разумным, когда два амбала угрожают тебе оружием.

Неожиданно станок за спиной юриста ожил. Нога мужчины оказалась слишком близко к вращающимся элементам, и острый край захватил конец его брючины. Судорожная попытка вырваться оказалась безуспешной, и жернова втянули его ногу внутрь. Юрист начал падать, и вторая нога тоже попала под станок.

– Черт. – Ясон качнулся назад. – Черт.

Он бросил взгляд на Демьена – тот не смотрел на экран.

– Его зовут Николас Лисбоа. Люди «Ваттаны» дождались, пока станок раздробит ему ноги выше колен, а потом вытащили. Попутно что-то вкололи, чтобы он оставался в сознании все время, пока его везли в медблок и оперировали. А потом отправили сюда, в Инсбрук. Частным самолетом. – Демьен оскалился. – Передать привет господину Лефевру.

На экране мужчину уже укладывали на носилки. Четкость изображения позволяла разглядеть капли пота на темной коже его лба. Носилки двинулись, и мимо камеры проплыли руки, а потом – кровавое месиво из ткани и мяса, оставшееся от ног.

К горлу подкатила тошнота. Ясон выругался:

– Ваши бредовые корпоративные игры отдают средневековьем. Что дальше? Будем смотреть по Сети, как «Ваттана» кого-нибудь четвертует?

– Ролик из Йоханнесбурга имел бешеный успех.

Демьен махнул рукой, и видео наконец застыло, а потом медленно выцвело и исчезло, оставив заставку «Стерны». Он закинул руку за голову и сжал ладонь в кулак:

– Это видео – более чем изящный инструмент унижения. Демонстрация моей беспомощности перед великими дзайбацу. Могу только смотреть. А потом – разгребать последствия. Опять.

– Почему Лисбоа боится, что ты отправишь его обратно в «Ваттану»? – спросил Ясон.

В памяти медленно гасло четкое, карнавально-яркое изображение: распахнутый в крике рот, наклоненный корпус, адское слияние человека и машины.

– Ультиматум. «Ваттане» не нужны деньги. Я должен передать им интеллектуальную собственность и контракты специалистов, стоимость которых покроет нанесенный ущерб. – Он смотрел на экран, где эмблема с птицей цвета киновари пульсировала, перегоняя цифровую кровь. – Будем платить будущим «Стерны». Теми проектами, которые могли бы вывести корпорацию на новый уровень.