Аллан Рексворд – Алмаз Сердца (страница 15)

– Согласен, я в деле. Давай найдём этот проклятый Алмаз и придумаем, как помочь моему отцу.

Мы дали друг другу пять.

Записка 2025–293, Кнут Шмидт

Меня разбудил яркий свет, бьющий прямо в глаза. Во рту чувствовался странный привкус, что-то очень мягкое, будто бы плесень. Пахло чем-то кисловатым, гудели неисправные неоновые лампы, точь-в-точь как обычно бывало на Нулевом уровне. Я начал вспоминать, что случилось. За дверью из подвала пряталась ещё одна девушка из охраны, которая ударила меня шокером, а потом вколола мне в шею шприц, скорее всего, с каким-то наркотиком.

А что у меня с руками? Они были связаны за спиной, я не мог ими пошевелить. Лёжа на боку, я с трудом разлепил глаза: мягкий пол, но без коврового покрытия; бежевый гимнастический коврик с какими-то пятнами. Я поморгал и увидел, что стены были обиты таким же материалом.

Мягкая камера?! Серьёзно?.. Я с трудом сел. Да, на меня надели самую настоящую смирительную рубашку и узлом завязали за спиной её длинные рукава. Комната была пуста, за исключением обшарпанной двери, жужжащей неоновой лампы на потолке и камеры видеонаблюдения.

Действие наркотика постепенно заканчивалось, а мысли медленно прояснялись. К чему это всё? Судя по всему, меня пытались запугать. Но кто? Явно не биологи. «А-Синк»? Здесь, в Нойсе? Хотя, ладно, может, я уже и не в Нойсе, может, меня приволокли в какое-то другое место. Не важно. Я полагал, что рано или поздно явится кто-то, кто захочет поговорить со мной. Нужно было только подождать.

Прошло несколько часов. Плечи болели от напряжения, я весь вспотел, и меня мучила жажда. Должен признать, пытка была очень даже эффективная. Как долго они планировали её продолжать? Долго я бы так, разумеется, не выдержал.

Послышался негромкий щелчок. В двери на уровне глаз открылась щель. Наконец-то…

– Отойдите к дальней стене, – послышался глубокий мужской голос.

Я решил выполнить указание. Мало ли что. Дверь открылась. Вошёл крупный лысый тип и встал у входа, скрестив на груди руки. Он смотрел куда-то за мою спину, будто избегая встречаться со мной взглядом. Неужели? Да ведь я знаю этого парня: его зовут Юрген. Он работал в службе поддержки, но нередко исполнял и роль санитара, когда биологам приходилось притворяться сотрудниками психиатрической клиники – ведь многие люди приходили сюда в том числе и за консультацией. На пороге появилась миниатюрная, коротко стриженная брюнетка во врачебном халате.

– Здравствуйте, господин Шмидт. Как себя чувствуете? – дружелюбно обратилась она ко мне.

– Вы это всерьёз сейчас? – прохрипел я. – Что это за спектакль?

– Вынужденная мера, для вашей же безопасности. В последнее время вас было очень трудно успокоить. Прошло уже три недели с момента, как вы к нам поступили, и я только сейчас могу спокойно с вами говорить.

– Хватит чушь молоть. Где доктор Миндер?

– Я перед вами. Доктор Джулия Миндер.

– Ага. А теперь давайте всё же начистоту.

– Господин Шмидт. У вас посттравматическое стрессовое расстройство. Внедрение в службу внешней разведки в Москве обернулось для вас катастрофой.

– О чём вы?

– Вас накачивали наркотиками, жестоко избивали и пытали. Всю вашу команду убили на ваших глазах. Вас направили к нам, чтобы мы проработали эту травму.

– И для этого вам была необходима смирительная рубашка из музея?

– Нет, повторяю: это лишь вынужденная мера, чтобы защитить вас от самого себя. Как только вам станет лучше, мы продолжим разговор в моём кабинете. – Она повернулась к санитару: – Принесите ему воды, пожалуйста, и проверьте узлы и ремни на рубашке.

Похоже, она искренне верила во всё, что говорила. Можно ли было хоть на секунду допустить, что в её словах есть хотя бы доля правды?

Лысый шагнул ко мне, поднёс к губам бутылку воды. Я сделал несколько глотков. До чего ж унизительно. Затем он зашёл мне за спину проверить ремни. Но что это? Вместо того, чтобы затянуть ремень туже, санитар, похоже, ослабил его.

– Всё в порядке, доктор, – коротко отчитался он. Лицо его оставалось непроницаемым. – Не извольте беспокоиться, я послежу за ним по камерам в свою смену.

После этого странная парочка удалилась.

Я вздохнул с облегчением. Ведь на миг докторше всё же удалось заставить меня усомниться в том, что происходит. Ненадолго, но тем не менее… Последнее, что сказал Юрген, охранник в форме санитара, насчёт следующей смены и камер слежения, было излишним и однозначно предназначалось мне.

Как выбраться из смирительной рубашки? Хоть рукава и были сейчас ослаблены, но руки-то по-прежнему перекрещены и связаны за спиной. У фокусников подобные трюки обычно получаются за считаные секунды. Интересно, в чём их секрет? У них поддельные куртки или они себе плечевые суставы выворачивают? Я, если честно, понятия не имел.

Что я мог сделать в таком положении, с перекрещенными руками? Можно было, наверное, постараться ещё больше ослабить узел. Например, если поднять правый локоть… ай-ай… и попробовать просунуть голову. Сустав опасно хрустнул, и я не на шутку испугался, что так могу сломать себе шею. Да, надо было чаще йогой заниматься.

Через несколько минут мне удалось осуществить задуманное! Тяжело переводя дыхание, я оценил обстановку. Чего я добился? Обе руки в общем-то свободно двигались, но по-прежнему были связаны. Следующий шаг. Один из ремней я, пожалуй, мог подтянуть через плечо, нужно только зацепить зубами… Что я, собственно, и попытался сделать. Прочный, зараза. Я уже даже засомневался, что этот жёсткий материал поддастся прежде, чем я зубы себе сломаю. С уголка губ капала слюна, пару раз я чуть не упустил полоску кожи, но у меня всё же получилось вытащить ремешок из застёжки. Во рту ощущался привкус старой кожи и железа, меня затошнило. Нет, не сдаваться, ещё рывок и – да! Обе руки свободно двигались даже в длинных рукавах, оставшиеся ремни я расстёгивал прямо через ткань, она не то чтобы сильно мешала. Вскоре я стянул через голову тяжёлую рубашку. Наконец-то!

Потирая плечи, я огляделся. Окон в комнате не было, а дверь, как я убедился, была заперта. Может, Юрген и хотел мне помочь, но при этом опасался испортить отношения с новым начальством. Вполне возможно, что они даже угрожали ему – «А-Синк» обычно не церемонился с инакомыслящими. Просто так мне отсюда явно не выбраться. Что же в таком случае делать? Ждать. Рано или поздно дверь откроется, должны же мне, наверное, принести ещё воды или даже полноценный ужин. И если Юрген по-прежнему будет сидеть в комнате наблюдения перед монитором, у меня будет преимущество в виде элемента неожиданности. Через два часа за дверью послышались шаги. Щель снова приоткрылась, и подозрительно знакомый голос попросил меня отойти к задней стене. Для вида я накинул смирительную рубашку и послушно отступил назад.

Только-только щёлкнул замок и кто-то начал открывать дверь снаружи, а я уже сбросил рубашку, рванулся вперёд и толкнул плечом уже приоткрытую дверь. Раздался крик, грохот, кажется, что-то пластиковое упало на бетонный пол. Миссия была выполнена успешно. Человек за дверью не сразу оправился от удивления. Им оказался полный охранник, к его голубой униформе прилипла вермишель и овощи из супа, который этот тип, судя по всему, нёс мне. Я нокаутировал его сухим ударом. Точно мешок с картошкой, он повалился на пол, в лужу разлитого супа. Пока я связывал охранника его же собственными стяжками, я вдруг понял, почему его голос показался мне знакомым. Это ведь на него я напал в котельной. Нет, мы точно не подружимся.

Связав охранника, я забрал у него электрошокер. Теперь нужно было срочно выяснить, что за игра тут велась. Особенно я беспокоился за Марка. Без моей помощи он бы не справился с «А-Синком», а они, в свою очередь, могли использовать его, чтобы шантажировать меня. Это притом, что я и сам ещё толком не понимал, чего они от меня хотят и чего добиваются этой нелепой игрой.

Я быстро огляделся. Коридор с кирпичными стенами, из которого тянуло чем-то затхлым, был мне знаком. Это было старое подвальное помещение бывшей психиатрической больницы города Нойса. Почему, интересно, они не заперли меня в современном здании, которым регулярно пользовались? Ведь отсюда я легко мог вернуться в Закулисье. Правда, это ни к чему бы не привело. Я тряхнул головой и огляделся в поисках выхода. У покрытой заклёпками двери висел сенсорный дисплей. Судя по всему, я мог открыть её только электронной картой. Я обыскал лежащего без сознания охранника. На сей раз удача была на моей стороне – в его кармане обнаружилась ключ-карта. Секунда – и дверь распахнулась, сопровождаемая характерным жужжанием.

Выщербленная бетонная лестница вела на первый этаж. Я очутился в заброшенном офисном коридоре с белыми стенами, на которых не висело ни картин, ни чего бы то ни было. На полу же лежал тёмно-серый коврик. Что теперь? Центр безопасности находился в конце этого коридора. Я надеялся, что Юрген мне объяснит, что тут творится. Кроме того, он наверняка уже увидел по камерам наблюдения, что я сбежал. Я быстро добрался до нужной двери и вставил в щель ключ-карту. Дверь с писком открылась. В комнате было темно. На офисном стуле перед десятками мониторов спиной ко мне сидел человек.

– Юрген? – осторожно позвал я.