Аллан Кардек – Книга медиумов (страница 5)

17. В числе явлений этого рода следует поместить на первом плане видения, потому что они чаще случаются. Видение Салетты, которое признало даже духовенство, для нас не заключает в себе ничего необыкновенного. Конечно, мы не можем утверждать, что явление действительно было, потому что мы не имеем тому доказательств, но, по нашему мнению, оно возможно. Принимая во внимание, что тысячи подобных новейших явлений нам известны, мы им верим не потому только, что их действительность нам доказана, но потому в особенности, что мы отдаем себе полный отчет в том, как они производятся. Пусть взглянут на теорию, которую мы излагаем ниже, о видениях – и тогда увидят, что феномен этот делается весьма простым и столь же вероятным, как множество физических феноменов, которые потому только чудесны, что не имеют ключа к своему объяснению.

Что касается лица, явившегося Салетте, то это вопрос другой. Его тождество вовсе нам не доказано. Мы утверждаем только, что видение могло быть, остальное нас не касается; насчет этого каждый может оставаться при своих собственных убеждениях. Спиритизм этим не занимается. Мы говорим только, что действия, производимые спиритизмом, открывают нам новые законы и дают нам ключ ко множеству вещей, которые казались сверхъестественными. Если некоторые из случаев, считавшихся чудесными, находят в нем логическое объяснение, то это служит поводом не спешить отрицать то, чего мы не понимаем.

Спиритические феномены были оспариваемы некоторыми потому именно, что они кажутся выходящими из круга обыкновенных законов и что в них не могут дать себе отчета. Дайте им правильное основание, и сомнение исчезнет. В наш век, в котором не верят на слово, объяснение служит сильной причиной убеждения. Таким образом, мы видим каждый день, что лица, не видевшие ни вертящегося стола, ни пишущего медиума,[6] убеждаются точно так же, как и мы, единственно потому, что они читали и поняли. Если бы следовало верить тому только, что мы видим собственными нашими глазами, то убеждения наши ограничивались бы весьма немногими вещами.

Глава 3. Методы убеждения и переубеждения противников спиритизма

Методы убеждения применительно к материалистам; к материалистам по убеждению и материалистам за недостатком лучшего. Скептики по невежеству, по злой воле, из соображений интереса и недостатка веры, по малодушию, по религиозным соображениям, по разочарованию. Четыре класса спиритов: спириты-наблюдатели, или экспериментаторы; спириты несовершенные; спириты христианские или истинные; спириты экзальтированные. Наилучший порядок, коему стоит следовать, изучая спиритизм.

18. У всех последователей спиритизма является желание весьма естественное и весьма похвальное, которое нельзя не поощрять, желание приобретать новых приверженцев этого учения. Имея в виду облегчение принимаемой ими на себя обязанности, мы намерены исследовать здесь путь самый верный, по нашему мнению ведущий к этой цели; этим мы надеемся избавить их от излишнего труда.

Мы сказали, что спиритизм – это целая наука, целая философия. Поэтому тот, кто желает знать ее серьезно, должен, прежде всего, принудить себя к изучению последовательному и убедиться, что нельзя изучить ее шутя, точно так же как и всякую другую науку. Спиритизм касается всех вопросов, интересующих человечество; поле действий его обширно, и нужно обращать внимание в особенности на его последствия. Верование в духов составляет, без сомнения, его основание, но оно столь же недостаточно для того, чтобы сделать просвещенного спирита, как вера в Бога недостаточна для того, чтобы сделать теолога. Посмотрим, каким образом нужно приступить к этому преподаванию, чтобы скорее убедить человека.

Пусть последователи не пугаются слова «преподавание». Оно может раздаваться не с одной кафедры; и простой разговор может быть преподаванием. Каждое лицо, старающееся убедить другое путем объяснений или опытов, проповедует свое убеждение. Мы желаем только, чтобы труд его был употреблен с пользой, и для этого считаем нужным дать некоторые советы, коими могут воспользоваться и те, кто желают узнать истину сами; они найдут здесь средство вернее и скорее достигнуть цели.

19. Вообще думают, что для убеждения достаточно показать факты. Это действительно кажется путем самым логичным, а между тем наблюдения показывают, что это не всегда лучший путь, потому что есть люди, которых самые очевидные факты нимало не убеждают. Отчего же это происходит? Вот что мы постараемся объяснить.

В спиритизме вопрос о духах есть вопрос второстепенный, вытекающий как следствие; он не должен быть началом проповедования, и в этом-то именно заключается заблуждение, в которое впадают многие и которое часто мешает убеждению некоторых лиц. Так как духи суть не что иное, как души людей, то настоящим началом должно быть существование души. Каким же образом материалист может допустить, что существа живут вне материального мира, когда он думает, что он сам есть только одна материя? Каким образом может он поверить, что есть духи вне его, когда он не верит, что в нем самом есть дух? Тщетно будут собирать перед ним доказательства самые очевидные, он будет оспаривать их все; потому что не допускает основания. Всякое методическое учение должно идти от известного к неизвестному. Для материалиста это известное – материя. Начинайте же с материи и старайтесь, прежде всего, посредством наблюдений убедить его, что в нем есть что-то, не подчиняющееся законам материи; одним словом, прежде, нежели сделать его спиритом, старайтесь сделать его спиритуалистом. Но для этого нужно действовать совершенно иначе, нужно вести преподавание свое другими способами; говорить ему о духах прежде, нежели он будет убежден, что имеет душу, значит начинать с того, чем должно кончить, потому что он не может допустить заключения, не допуская начала. Следовательно, прежде чем убеждать неверующего фактами, необходимо удостовериться в его мнении относительно души, то есть, верит ли он в ее существование, в ее переживание тела, в ее индивидуальность после смерти. Если его ответ отрицателен, то вы напрасно будете говорить ему о духах. Вот правило; мы не говорим, что оно без исключений, но в таком случае, вероятно, должна скрываться причина, делающая человека менее упорным.

20. Между материалистами надо различать два класса. В первом мы ставим тех, кто сделались материалистами вследствие системы; у них это не сомнение уже, а решительное отрицание, обдуманное по-своему. В их глазах человек есть машина, которая действует, пока она заведена, которая портится и от которой после смерти остается только один остов. К счастью, число их весьма ограниченно и нигде не составляет школы явно признаваемой; мы не считаем нужным распространяться о гибельных последствиях подобного учения для общественного порядка, мы довольно подробно изложили этот предмет в «Книге духов» (п. 147 и заключение III).

Когда мы сказали, что сомнение прекращается у неверующих вследствие разумных объяснений, то этого нельзя отнести к материалистам, отвергающим всякое разумное начало вне материи. Большая часть из них упорствует в своем мнении из-за гордости. Они настаивают на своем несмотря ни на какие доказательства, потому что не хотят сознаться в том, что они неправы. С такими людьми нечего делать; не следует обращать внимание даже и тогда, когда они говорят: покажите мне, и я поверю. Некоторые из них откровеннее и говорят прямо: если я и увижу, то не поверю.

21. Второй класс материалистов гораздо многочисленнее, но потому что истинный материализм – чувство неестественное, то он состоит из тех, кто делаются материалистами только вследствие равнодушия и, можно сказать, по неимению лучшего. Они материалисты не по размышлению и весьма желают верить, потому что сомнения составляют мучение для них. Они имеют смутное, стремление к будущему; но это будущее было представлено им в таком виде, что разум их не мог его допустить. Отсюда произошло сомнение, и как следствие сомнения – неверие. У них неверие не составляет системы, и поэтому представьте им что-нибудь согласное с рассудком, и они примут его с радостью; они могут нас понять, потому что они ближе к нам, чем они сами предполагают. С первыми не говорите ни об откровениях, ни об ангелах, ни о рае. Они не поймут вас; но докажите им прежде, что физические законы не в состоянии объяснить всего; остальное придет потом. Совсем другое дело, когда неверие не основано на предубеждении, потому что тогда верование не совсем уничтожено. Это скрытое зерно, заглушенное сорными травами, но которое одна искра может оживить, это слепой, которому возвращают зрение и который рад увидеть свет. Это утопающий, которому подают доску для спасения.

22. Рядом с собственно материалистами есть третий класс неверующих, которые хотя и спиритуалисты, по крайней мере по имени, но не менее того весьма упрямы: это неверующие по нежеланию. Они были бы недовольны своей вере, потому что это нарушало бы их спокойствие в материальных удовольствиях. Они боятся увидеть в этом осуждение их честолюбия, их эгоизма и мирских сует, которые составляют их блаженство: они закрывают глаза, чтобы не видеть, и уши, чтобы не слышать. О них можно только сожалеть.