Алла Щербакова – Неназванное зло (страница 14)

— И сколько он попросил за услуги? — обеспокоилась мать сыщика, — Квартиру продать — дело небыстрое.

— Погоди, я еще не дошла до главной новости, — отмахнулась Мальвина, похолодев от слов Веры Матвеевны.

При всех сообщать истинные мотивы адвоката не было никаких сил.

— А есть еще и главная? — вытаращил глаза Денис.

Жестом фокусника тетя вытащила из кармана сложенный конверт и пораженный Андрей тут же узнал его. Точно такой же принесла Вита. Сравнивая заполненные графы, он убедился, что чернила идентичны, во всяком случае очень похожи. Буквы печатные, с небольшим наклоном. А вот содержимое отличалось, хотя некоторые буквы и знаки повторялись. Добавилась девятиконечная звезда и схематичное изображение черепа.

— Что за хрень? — с недоумением протянул Денис, — Я еще вчера поискал в сети похожие символы, все они так или иначе относятся к христианской вере, разные церковные обозначения. Иисус Христос, агнец, крест и прочее. Может эта секта изменила свою концепцию и ударилась в религию?

Ответа на этот вопрос ни у кого не было. Андрея сжирало беспричинное беспокойство, одна только мысль о проклятой секте, название которой даже мысленно он не произносил, приносила боль. Сколько еще людей должно умереть ради их забавы? Он уже потерял Инессу, что, если они решат позабавиться еще с кем-то из его близких? Мальвина попалась им на глаза, и итог неутешительный — обвинение в убийстве.

Но тетя могла и ошибиться. Вдруг это был вовсе не сюрикен, а что-то другое, ведь он попал в поле зрения на долю секунды. А если и он, то что? Может, Виктория привезла его в качестве сувенира из Японии и использовала, как брелок для ключей.

— Мы продолжаем, — жестко произнес сыщик и встретил благодарный взгляд Мальвины, — Надо точно выяснить, замешана ли тут компашка Венацио. Наших ресурсов может не хватить, вот и используем твоего Бережковского и чернокожую Зинаиду, пусть отработают свой интерес. А я пока съезжу на Урал, только ты, пожалуйста, больше в СИЗО ни ногой!

— Я присмотрю здесь, — веско уронил Зяма, — Сориентирую в случае чего.

От щуплого старичка слышать подобное было бы смешно, если бы не его богатое криминальное прошлое. К тому же Андрей знал, что за Мальвину сосед войдет голым в горящий котел со смолой.

— Как ты себе представляешь использование Бережковского? Он сам кого хочешь использует и выкинет, — поинтересовалась она и мысленно прибавила: «меня в первую очередь».

— Раз он взялся сам за это дело, значит доведет до конца, ты же сама рассказывала, какой он упертый. Ты, Денис, займись билетами, от Лиса до ближайшего заповедника сотня километров.

Постучав пальцем по конверту, он привлек внимание напарников к четко прописанному адресу: «Свердловская область, поселок Лис».

Вид карты со спутника обещал дикую природу, горы и густые леса, пронизанные тонкими струйками рек.

— Красивое место! — восхитилась Мальвина, — Твоя часть расследования явно будет приятнее моей.

Глава 11

Покупая билет в кассе автовокзала Северный в Екатеринбурге, Андрей одновременно размышлял, где бы поесть. В самолете не кормили, а позавтракать он не успел. К тому же злосчастный автобус уходил буквально через десять минут, и времени зайти в кафе не оставалось. Почти бегом преодолев расстояние от касс до остановки, Андрей стал искать нужный номер транспорта и наткнулся на группу бабулек, продававших пирожки. Одна из них, в толстой сиреневой кофте, несмотря на жару, внимательно осматривала окрестности, держа руку под козырек.

— Пирожки с ливером, со свининой, с капустой, — часто заговорила тонкая старушка в голубом платке с яркими подсолнухами, — Свежие, утрешние. Сто рублей за две штуки, смотри, какие шикарные!

Пирожки действительно манили румяными жареными боками. Сзади засигналили, Андрей обернулся и сразу увидел свой автобус. В него уже забирались последние пассажиры, и он рванул к дверям, пока водитель их не закрыл. Вот невезуха, еще пару минут, и дорогу можно было бы скрасить парой-другой пирожков. Теперь придется терпеть до поселка со странным названием Лис. Должна же там продаваться какая-нибудь еда!

Автобус тяжело прыгал по ухабам, но Андрея это волновало не сильно. Мимо проносились бесконечные еловые леса, сменялись полями, больше всего удивило сыщика небольшое озеро, в центре которого возвышался остров, густо заросший березками. Деревья росли так плотно, что их кроны слились, и все вместе напоминали единое растение в форме огромного гриба.

Шел второй час пути, оставшиеся пассажиры дремали, часть людей уже покинула автобус на промежуточных остановках. Наконец, промелькнул синий указатель «Лис», потянулись одноэтажные домики с огородами. Пять минут — и водитель притормозил у автостанции.

— Где тут почта, знаете? — спросил Андрей у соседки по сиденью, полноватой тетки с густо накрашенными черными бровями.

— За углом, — она махнула в сторону станции, — Тут все рядом, и почта, и садик, и мэрия.

Слово «мэрия» она произнесла презрительно, получилось «мееерия». Видно, местную администрацию дамочка в грош не ставила.

Обшарпанное строение ничем не напоминала почтовый пункт, а табличка, видимо, отвалилась несколько лет назад. О ней напоминал только светлый прямоугольник возле двери. Зато на стене висел синий металлический ящик с жирными белыми буквами «Почта», снизу виднелась едва читаемая надпись: «Выемка писем производится ежедневно кроме воскресенья». Краска кое-где облупилась, а крышка ящика была покрыта птичьим пометом, как глазурью. Андрей сделал вывод, что в последний раз ящик открывали лет тридцать назад, да и на почте никто не подавал признаков жизни.

Ожидания оправдались, дверь была заперта, в окнах не горел свет. Штор не было, и сыщик рассмотрел скудную обстановку. Два стула, деревянная стойка, на ней — стопки бланков и рекламных брошюр. Одна стена треснула, неровно заштукатуренная поверхность облезла. Вторая была заклеена фотообоями с березками. Единственным более-менее новым предметом в помещении оказался стеллаж, заставленный гречкой, консервами, мылом и прочей ерундой, которую в последние годы зачем-то продавали в почтовых отделениях.

Жаль терять целый день, но кроме почтовых сотрудников никто не сможет подсказать, для кого должно было прийти это письмо. Фамилия на конверте — лишь безликий образ, который благодаря стараниям Дениса приобрел кое-какие очертания. Во всяком случае, у образа была постоянная регистрация в этом же поселке, и сыщик, постояв возле почты, направился по месту жительства адресата.

Навигатор долго водил его кругами по частному сектору, вывел к двухэтажке с выбитыми стеклами и сообщил: «Вы на месте». Дверей на подъездах не было, как и занавесок на окнах. Кучи мусора, окурков и битых бутылок, ни одной лавочки или даже урны. Слегка обескураженный, Андрей обошел здание и убедился, что оно необитаемо. Вот тебе и прописка! И как теперь искать этого… Он еще раз взглянул на конверт. Иванов Федор Петрович. Этих Ивановых даже в небольшом населенном пункте окажется под сотню, а ведь этот Федор мог находиться где угодно, раз его квартира непригодна для проживания. Например, снимать хату без оформления временной регистрации или сожительствовать с любовницей.

За спиной раздался хруст, и сыщик резко обернулся. Из подъезда, покачиваясь на нетвердых ногах, вышел мужчина в телогрейке с всклокоченными седыми волосами. Под его ботинками битое стекло издавало неприятный скрежет, рассыпаясь на мельчайшие осколки.

— Ты кто? — хрипло спросил мужик, щуря глаза, — Закурить есть?

Молча протянув ему пачку, Андрей ждал, пока он чиркал дешевой прозрачной зажигалкой и пытался от крошечного язычка пламени раскурить сигарету. Наконец, у мужика все получилось, он с наслаждением выпустил дым из ноздрей и равнодушно уронил:

— Шел бы ты отсюдова. Делать тут нехер.

— Я кое-кого ищу, — осторожно начал сыщик, — Иванова Федора, он здесь жил когда-то, может быть, знаете?

Отвечать собеседник не спешил, он с подозрением всмотрелся в лицо Андрея и сплюнул, раздраженно смял окурок о стену. Протянув ему всю пачку, сыщик выжидательно молчал. Бомж откашлялся, харкнул, точно попав на бычок, и закурил следующую сигарету.

— Теперь тут никто не живет, не видишь, что ли. Только вот я и… Нет тут твоего Иванова, давно уж он перебрался отседова. Оно и верно, делать здесь нехер.

— Куда перебрался?

Снова сплюнув, мужик нехотя ответил:

— В церковь, еп ее мать. Батюшкой заделался, Феодосием себя велит звать. Там и живет, при церкви, хоромы себе отгрохал, а эту развалюху сносить хотят, вот и ждем все, пока нам хаты новые подгонят. Только чегой-то не спешит нас осчастливить администрация! Суки. А тут чего? Делать нехер тут.

— И где церковь находится? В Лисе? — терпеливо выспрашивал Андрей.

— Щас! В Лисе!

Быстрыми затяжками бомж прикончил вторую сигарету и выбил из пачки третью, но посчитал оставшиеся и аккуратно сунул ее обратно, начал шарить по многочисленным карманам своей телогрейки. Из внутренностей жилетки показался клок ватина, а за ним — смятая пачка Явы. Присев на корточки, мужик распрямил ее и переложил сигареты сыщика туда.

— Чтоб не стреляли, — пояснил он, убирая Яву обратно, — А то умников полно на халяву курить. Так зачем тебе Федька понадобился?