Алла Щедрина – Эмигрант (страница 37)

— Нет, в Клане еще.

— И почему у тебя с целительством не ладится? — задумчиво спросил Ларсен. — С твоим уровнем…

— При чем тут уровень? Специализация совсем другая.

— И что? Я — чистый целитель, но фаерболом запущу — мало не покажется.

— И давно запускал? — с интересом спросил Жорот.

— Недели две… Какие-то идиоты решили меня ограбить. То ли не местные, то ли не узнали по темноте, шел-то я совсем из другого района.

— И как?

— Как, как… двоих из пятерых потом сам же лечил. До сих пор долг за лечение частями носят… Хотя я им и говорил, что денег не надо.

— А остальные трое? — с интересом спросил Жорот.

— Летальный исход.

— И это одним фаерболом?

— Двумя. Мне по темноте показалось, что нападающих много, я два сразу и метнул.

— Балльность фаерболов знаешь?

— Откуда? Это надо, чтоб кто-то измерял, а сунься я к боевым, меня на смех поднимут!

— Если интересно, давай посмотрим.

— О! Спасибо! — Ларсен обрадовался, как мальчишка. Но тут же посерьезнел, — Но только дня через два-три не раньше…

— Насчет времени договоримся, — махнул рукой Жорот.

— Это, конечно, хорошо… Но почему у тебя нелады с целительством? Мне интересно. Не покажешь пару заклинаний? Может, что посоветовать смогу…

— Хоть сейчас.

— Сейчас не стоит.

— Почему? Сил они совсем мало забирают, просто не действуют.

— А раны откуда возьмешь?

— Одну из леченых раскрыть можно.

— Жорот!

— Да ладно. Обоим же интересно.

— Нет.

— Не будь занудой. Сам потом и залечишь. Вот только не говори, что на себе опытов никогда не проводил!

— О! Кажется, вопрос снялся сам собой. Я слышу, дети пришли.

— Пообедают и опять гулять пойдут.

К столу колдун вышел сам и даже поднял на руки Ивина. Впрочем, Ларсен быстро прекратил это безобразие, отправив всех за стол. На всякий случай коснулся беспокойного пациента, проверяя, не открылись ли раны, в ответ получив переданную с прикосновением фразу «Не беспокойся, я не полная развалина» и ироничный взгляд.

Обед получился веселый, как впрочем, было всегда, когда в гости приходил пятнадцатилетий племянник Мари. А сегодня парню вовсю подражал еще и Ивин, Олли же сидела тихо, как мышка, не поднимая взгляд от тарелки.

В разгар обеда раздался звонок, и Мари, вынужденная встать из-за стола, привела в столовую Кецетина.

— Приятного аппетита! — пожелал маг присутствующим.

— Добрый день, — приветливо отозвался Ларсен. — Присоединяйтесь.

— Благодарю, с удовольствием.

Садясь за стол, Кецетин задел Жорота, кидая ему информацию. Колдун несколько минут молча ел, точнее, ковырялся в тарелке, разбираясь в полученной куче. Потом поднял голову.

— Ивин, Олли, сразу после обеда едем домой.

Ларсен недовольно поморщился:

— Кецетин, я же просил…

— Извини, у нас проблемы. Я присмотрю за Жоротом.

— Нет уж, завтра я сам зайду.

— Пожалуйста, — легко согласился маг, — Твой пропуск во дворец еще действует?

— Да.

— Вот и отлично.

Перед отъездом Жорот сделал попытку расплатиться с Ларсеном, но тот заявил, что лечение еще не закончил, а вот когда Жорот выздоровеет окончательно, тогда они и поговорят об оплате.

Перед тем, как оставить детей в квартире, Жорот обошел комнаты, проверил магический фон и защитные заклинания. Наконец закрыл за Ивином и Олли дверь и спросил поджидающего его в коридоре Кецетина:

— Куда идем?

— Сначала ко мне. Поговорить надо.

В пристройке была очередная перестановка мебели — почему-то Кецетин делал это регулярно. Жорот отыскал свое любимое кресло и устало сел — все же самочувствие у него было не очень. Взглянул на вышагивающего мага и уточнил:

— Значит, Селена умерла от сердечного приступа?

Маг вспылил:

— Представь себе! И не надо делать такое недоверчивое выражение лица! Какой-то идиот сказал ей о смерти Лограна, она, вроде бы, спокойно восприняла, но… просто не проснулась утром.

— А что с Тиной? — тревожно спросил Жорот.

— Инфаркт, но жива. Она не спала в момент приступа, вовремя позвали врача… Что это не ее приступ никому и в голову не пришло. Ведь когда Селена рожала с сердцем никаких проблем не было, да и вообще, спит человек и спит…

— Ты хоть понимаешь, что, практически, мы уже проиграли?

— Нет, — Кецетин победно усмехнулся. — Я вычислил через кого шло магическое воздействие! Лотта.

— Шутишь?

— Ты же сам вытаскивал у нее шип? А то, что шипы выбирают только магов, ты в курсе?

— А ты в курсе, что маг, не развивший свои способности, каналом быть просто не сможет? Чтобы использовать Лотту как канал передачи, она должна — как минимум — иметь уровень конца первого года обучения. И кто ее, по-твоему, обучал?

— Маг ее отца, Вальес. Еще в детстве.

— Что?

— Вчера Вертер обрабатывал ее рану. Я спросил откуда рана и… выяснил все остальное. Вальес обучил Лотту начальным заклинаниям. Хотел поговорить с королем о серьезном обучении, но не успел. Произошел несчастный случай, при дворе отца Лотты место мага было вакантно долгие годы. Когда маг, наконец, появился, Лотта уже была замужем…

— Но так как она долго не занималась магией, то ты этого просто не увидел.

— Именно. Она и сейчас не пользуется магией. Сознательно. Но она любит гадать на картах, и у нее это получается, частенько предугадывает, по ее словам, действия и настроение окружающих, важные для нее события…

— Стандартный набор мага-самоучки, — резюмировал Жорот.