Алла Щедрина – Эмигрант (страница 35)
— Вот и ладненько. Сможете лежать неподвижно, или зафиксировать?
— Привязывайте. Как это «хорошо зафиксированный пациент в наркозе не нуждается»?
— О-о-о… Я вижу, вы уже сталкивались с лучшими представителями нашей братии, — усмехнулся Ларсен.
— Приходилось, — вернул усмешку Жорот.
Он быстро разделся и лег, Ларсен присел рядом и, достав из-под кровати ремни, аккуратно притянул Жороту руки в двух местах, и пропустил ремень поверх груди.
— Думаю, хватит. Так. Шипы здесь, здесь, здесь и здесь. — Ларсен показал две точки на плече одну на бедре и одну в паховой области. Начнем, пожалуй, отсюда… А остальные я оберну дополнительной защитой, чтоб одновременно не включились.
Первый шип выходил трудно, Ларсен промучился больше часа, пока зловредная колючка не шмякнулась на металлическую тарелку. Целитель мгновенно испепелил его, перевел дыхание и посмотрел на бледного пациента.
— Может, все же обезболивание?
Жорот покачал головой.
— Ладно. Если будет невтерпеж, скажите.
— Давай уж на «ты», — выдавил колдун.
— Тоже верно… Просто ты, по-моему, старше, поэтому подобное предложение с моей стороны выглядело бы хамством.
Колдун бледно усмехнулся:
— И сколько тебе?
— Семьдесят шесть.
— Старше. Мне триста девяносто восемь.
— О! Видишь, соотношение возрастов я угадываю хорошо, — хмыкнул Ларсен. — Кстати, твой стоицизм вовсе не обязателен. Можешь вопить и ругаться, только не дерись.
Жорот непроизвольно взглянул на связанные руки и против воли усмехнулся:
— Хорошо, не буду.
— Зря иронизируешь, — тут же отозвался Ларсен. — Пациенты такие изобретательные попадаются… Так. Отдых закончен. Сейчас будет полегче, я уже понял, что к чему…
Второй шип вышел едва за полчаса. Третий чуть медленнее — похоже, Ларсен просто устал. К тому же целитель запоздал с огненным заклинанием и шип чуть не скользнул в палец к самому Ларсену.
— Ч-черт! Проворный, собака, — проворчал парень.
— Отдохни немного, — выдавил Жорот.
— Ты о себе беспокоишься или обо мне? — с насмешкой уточнил парень.
— О себе, ясное дело, — отозвался колдун. — Поскольку ошибки целителей дороже всего обходятся пациентам…
Ларсен заразительно рассмеялся и отозвался, все еще улыбаясь:
— Хорошо бы, но твою изоляцию этот чертов шип уже порвал в клочья, и моей тоже недолго жить осталось. Так что терпи.
Последний шип вышел без эксцессов, Ларсен испепелил его и резко встал, с наслаждением потянувшись всем телом. Снял с Жорота ремни, и спросил:
— Раны сам закроешь, или как? Многие предпочитают сами — говорят и быстрее получается, и лучше…
— Закрывай ты. Я не умею.
— Что?!
— А чему ты так удивляешься? Я же не целитель.
— Но… Это же основы самолечения.
— Не получается у меня, — досадливо отозвался Жорот. — Свежие еще могу, а этим-то уже несколько часов…
— Ясно… Все. Готовься, надо будет перебираться в соседнюю комнату. Учти, у тебя сейчас начнется откат от таблетки, я его замедлил и немного ослабил, больше не получилось — сильная, гадость… Если уж совсем плохо, могу отнести.
Жорот сел, точнее, попытался. Голова закружилась, в глазах потемнело и, как финал, накатила резкая тошнота.
— Опс-с… А что ж она у тебя открылась-то?.. Подожди… Ага, вот оно… Теперь порядок.
Колдун пытался справиться с рвотными позывами и отдышаться. Ларсен терпеливо ждал, потом парой движений уменьшил тошноту.
— Лучше не смогу. Только резких движений не делай.
— В смысле, резко не падать?
— Так. Понял.
Ларсен одним движением подхватил пациента на руки и потащил в соседнюю комнату.
— Не смей! Положи, я сам!
— Будешь возмущаться… обездвижу…
Уложив колдуна на кровать, Ларсен накрыл его одеялом, поправил подушку:
— Все. Засыпай.
— Легче сказать.
Как только колдун закрывал глаза, голова начинала дико кружиться.
— Заснешь, не беспокойся… — Ларсен, похоже, наложил какое-то заклятие, продолжая балагурить, — Я понимаю, тебе для полного счастья вина бы сюда… Девочек… Но уж придется потерпеть денек-другой. Воздержание, оно, говорят, на моральном облике хорошо сказывается…
— Какой дурак тебе это сказал? — отозвался колдун, который лежал с закрытыми глазами, надеясь, что мельтешение перед зрачками утихнет хотя бы немного. — Оно сказывается плохо — и на моральном облике, и на здоровье. Кстати, если решишь кого-то приглашать, то меня больше устроят мальчики…
— О! Знаменитая Клановская вседозволенность? Насчет воздержания точно не скажу — сам не проверял… А что касается мальчиков, так и быть, отведу тебя в бордель — знаю один такой, благодарный пациент адрес дал…
Ларсен говорил еще что-то, но его слова слились в непрерывный гул и колдун заснул, словно провалился в темноту.
Открыв глаза, Жорот некоторое время бездумно смотрел в потолок. Потом повернулся на бок, попытался встать, но, похоже, попытка была явно преждевременна. Попробовал еще раз и, наконец, сел, переводя дух. Оглянулся, высматривая одежду, и увидел искомое, аккуратно сложенное на стуле. Он как раз соображал, как бы ему до него дотянуться и напялить на себя, когда вошел Ларсен.
— О! Доброе утро, — жизнерадостно приветствовал его целитель. — А зачем встал? Ложись обратно, мне тебя еще осматривать.
— Как дети? — спросил Жорот, укладываясь на постель.
— Все в порядке с твоими детьми. Позавтракали и ушли в парк аттракционов с племянником Мари… Осложнений нет, все в норме. Но до вечера полежи — эти таблетки, чтоб их…
— Меня утром во дворце ждут.
— Никто нигде тебя не ждет. Я предупредил Кецетина, ему сейчас вообще не до тебя с этими двойными похоронами.
Колдун вздрогнул, приподнялся на локте. Тихо спросил:
— С какими… двойными?
— Логран и Селена.
— Но… Когда я уходил, она была жива!
Ларсен пожал плечами:
— Сегодня официально объявлено о коронации малолетнего короля Нэшанаила и назначении Лотты регентом, завтра похороны их величеств.
Жорот опять осторожно лег. Заметил: