Алла Щедрина – Эмигрант (страница 29)

— Когда тебе это в голову пришло?

— Сегодня утром, когда я проверял сеть Селены.

— Ты не ошибся в своих выкладках?

— Исключено. У меня с самого начала возникло ощущение неправильности. Это ненормально, когда сеть приходится подновлять каждый день. Понимаешь, каждый! Немного, совсем чуть-чуть, но… А когда я соединил точки разрывов, то увидел, что это явно часть чего-то большего.

— Подожди.

Кецетин остановился, открывая внутреннюю дверь в свою пристройку. Жорот закрыл ее за собой и машинально сделал знак замка.

— Ты-то откуда знаешь, как нормально работает сеть? Есть опыт?

— Не считая домашней — а она была не меньше сети Селены, я занимался сетью в храмах Матери. Как-то даже был — правда, недолго — центральным в одном из храмов.

— Это сколько?

— Немногим больше года. А теперь представь, сколько народу ежедневно бывает в храме. Не забывай, что это Клан, и, следовательно, процент магов среди прихожан очень высок. И при всем этом я латал сеть раз в десять-двенадцать дней, не чаще.

Кецетин молчал.

— Сначала я подумал, что это из-за того, что твоя сеть построена на других принципах. После Проверки больше дюжины дней потратил на ее изучение и адаптацию, но проблема осталась. Хотя, теоретически, вообще не должна была возникнуть. Тогда решил, что просто забыл об этих мелочах — все же сетями я не занимаюсь больше шестидесяти лет. Запустил заклинание освежения памяти и выяснил, что моя забывчивость не при чем. Тогда я стал фиксировать и анализировать все нарушения. Через две дюжины дней получил те выкладки, что кинул тебе. Для серьезных выводов информации недостаточно, но даже предварительные гипотезы неутешительны.

— И откуда ты на мою голову взялся такой умный… — проворчал Кецетин. — Ладно. Я проверю…

— Я тебе обязательно для этого нужен?

— Хочешь куда-то сбежать?

— В Храм Матери. Верховная пожелала побеседовать.

— А… Иди. И, кстати. Заведи ты себе любовницу, в конце концов! Или хоть любовника, что ли. А то еще немного, и тебе такие извращения припишут — гомосексуализм цветочками покажется!

— И что?

— И ничего! — рявкнул Кецетин. — Как ты меня достал этой своей инфантильностью…

— А как ты меня — своим беспокойством о мнении всяких идиотов, — в тон ему отозвался Жорот.

Храм Матери выглядел небольшим сооружением, окруженным огромным парком. Неискушенный мог запросто пройти мимо — на храм могущественной богини эта невзрачная постройка совсем не походила. По сути, она являлась лишь воротами в громадные подземные залы, расположенные под старым парком.

В Клане предпочитали строить наземные храмы, но согласно правилам, часть залов обязательно должна была располагаться под землей, а кое-где подземное расположение основной части храмовых помещений становилось культом.

Несмотря на непривычное расположение, колдун легко нашел дорогу к покоям Верховной, читая знаки, которыми изобиловали настенные росписи. По пути он частенько проходил мимо Стражей, и чем ближе к внутренним помещениям, тем чаще, но на колдуна они внимания не обращали.

В небольшой светлой приемной сидела послушница, исполняющая роль секретарши. Жорот вежливо приветствовал девушку согласно канону и попросил доложить о нем Верховной.

— Вам назначено?

— Да.

Послушница исчезла в соседнем кабинете. Когда она вновь показалась на пороге, колдун с интересом рассматривал осветительные отверстия, прикидывая, насколько они основаны на магии, а насколько используется зеркальный эффект.

— Верховная ждет вас.

Поблагодарив, он вошел в кабинет и склонился в ритуальном поклоне. Краткая фраза приветствия, ответ Верховной, и Жорот, как и на балу, преклонил колено, ожидая благословения. На этот раз он его получил сразу и поднял голову. Сегодня Верховная была в простом платье, с тем же неприметным знаком Земли на шее. Светлые волосы убраны в две косы, свободно лежащие вдоль спины. Жорот мельком взглянул женщине в глаза и непроизвольно отвел взгляд — он ощущал дискомфорт рядом со Старшими магами, ему всегда казалось, что с преодолением какого-то рубежа Старшие становятся — как бы это точнее выразиться — не совсем людьми. И даже не совсем магами. Кецетин, кстати, отнюдь не был исключением, просто его мимикрия молодого обормота срослась с ним, стала словно истинным лицом, и лишь иногда через него проступало лицо Старшего. Верховная жрица Матери же не использовала подобную маску уже долгие века, и ее сила оглушала любого идиота, рискующего просто приблизиться. Жорот себя к идиотам не относил, поэтому держался от жрицы на расстоянии и старался быть крайне вежливым.

Верховная знакомым жестом приказала ему подняться и поинтересовалась:

— В Клане жрицам разрешается вводить в таинства непосвященных?

— Простите?

— Что здесь написано? — жрица указала на цепочку иероглифов, выбитых на стене.

— Указания по ритуалу вхождения в транс для контакта с Матерью, — еле глянув на надпись, отозвался Жорот, — Я понял, о чем вы. Наш брак с Велой длился более века. Сразу после бракосочетания мне дали допуск, соответствующий десятнику храмовой стражи. Со временем он повышался и сейчас допуск у меня максимален.

— Допуск, максимальный для мужчины это… уровень моего заместителя по безопасности, — задумчиво сказала Верховная.

Жорот чуть покачал головой:

— Я имею максимальный допуск для гермафродита. Вела — маг-гермафродит, и мне дали соответствующий ранг.

— Но для этого ты должен быть…

— Да, я бисексуал.

— Даже так. То есть, уровень моего заместителя либо, при посвящении, настоятеля любого провинциального храма.

— Я не стремлюсь к этому, Верховная.

— В твоем досье нет упоминания о подобном уровне, — строго заметила жрица.

Колдун спокойно пожал плечами:

— Сделайте повторный запрос. Возможно, просто не внесли, поскольку нас в Клане с таким уровнем всего шестеро. Нас и так все знают. Либо… Мать сняла с меня допуск в связи с разводом. Если так, прошу прощения за ненамеренное введение вас в заблуждение.

— На тебе нет знаков понижения. Ты не видишь знаков Матери?

— Я не посвящен.

— Иногда в этом нет необходимости.

— Мать не сочла необходимым дать мне такую возможность.

Жрица задумчиво кивнула.

— Как ты сам понимаешь, речь сейчас идет не о том, войдешь ли ты в число прихожан. А о том, в каком качестве ты в него войдешь. Ты будешь подтверждать свой допуск?

— Не вижу смысла. Я сейчас очень занят и не смогу в достаточной мере участвовать в жизни храма. Даже не уверен, смогу ли регулярно ходить на службы, хотя, конечно, постараюсь. Надеюсь, отсутствие подтвержденного допуска не помешает обращаться ко мне в случае необходимости?

— Боевой маг, мастер-артефактор, некромант…

Жорот кивнул:

— Три основные специализации, к вашим услугам.

— Хорошо… Но я предпочла бы, чтобы ты все-таки доказал свой допуск.

Колдун сделал ритуальный жест подчинения и уточнил:

— Могу я попросить об отсрочке? Дней на десять-двенадцать. Если появится возможность, то я, конечно, пройду ритуалы раньше.

— Конечно, как тебе будет удобно.

— Благодарю.

— Но инициацию и дары ты принесешь сегодня.

— Да, Верховная.

Во дворец Жорот успел вернуться к обеду. Отправил по сети зов Кецетину — тот еще работал у себя и отозвался резким «не отвлекай». Колдун попросил проходящего мимо лакея прислать ему обед в комнаты — он решил не присутствовать сегодня на обеде с их величествами — собрался отдохнуть после храмовых ритуалов и заодно понаблюдать, как Ивин и Олли притираются друг к другу.

Дома царила полная идиллия. Ивин увлеченно строил на полу крепость из кубиков, в дальнем углу детской из одеял и стульев было сооружено нечто вроде домика. Олли сидела рядом, временами подправляя стены крепости, чтобы они не рушились — неутомимый строитель иногда задевал их ногами и локтями, сам того не замечая.

Увидев отца, Ивин вскочил и, победно размахивая листом бумаги, понесся к нему со всех ног.

— Смотри, какую крепость мне Ол нарисовала! Я ее сейчас строю, правда, похоже?