Алла Руденко – Выживальщик 2. Другие десять дней (страница 4)

– Что у тебя в пакете? – резко перебил его Егор, понимая, что острить ребята могут ещё очень долго.

– Сам не знаю, – пожал плечами Вадим, – когда я вышел, он уже висел на ручке двери. Видимо кто-то решил помочь. Можете считать меня параноиком, но теперь я уверен, что ужин был приготовлен не для кого-то, а для нас троих. Телефон, если хотите знать, я вообще в автобусе оставил. И как он сюда попал, ума не приложу. Вот что было на экране.

Парень снял блокировку и показал сообщение. Некоторое время друзья сидели молча, стараясь придумать правдоподобное объяснение происходящему.

– Вадь, скажи честно, ты нас сейчас разыгрываешь? – в испуганных глазах Сани застыла искорка надежды.

Вадиму хотелось бы соврать, сказать, что это розыгрыш, но вокруг творилось что-то непонятное, и с этим надо было разбираться, а не закрывать глаза на проблему.

– Конечно, разыгрываю. Уговорил почти тысячу водителей в пробке сегодня постоять. Элитника в зоомагазине купил, фигня вопрос. Заранее заплатил водителям двух разбитых в хлам иномарок за авто и за то, что они правдоподобно сыграют смерть. А главное, я ведь знал, что вы попрётесь за мной домой. Кстати, какого хрена вы оказались на трассе, вы же вечером, помнится, на день рождения идти собирались.

– Мы за тобой следили, – покраснев, признался Санёк, – Егор не поверил, что ты так резко домой захотел, раньше ведь тёте Марине приходилось по несколько недель уговаривать тебя домой приехать. Вот он и решил, что не с мамой, а с девчонкой какой собираешься встретиться. Мне в общем всё равно, но захотелось убедиться, что ты там не с Асей.

– Ася, Ася, снова Ася. Да тристо лет она мне не нужна, – с раздражением фыркнул Вадим, – хочешь верь, а хочешь нет, но я действительно соскучился по дому. Думаю вы меня поймёте, когда десять дней здесь проживёте. Хотя, прожить десять дней в Стиксе задача не лёгкая. Если тебе никто не помогает...

После этой фразы все трое вспомнили о пакете. И вот, его содержимое было самым бесцеремонным образом вывалено на стол, уже освобождённый от грязной посуды.

– Не густо. Это не помощь, а жалкая подачка, – замотал головой Егор, – видимо не особо они хотят, чтобы мы выжили.

На столе лежали тетрадь, записка и маленький белый шарик в целлофановом кулёчке на zip-застёжке.

– Мне бы тоже хотелось узнать, где оружие, – недовольно скуксился Санёк, – думал, хоть здесь из реального оружия пострелять удастся и такой облом.

Пока его друзья ворчали и пыхтели, Вадим развернул и прочитал записку, а после, положив лист на стол, протянул пакетик Егору.

– Это тебе. Ешь!

Парень брезгливо поморщился.

– Я не буду это есть! Лучше я обращусь в монстра, чем проглочу эту штуку из его башки.

– Значит ты уже знаешь, что это. Тем лучше. Ты заражён и у тебя два варианта: выпить или умереть, – Вадик снова схватил его за шею.

– Вы с ума сошли? – кричал Саня, хватая друга за руки, – ты же его убьёшь! Если хочешь, я проглочу это не знаю что, только отпусти его шею.

– Если даже ты проглотишь её, от этого у нас проблем меньше не станет. Егор заражён. Скоро он превратиться в монстра. Единственное, что сможет спасти его, так это белая жемчужина. Но как ты сам только что слышал, есть её он категорически отказывается. У нас только один вариант, убить его, пока он не убил нас, – Вадик достал из-за пазухи молоток и как следует замахнулся.

– Стой! – понимая, что друга не переубедить, а делать что-то надо и срочно Александр встал между друзьями, прикрывая одного из них от удара другого, – во всех ваших стиковских штучках дрючках я не разбираюсь, но знаю, что всегда есть третий вариант. Давай его свяжем. Может ему повезёт и он не обратиться.

– На, прочти, – Вадим сунул другу письмо.

Тот прочёл его с задумчивым видом, а после бросил на стол.

– Почему мы должны верить на слово этому анониму. Он нас даже не знает, а уверяет, что Егор сегодня ночью станет монстром и сожрёт меня.

– Потому, что это письмо написал не аноним. Его написал я. Не сегодня конечно. Через десять дней, – подобное признание далось парню с трудом, – если хочешь испытать судьбу, можешь связать его, кажется на улице возле третьего от двери окна я видел верёвку. Я же не горю желанием смотреть на то, как один мой друг съест другого. Счастливо оставаться.

Махнув на прощание рукой Вадим медленно направился к двери. На столько медленно, что у Егора было время взвесить все за и против.

Глава 4. Дневник

– Меня он по любому слушать не будет. Сань, хоть ты вразуми его. Я не болен! Я чувствую себя просто отлично. Голова болит немного, но ведь в Стиксе всегда так. Живчика выпить, и всё пройдёт, – Егор старался перетянуть на свою сторону хотя бы Санька.

– Живчика говоришь выпьешь? А его по-твоему из чего делают? Не из содержимого ли спорового мешка заражённого? Или думал, что из ягодок, цветочков? Выходит, что ты белый жемчуг есть не хочешь, а на живчик уже соглашаешься? Или реальная головная боль куда быстрее пронимает, чем, пока ещё, призрачная перспектива заурчать и сожрать Сашку? – огрызнулся Вадим, – я думал мы все трое друзья, но видимо ошибался. Ты как был, так и остался самовлюблённым мажорчиком, думающим только о своём комфорте и никогда о других...

– На сколько я помню, первым признаком заражения является неадекватное поведение человека. А в данный момент ты ведёшь себя более неадекватно чем я. Даже письмо зачем-то нам написал, и ведь даже не отпирался, сразу в этом признался, – Егор уже сам совершенно запутался во всём, что здесь происходит, и в том, кто из них двоих с большей вероятностью станет пустышом, единственное, на что он сейчас надеялся, так это на здравый смысл Сашки, голова болела на столько сильно, что хотелось биться ей об стену.

– Можешь не распинаться за зря, призывая меня к ответу, я буду говорить с тобой только в том случае, если ты съешь жемчуг, – Вадим выдвинул бывшему другу ультиматум и для убедительности помахал пакетиком в воздухе, – лишь только в этом случае я буду уверен, что ты действительно готов к диалогу.

– Диалог – это разговор двоих! А ты меня в одностороннем порядке насильно заставляешь всякую гадость есть. Ещё неизвестно, кем в прошлой жизни этот монстр был. А вдруг свиньёй? Мне ведь религия не позволяет их есть, – Егор брезгливо сморщился, – что скажет мой отец, если узнает что я ел свинину?

– Ну за это тебе сейчас меньше всего переживать стоит. Ведь ты – это не ты, а всего лишь копия тебя, оставшегося в том мире. Отца твоего здесь тоже нет. Наверняка он уже обнял своего вернувшегося домой с учёбы сына. Они втроём, вместе с матерью, сидят сейчас за столом, едят кашерную пищу. А ты... Съел борщ и картошку. И даже не задумался в тот момент, что может там этой самой свинины было даже больше, чем в жемчужине. Но, я смотрю мне тебя уже не переубедить, – Вадим спрятал пакетик с жемчужиной в карман, и распахнул дверь на улицу.

– Ты думаешь в борще или картошке действительно могла быть... В таком случае мне подавно не стоит больше жить. Возьмите ключи от моей машины и уходите. К тому моменту, когда я не дай Бог обращусь, вы должны быть отсюда как можно дальше, – парень достал из кармана связку на брелоке с узнаваемым логотипом, – если что, в багажнике про запас имеется несколько канистр с бензином.

– Так просто тебе от меня не отделаться! Без тебя никуда не поеду. Останусь здесь, – замотал головой Саня, – мы ведь с тобой дружим с горшка, если тебя не будет, то и мне в этом Стиксе, или как там вы его ещё называете, делать нечего.

– Хозяин – барин. Решил остаться с ним, насильно с собой тянуть не буду. Лишь дам на прощание тебе один совет. За верёвкой во двор всё же сходи, на пару дней возможно дольше проживёте, – с деланным безразличием Вадик забрал у Егора ключ от машины, – я ухожу. У меня всего одна жизнь, и с ней сегодня расставаться я не горю ни малейшим желанием.

– Ну что ж, это твой выбор, береги себя. И за нас не беспокойся. Мне верёвка не нужна. Я всецело доверяю другу. Всегда ему доверял. Даже не смотря на то, что он сказал сегодня в машине, я верю что между ним и Асей ничего не было. Ведь он мой друг, и знает, что мне она очень сильно нравится.

– Блажен, кто верует, – эти слова Вадик сказал вроде как сам себе, но специально немного громче, чтобы Санёк их услышал.

Он рисковал своей жизнью, спасая друзей, не для того, чтобы они так бессмысленно погибли. Егора ему вряд ли удастся переспорить, но вот Сашку спасти ещё есть маленький шанс, надо только его разозлить и заставить возненавидеть друга. Только вот сделать это совсем не просто. Даже сейчас в его глазах читается сомнение.

– Вадь, не стоит даже пытаться меня разозлить. Это бесполезно. Иди уже. Я не передумаю. Если мне судьба сегодня умереть, то какая разница в какой части Стикса и в каком виде настигнет меня смерть, – Саня подошёл к сидящему на стуле другу и положил руку ему на плечё, – я с тобой. До конца. Что бы ни случилось.

Лицо Егора было напряжено, в глазах читалась глубокая задумчивость. Вадим тоже стоял на месте, не рискуя сделать и шага за порог, так как понимал, в этом случае друзей он не увидит больше никогда.

– Чёрт с тобой! Уговорили! Давай сюда эту проклятую штукенцию, – наконец с тяжёлым вздохом согласился парень.