Алла Нестерова – Без права на слабость (страница 10)

- Катя Рокотова, - сказала я, - жена Васьки. Я на их свадьбе горько кричала. Пять лет назад.

- Да, вы говорили уже, - ответил Николай негромко.

- Я знаю. Просто не могу в это поверить. - Я убрала телефон в сумку. - Мы дружим семьями. В прошлом году ездили на майские праздники к ним на дачу, на шашлыки. Новый год встречали вместе. Их дочери три года, но Митька с ней дружит, когда мы у них в гостях или они у нас, играет с малышкой, любит, как сестру.

Николай молчал.

- И Васька, - продолжала я, - Васька, который дал Сергею работу, по моей просьбе, между прочим. Десять лет назад. Я попросила за него, потому что сама отказалась от должности в агентстве. Сказала - возьми Серёжу, он хороший специалист, он не подведёт. И Вася взял.

- И вот, - сказал Николай, - как он отблагодарил.

Я усмехнулась. Звук получился невесёлый.

- Значит они любовники, - произнесла я медленно. – Интересно, как давно они встречаются?

Я произнесла это, и сама же удивилась, как спокойно прозвучал мой голос. Никакой истерики, никаких слёз. Просто констатация факта, как будто я зачитывала вслух список покупок.

- Татьяна, - Николай покосился на меня, - вы как?

- Нормально, - ответила я и посмотрела на гостиничную дверь, затем повернулась к нему.

- А что вы хотите от меня услышать, Николай? Что мне плохо? Да, плохо. Что внутри всё горит? Горит. Что я хочу войти туда и устроить такой скандал, чтобы это было слышно на соседней улице? Хочу. Но я этого не сделаю.

- Правильно.

- Мне нужны доказательства для суда, а не сцена в холле гостиницы.

Николай несколько секунд смотрел на меня, потом сказал:

- Что вы намерены делать с этим видео? Вы покажете его Василию?

ГЛАВА 9

Я молчала, снова достала телефон, открыла галерею. Фотографии вчерашней блондинки. Видео с Сергеем у её подъезда. Теперь ещё видео с Катей у входа в ресторан, их страстный поцелуй и видео у входа в гостиницу.

- Васька мой однокурсник, - ответила я. - Мы с ним пять лет вместе учились. Он всегда был толковым, инициативным. Пока мы все ещё только заканчивали институт, он уже строил карьеру. Я не знаю, как мне поступить в данной ситуации. Ведь Вася так любит Катю, боготворит её, пылинки сдувает, у них дочь. И вот так вот взять и разбить ему сердце? Я не могу.

- Понимаю, - сказал Николай задумчиво. - А муж ваш, стало быть, отплатил ему вот таким образом.

- Да.

За окном машины, по тротуару прошла пожилая пара - медленно, под руку, о чём-то разговаривая. Женщина смеялась, мужчина держал её руку в своей. Они шли так, будто никуда не торопились и им было хорошо вот так просто идти рядом.

Я смотрела на них, пока они не скрылись за поворотом.

- А если посмотреть на это с другой стороны? – спросил Николай.

- С какой?

- Вот вы вчера увидели своего мужа с блондинкой. Что бы вы почувствовали, если бы узнали, что кто-то знал об этом давно и молчал? Кто-то из ваших друзей, например?

Я повернулась к нему.

- Я бы… - начала я и замолкла.

- Вот именно, - кивнул он. - Вы бы чувствовали себя преданной дважды. Один раз - мужем. Второй - тем, кто знал и молчал.

- Но сейчас не тот момент, - возразила я. - Если я скажу Васе, он устроит скандал Сергею. Сергей поймёт, что я следила за ним. Весь мой план рухнет. Нет. Пока - нельзя. Потом. Когда буду готова, когда буду стоять на ногах и смогу уйти - тогда расскажу Васе всё. И покажу видео.

- Разумно, - согласился Николай. - Только учтите - чем дольше вы молчите, тем тяжелее потом будет объяснить, почему не сказали раньше.

- Знаю. Но у меня нет другого выхода.

Мы помолчали. Я убрала телефон в сумку и откинулась на спинку сиденья. Перед глазами, как кадры из фильма, поплыли картинки. Новый год.

Тридцать первое декабря. Квартира Рокотовых - просторная, светлая, с высокими потолками и огромной ёлкой в углу гостиной, украшенной так, как умела только Катя: стильно, со вкусом, никаких аляповатых шаров, всё в серебристо-белой гамме, как в журнале.

Мы приехали к десяти вечера. Митька, скинув мне свой пуховик и сбросив ботинки, тут же рванул к Лельке - девочка завизжала от восторга и вцепилась ему в руку, и они ушли к ней в комнату и начали о чём-то громко спорить.

- Глянь, какой нянь, - сказал Вася, стоя в дверях гостиной с бокалом в руке. Он был в смешном новогоднем свитере с оленями - из тех, что принято считать безвкусными, но на нём это смотрелось уместно, потому что Вася умел носить что угодно с достоинством. - Тань, ты его в аренду не сдаёшь?

- Только по праздникам и за большие деньги, - ответила я, снимая пальто.

Я посмотрела на мужа. Он выглядел расслабленным, довольным. Положил руку мне на плечо - лёгким, привычным жестом.

Из кухни появилась Катя - в тёмно-зелёном платье, с убранными волосами, лёгкий макияж, серьги-капельки поблёскивали в свете люстры. Красивая. По-настоящему красивая, того сдержанного, спокойного типа, который не бросается в глаза, но запоминается.

- Танечка! - Она обняла меня, прижалась щекой к щеке. От неё пахло духами и ванилью. - Как я рада, что вы приехали! Проходите скорее, всё остывает.

- Кать, ты невероятная, - сказала я, заглянув в гостиную. Стол был накрыт так, словно ждали дипломатическую делегацию: белая скатерть, свечи, фарфоровые тарелки, салфетки, сложенные конвертиками. - Это ты всё сама?

- Ну конечно сама, - она махнула рукой, но было видно, что комплимент ей приятен. - Вася мне помогал, правда, милый?

- Я резал хлеб, - отчитался Вася серьёзно. - И открывал банку с оливками. Это был мой главный вклад.

Все засмеялись. Я посмотрела на Васю - он стоял рядом с Катей, и в том, как он на неё смотрел, было столько нежности, что я тогда подумала: «Вот у кого нам нужно учиться. Вот так нужно любить».

Мы сели за стол. Сергей - напротив Кати, я - напротив Васи. Обычная рассадка, ничего необычного. Тогда я не придала этому значения.

Вася поднял бокал.

- Друзья! Прежде чем мы проводим старый год, я хочу сказать кое-что важное. - Он посмотрел на Катю. - Пять лет назад я встретил женщину, которая перевернула мою жизнь. Я не знаю, чем я заслужил такое счастье, честно. Кать, ты лучшее, что со мной произошло. Ты и Лелька. Всё остальное - суета.

Катя опустила глаза и улыбнулась. Тихо, мягко. Я тогда подумала - какая тонкая, деликатная реакция. Женщина, которая умеет принимать любовь с достоинством.

Теперь я думала иначе.

Теперь я вспоминала эту улыбку и видела в ней совсем другое.

- За семью! - закончил Вася. - За наших жён, за наших детей. За то, что мы вместе. И за дружбу, которая, как хорошее вино, с годами только крепче.

Мы чокнулись. Сергей кивнул, улыбнулся широко.

- Вась, золотые слова. Присоединяюсь. За семью.

Он поднял свой бокал с безалкогольным шампанским и посмотрел на меня - тепло, по-домашнему. Я улыбнулась ему в ответ, и сердце моё тогда дрогнуло от счастья. Мой муж. Мой Серёжа. Десять лет вместе, и он всё ещё смотрит на меня так.

Вру. Не на меня он тогда смотрел. Точнее, смотрел на меня, но краем глаза - я теперь это понимала - косился на Катю. И Катя - я вспоминала это сейчас, и каждая деталь проступала всё чётче, как фотография в проявителе, - Катя в тот момент поправила салфетку на коленях и чуть подняла бровь. Микродвижение. Ничего, что можно было бы заметить, если не знаешь, что ищешь.

Но я теперь знала.

- Кать, а что это за соус? - спросил Сергей, указывая на маленькую пиалу рядом с блюдом с мясом. - Необычный вкус.

- О, это мой фирменный, - оживилась Катя. - Гранатовый, с грецкими орехами и кинзой. Рецепт нашла в одном грузинском блоге, немного переделала под себя. Тебе нравится?

- Очень, - ответил Сергей. - Ты потрясающе готовишь.

- Это точно, - подтвердил Вася и наклонился, чтобы поцеловать жену в висок. - Мне повезло.

- Вася, нам обоим повезло, - сказал Сергей и посмотрел сначала на Катю, потом на меня. - Тань, а помнишь, как ты в первый год нашей совместной жизни пыталась приготовить утку?

- О нет, - застонала я. - Не при людях.

- При людях, при людях! - засмеялся Сергей. - Друзья, представляете, она засунула утку в духовку и ушла смотреть сериал. Через два часа на кухне стоял такой дым, что соседи вызвали пожарных.

- Пожарных не вызывали! - возмутилась я. - Просто соседка снизу пришла спросить, не горим ли мы.

- Потому что всё заволокло дымом, даже в подъезде ничего не видно было, - уточнил Сергей.